Брат-2

Слева от дороги, немного скрывшись за кустарником, стоит внедорожник. О Боги! Твой Ленд Ровер!

— Стой, дед, стой! — кричу я, на ходу распахивая дверцу.

Выскочив в прохладу вечера, я бросаюсь к машине и только сейчас замечаю темный силуэт и красный уголек сигареты.

— Сашка, — едва слышно вырывается из груди, и в следующую секунду я повисаю у тебя на шее.

Ты молча выбрасываешь сигарету и, схватив меня за плечи, грубо отрываешь от себя. Мгновение спустя моя щека вспыхивает от хлесткой пощечины.

— Дрянь… — сквозь зубы цедишь ты, злобно сверкая сталью глаз. — Я тебе где сказал быть? Какого хуя ты здесь делаешь?

Я вновь обвиваю руками твою шею. Плевать… Бей меня, ругай… Главное, что ты жив…

— Саш, он звонил мне… — вдруг вспоминаю я про Рудольфа.

— Кто тебе звонил? — уже не отрывая меня от себя, но все еще раздраженно спрашиваешь ты. — И что за чушь про заминированный дом?

— Каин… Каин звонил… Они избивают Руди… Он хочет, чтоб я приехал к нему… Охране звонили с телефона Рудольфа, сказали, что нужно проверить сигнализацию в доме… У нас по дому несколько часов ходил якобы «техник с проводами»…

На несколько секунд ты замираешь, потом слегка прижимаешь меня к себе.

— Что ты ему сказал?

— Что приеду через пару часов… Они убьют Рудольфа… — я перевожу взгляд на часы. — Осталось меньше получаса.

Ты молча достаешь сотовый и набираешь какой-то номер.

— Аввадона дай. Это Лео. Быстрее!

Несколько секунд ты ждешь, наконец, в трубке вновь отвечают.

— Отец, — спокойным и твердым голосом произносишь ты. — Каин начал действовать и совершил ошибку. Мне нужен сходняк.

Ты слушаешь ответ и тихо произносишь:

— Через час я потеряю своего человека, отец, максимум сорок минут.

Вновь замолкаешь на несколько секунд и переводишь на меня глаза.

— Адрес?

— Университетская 15-26, — тихо произношу я.

Ты повторяешь мои слова в трубку и сбрасываешь. Секунду спустя снова набираешь номер.

— Саперов к дому, пусть взорвут, что найдут. Срочно!

— Ну, я рад, что все хорошо закончилось, — слышу я за спиной насмешливый голос привезшего меня деда. — Удачи сынки!

Я освобождаюсь из твоих объятий и оборачиваюсь. Старик, слегка прихрамывая, быстро идет к своей машинёшке.

— Дед! Дед, подожди! — понимая, что нужно что-то сделать, кричу я и перевожу взгляд на тебя. — Саш, надо заплатить… Он довез меня… Подожди, дед!

Старик оборачивается, все так же хитро улыбаясь.

— Не стоит, сынок, не нужны мне уже деньги, — и, садясь в машину, немного тише, словно самому себе, добавляет. — Главное, что живы оба…

Ты как-то заворожено смотришь на старика, кажется, не в силах сказать не слова.

— Дед, подожди, — я делаю шаг вперед. — Зовут-то тебя хоть как?

— Дмитрий Степанович, — усмехается он и, захлопнув дверцу, добавляет в отрытое окно. — Для тебя можно просто дед Митя.

Он заводит машину. В последней попытке его остановить и узнать, где его потом искать, я бросаюсь было к готовой рвануться с места копейке, но твои пальцы обхватывают стальным кольцом мое запястье. Я удивленно оборачиваюсь. Ты, не мигая, смотришь на начинающую отъезжать машину.

— Лео, ты чего? Пусти! Нужно хоть адрес его узнать… Он помог мне…

В ответ ты дергаешь меня к себе и крепко прижимаешь к груди. Машина трогается и быстро растворяется в сумраке вечера.

— Сашка! Где вот теперь его искать? Нельзя так…

— Я позже отвезу тебя к нему, — немного хрипло отвечаешь ты и, слегка мотнув головой, словно стряхивая какое-то наваждение, переводишь на меня взгляд. — Нам нужно ехать.

Открыв дверь, ты почти заталкиваешь меня в машину и, сев за руль, заводишь двигатель.

— Ты что, знаешь этого старика? — все еще непонимающе спрашиваю я.

— Да, — тихо буркаешь ты и тут же переводишь тему. — Когда Каин звонил тебе, ты слышал Руди, он говорил с тобой?

— Он не говорил, — я отвожу глаза. — Я слышал удар и его стон.

Вновь поворачиваюсь к тебе. Твое лицо не изменилось, ты спокоен и холоден.

— Лео, он ведь не убьет его?

— Пока ты не приедешь, нет.

Я замолкаю, глядя остекленевшим взглядом на дорогу. Сколько мыслей… Сколько различных вопросов… Сколько сжигающих сердце чувств! Но я ни слова не скажу тебе сейчас. В твоих глазах поблескивает сталь. Ты знаешь, что делаешь. Я просто положусь на тебя. Ты не дашь Рудольфу умереть…

— Дима, — вдруг прерываешь ты поток моих мыслей. — Я хочу, что бы ты запомнил одну вещь, и все свои дальнейшие действия совершал исходя из нее.

Я поднимаю на тебя глаза. Ты не сводишь взгляда с дороги.

— Что бы ни случилось, ты должен выжить. Если для этого кто-то должен будет погибнуть, дай ему сделать это.

— Это ты сейчас про Руди или про себя? — перебиваю я, и в моем взгляде появляется злость.

— Про всех, — спокойно отвечаешь ты. — И не надо сверкать глазами. Я не говорю, что мы собираемся умирать. У Руди тоже есть приказ — жить. Просто не вздумай совершать геройских поступков, и постарайся как можно быстрее делать то, что мы тебе скажем.