Фандом: Ориджиналы. Сиквел к «Брат». Любовь, опасность, кровища… Все как всегда, покой братьям только снится.
69 мин, 6 сек 18529
— Диман, ты что-то совсем нас забыл, — делая обиженный вид, обнимает меня за плечи Олег.
— Учеба, — оправдываюсь я. — Совсем не было времени. Сегодня только два экзамена сдал.
— И к нам отмечать? А что за люди в черном?
Он взмахом головы показывает на твоих людей, высыпавших из машин.
— Да друзья брата, — не очень уверенно бормочу я, и замечаю боковым зрением, что один из этих твоих «друзей» стоит метрах в десяти, не сводя с меня взгляда.
Лео, ты сумасшедший!
— Слушай, мы сегодня в Степное едем, ты с нами? — Олег явно ждет от меня утвердительного ответа.
— Да… Я бы рад… — я мнусь.
Мне очень хочется покататься с ним на мотоцикле по ночным деревенским дорогам, но я уверен, что ты будешь против.
— Спрошу сейчас. Если не нужен, то я с вами, — наконец решаюсь я и направляюсь к дому.
Ты во дворе раздаешь указания, расставляя людей по периметру.
— Саш, — я слегка касаюсь твоей руки. — Саш, ребята покататься зовут, я ненадолго…
— Нет! На чем покататься? На этом самодельном транспорте камикадзе? Даже не думай!
— Бля! Лео, у тебя паранойя! — не выдерживаю я. — Что со мной здесь может случиться!
— Ты никуда ни с кем не поедешь, — произносишь ты спокойно, но напрочь отсекая желание спорить. — Иди в дом.
Мне ничего не остается. Я иду к ребятам, говорю, что сегодня придется побыть с семьей, и возвращаюсь в дом. Как же я зол на тебя и на свою ненормальную жизнь! Сколько себя помню, мне никогда нельзя того, что можно другим! Как ты думаешь, многие из этих парней хотя бы предупреждают родных, куда и с кем поехали? Мне, черт возьми, восемнадцать!
Я стою у окна, наблюдая, как парни садятся на мотоциклы и дружной оравой с громким рычанием моторов срываются в теплую ночь.
— Дуешься? — раздается у меня за спиной твой тихий голос. — Дим, мы собирались сегодня отметить твои экзамены.
Твои теплые руки ложатся мне на плечи.
— Иди ко мне, котенок.
Ты прижимаешь меня спиной к своей груди и утыкаешься носом мне за ухо. Не хочется ничего тебе отвечать. Я одновременно злюсь на тебя и таю в твоих объятьях от счастья. Ты тоже молчишь, увлеченно порхая у меня за ухом прохладной нежностью губ. Твои руки такие сильные и теплые. Я закрываю глаза и растворяюсь в твоем аромате. Не знаю, сколько это продолжается, но я не хочу, чтоб это заканчивалось…
— Лео! — вдруг взрывает тишину нашего дыхания противный для моего слуха голос твоей Вики. — Лео, милый, что за спешка? Ты где?
Мы оба вздрагиваем, и ты, еще раз чмокнув меня в висок, выпускаешь из объятий. Пару секунд спустя она появляется в дверях. За ее спиной стоит Руди.
— Милая, наконец-то, — улыбаешься ты ей. — Я решил, что немного развеяться в деревне нам всем не повредит. Руди, ты привез продукты?
— Ребята разгружают, — отвечает Рудольф. — Нести на кухню?
— Да, мы немного отметим успешную сдачу Димкой экзаменов.
Не так я представлял себе обещанное мне празднование. Вечер просто прошел впустую. Вика выводит меня из себя, постоянно переключая на себя твое внимание. Настроение закатилось под плинтус. Кусок в горло не лезет. Я уныло ковыряю вилкой отбивную. Ты пытаешься как-то меня развеселить, но я могу только слегка улыбаться. Посреди вечера неприятных ощущений добавляет звонок с закрытого номера на мой сотовый. Я беру трубку, но на мои «Алло» отвечает тяжело сопящая тишина. Глупая шутка.
Немного выпив за мои успехи, нынешние и будущие, мы наконец-то расползаемся спать. Я ложусь в постель и закрываю глаза. Вино дает о себе знать, разливаясь по телу приятной негой.
— Вика… Не надо, милая… — вдруг слышу я за тонкой стенкой твой шепот.
— Почему, Лео? — ее капризный голос звучит намного громче. — Ты вообще про меня забыл!
— Вика, Димка за стенкой… Не надо… — твой шепот, переходящий в тихий стон.
— Он не маленький мальчик, — хихикает она.
Снова твой стон.
Дьявол! Какого черта я здесь делаю? Ты не отпустил меня специально, чтобы заставить это слушать? Я вскакиваю с постели и, натянув спортивки, отправляюсь на улицу. Ночная прохлада бьет в лицо отрезвляющей свежестью. Я опускаюсь на ступени крыльца. На душе кошки скребут.
Что-то теплое мягко ложится мне на плечо. Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Рудольф рассматривает яркую полосу млечного пути.
— Можно я с тобой посижу?
— Ты не позволишь мне уйти, да? — усмехаюсь я и двигаюсь, освобождая ему место.
— Один раз уже позволил, — он садится рядом и обнимает меня за плечи. — До сих пор перед глазами та чертова кровать…
Я кладу голову ему на плечо. Мне так хочется сейчас почувствовать себя чуть менее одиноким.
Через открытое окно доносятся громкие стоны твоей шлюхи, и я невольно прячу лицо, уткнувшись носом в его шею.
Он ласково поглаживает большим пальцем мое плечо.
— Глупый… — слышу я его усталый голос. — Он любит тебя больше всего на свете. Знаешь, когда тебе было десять, и ты заболел пневмонией… Помнишь?
— Да…
— Он ведь тогда не спал трое суток, пока ему не сказали, что с тобой все будет нормально… А когда ты прыгнул с дерева и подвернул ногу…
— Учеба, — оправдываюсь я. — Совсем не было времени. Сегодня только два экзамена сдал.
— И к нам отмечать? А что за люди в черном?
Он взмахом головы показывает на твоих людей, высыпавших из машин.
— Да друзья брата, — не очень уверенно бормочу я, и замечаю боковым зрением, что один из этих твоих «друзей» стоит метрах в десяти, не сводя с меня взгляда.
Лео, ты сумасшедший!
— Слушай, мы сегодня в Степное едем, ты с нами? — Олег явно ждет от меня утвердительного ответа.
— Да… Я бы рад… — я мнусь.
Мне очень хочется покататься с ним на мотоцикле по ночным деревенским дорогам, но я уверен, что ты будешь против.
— Спрошу сейчас. Если не нужен, то я с вами, — наконец решаюсь я и направляюсь к дому.
Ты во дворе раздаешь указания, расставляя людей по периметру.
— Саш, — я слегка касаюсь твоей руки. — Саш, ребята покататься зовут, я ненадолго…
— Нет! На чем покататься? На этом самодельном транспорте камикадзе? Даже не думай!
— Бля! Лео, у тебя паранойя! — не выдерживаю я. — Что со мной здесь может случиться!
— Ты никуда ни с кем не поедешь, — произносишь ты спокойно, но напрочь отсекая желание спорить. — Иди в дом.
Мне ничего не остается. Я иду к ребятам, говорю, что сегодня придется побыть с семьей, и возвращаюсь в дом. Как же я зол на тебя и на свою ненормальную жизнь! Сколько себя помню, мне никогда нельзя того, что можно другим! Как ты думаешь, многие из этих парней хотя бы предупреждают родных, куда и с кем поехали? Мне, черт возьми, восемнадцать!
Я стою у окна, наблюдая, как парни садятся на мотоциклы и дружной оравой с громким рычанием моторов срываются в теплую ночь.
— Дуешься? — раздается у меня за спиной твой тихий голос. — Дим, мы собирались сегодня отметить твои экзамены.
Твои теплые руки ложатся мне на плечи.
— Иди ко мне, котенок.
Ты прижимаешь меня спиной к своей груди и утыкаешься носом мне за ухо. Не хочется ничего тебе отвечать. Я одновременно злюсь на тебя и таю в твоих объятьях от счастья. Ты тоже молчишь, увлеченно порхая у меня за ухом прохладной нежностью губ. Твои руки такие сильные и теплые. Я закрываю глаза и растворяюсь в твоем аромате. Не знаю, сколько это продолжается, но я не хочу, чтоб это заканчивалось…
— Лео! — вдруг взрывает тишину нашего дыхания противный для моего слуха голос твоей Вики. — Лео, милый, что за спешка? Ты где?
Мы оба вздрагиваем, и ты, еще раз чмокнув меня в висок, выпускаешь из объятий. Пару секунд спустя она появляется в дверях. За ее спиной стоит Руди.
— Милая, наконец-то, — улыбаешься ты ей. — Я решил, что немного развеяться в деревне нам всем не повредит. Руди, ты привез продукты?
— Ребята разгружают, — отвечает Рудольф. — Нести на кухню?
— Да, мы немного отметим успешную сдачу Димкой экзаменов.
Не так я представлял себе обещанное мне празднование. Вечер просто прошел впустую. Вика выводит меня из себя, постоянно переключая на себя твое внимание. Настроение закатилось под плинтус. Кусок в горло не лезет. Я уныло ковыряю вилкой отбивную. Ты пытаешься как-то меня развеселить, но я могу только слегка улыбаться. Посреди вечера неприятных ощущений добавляет звонок с закрытого номера на мой сотовый. Я беру трубку, но на мои «Алло» отвечает тяжело сопящая тишина. Глупая шутка.
Немного выпив за мои успехи, нынешние и будущие, мы наконец-то расползаемся спать. Я ложусь в постель и закрываю глаза. Вино дает о себе знать, разливаясь по телу приятной негой.
— Вика… Не надо, милая… — вдруг слышу я за тонкой стенкой твой шепот.
— Почему, Лео? — ее капризный голос звучит намного громче. — Ты вообще про меня забыл!
— Вика, Димка за стенкой… Не надо… — твой шепот, переходящий в тихий стон.
— Он не маленький мальчик, — хихикает она.
Снова твой стон.
Дьявол! Какого черта я здесь делаю? Ты не отпустил меня специально, чтобы заставить это слушать? Я вскакиваю с постели и, натянув спортивки, отправляюсь на улицу. Ночная прохлада бьет в лицо отрезвляющей свежестью. Я опускаюсь на ступени крыльца. На душе кошки скребут.
Что-то теплое мягко ложится мне на плечо. Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Рудольф рассматривает яркую полосу млечного пути.
— Можно я с тобой посижу?
— Ты не позволишь мне уйти, да? — усмехаюсь я и двигаюсь, освобождая ему место.
— Один раз уже позволил, — он садится рядом и обнимает меня за плечи. — До сих пор перед глазами та чертова кровать…
Я кладу голову ему на плечо. Мне так хочется сейчас почувствовать себя чуть менее одиноким.
Через открытое окно доносятся громкие стоны твоей шлюхи, и я невольно прячу лицо, уткнувшись носом в его шею.
Он ласково поглаживает большим пальцем мое плечо.
— Глупый… — слышу я его усталый голос. — Он любит тебя больше всего на свете. Знаешь, когда тебе было десять, и ты заболел пневмонией… Помнишь?
— Да…
— Он ведь тогда не спал трое суток, пока ему не сказали, что с тобой все будет нормально… А когда ты прыгнул с дерева и подвернул ногу…
Страница 4 из 19
