Братство, или Кризис Сумеречных

Человек на стене упрямо молчал, стиснув зубы. Ненавидящий взгляд разбился о холодность и невозмутимость мучителя.

— Знаешь, почему я так люблю животных? — Черноволосый отошёл и сел в обтянутое кожей кресло. — С ними проще. Они знают, до какой степени стоит бороться, а когда следует сдаться.

— Никогда не видел, как волк отгрызает лапу, попавшую в капкан? — пленник растянул в улыбке разбитые губы.

— Видел. И видел, как волк, попавший в три капкана, лижет руки охотнику. Ты что-то не торопишься грызть свои конечности. Хотя, да, разумеется, ты не волк. Ты — Лис.

— Скотина.

— Нет. Я — человек. Это вы — грязные скоты, недостойные жить так, как вы живёте. Ваш мир — грязь, похоть, продажность. И моя Королева вынуждена прозябать среди вас в чужом теле. Без памяти, без сил. Я должен найти и освободить её.

— Значит, цель оправдывает средства? Ты сам готов стать таким же скотом, как мы? Окунуться в эту грязь? — голос Лиса чуть окреп. — Чем ты отличаешься от нас?

— Чем? — Юноша с брезгливым недоумением посмотрел на пленника. — Люди забивают животных. Приручают их. Используют их. Животным предназначено стоять ниже людей. Ты — животное, я — человек.

— Тебя сложно так называть, учитывая, откуда ты пришёл.

— А ты никогда не думал, что там такое же отношение к тем, кто обитает здесь? Для нас вы — пришельцы. Существа иной Грани, живущие по идиотским законам, придуманным вами и вами же попираемым. Грязные ублюдки, смеющие соваться своими лапами в наш мир. У кого из них нужный мне компас, тварь? — без паузы вернулся к своему вопросу разноглазый. — У меня много способов вырвать у тебя истину. Лучше скажи сам.

Крысы, повинуясь небрежному жесту юноши, столпились под пленником. В камере повисла тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Лиса и шуршанием зверьков.

— Молчишь? Что ж. Мои помощники заслужили ужин.

Камень с крысами под висящим человеком начал медленно подниматься вверх.

2009 год. Июль. Поезд «Воронеж — Санкт-Петербург».

— А теперь у нас впереди увлекательнейшие двадцать с лишним часов поездки. Ибо скоростной поезд «Москва — Питер» запустят только к зиме этого года, а у меня не было, нет и не будет возможностей ускорить этот процесс, — с этими словами Нам закинул вещи в багажный отсек над дверью купе.

— Я наверху, — одновременно сказали Сова и Вит. Посмотрели друг на друга и улыбнулись.

— Да кто бы вам мешал, — фыркнула Багира. Бывший командир внимательно посмотрел на неё.

— Багги, я приношу тебе самые глубокие извинения и хочу заверить, что лично ни в чём тебя не подозреваю.

— Мне твои извинения нужны как таракану тапочки. Отыщи Лиса — тогда будет разговор.

— А если в процессе мне понадобится твоя помощь? Ты так же будешь реагировать на каждое моё предложение?

Багира повернулась к Наму.

— Ты ему веришь?

Тот помедлил и пожал плечами.

— Не до конца. Но сейчас он, как и прежде, самый сильный в нашем вынужденном союзе. А соображает он, будем честны, получше нашего. Так что предлагаю тебе немного успокоиться и начать к нему прислушиваться. В конце концов, если что — мы действительно всегда можем посадить его под замок.

Вит выслушал эту тираду, не дрогнув.

«И старший абсолютно прав. Рискую повториться, пусть и в мыслях, но на его месте я вёл бы себя точно так же. А самое поганое, что, кроме Совы, я тоже никому из них не могу верить. Никто не обратил внимания, но в такси оправдались все, кроме Нама. Он не сказал ни слова в свою защиту, а значит»… Вит покосился на старшего брата. Тот невозмутимо разбирался с казённым постельным бельём. «Нет. Не могу представить, как он создаёт подобную схему или участвует в ней. С-скотинизм!»

Багира тем временем глубоко вздохнула, встала перед бывшим командиром и упёрла руки в бока.

— Слушай сюда, повторяться не буду. Благодаря тебе, я пережила не самые приятные моменты в жизни, и сейчас я не говорю о тех задницах, в которые ты втаскивал меня, будучи главой Братства. Если Нам верит тебе «не до конца», то я не верю практически совсем. Единственное, во что я верю, — ты можешь найти своего брата. И у тебя есть инструмент, который поможет это сделать. Плюс твои проклятые мозги и сила. А потому — хорошо. Я буду слушать твои предложения. И помогать, если потребуется. Но запомни, сволочь: один малейший признак того, что ты… предатель, и я лично испробую на тебе весь свой новый арсенал. Ты меня понял?

Вит пристально взглянул ей в глаза.

— Значит, не повторял моих ошибок, да? — очень-очень тихо, одними губами сказал он. В глазах Багиры зажёгся опасный огонёк.

— Ещё одно слово… — так же, одними губами произнесла она, и Вит покачал головой.

— Я понял твои условия, — на этот раз он говорил в полный голос. — И раз мы опять вернулись к деловой беседе, то предлагаю начать со списка, который я составил вчера ночью.

Он присел к столику и вытащил из своей сумки исписанный корявым почерком листок. Нам скептически посмотрел на эти каракули.

— А стоит ли? Мы встречались с разной нечистью и нелюдью, но никто из них не был способен на схемы подобной сложности.