Фандом: Гарри Поттер. Тяжёлые будни целителя Драко Люциуса Малфоя на ниве здравоохранения женского населения Магической Британии.
141 мин, 39 сек 9366
Во время поисков развоплотившегося предводителя, Беллатриса совсем не собиралась пытками выведывать у несчастных Лонгботтомов местонахождение пропавшего Волдеморта. Она считала, что тратить время на пытки, когда Лорд в опасности, преступно. Белла настаивала на том, что нужно доставить Лонгботтомов в штаб-квартиру Пожирателей и с помощью сыворотки правды узнать у них, где находится обожаемый Повелитель. Но её муж и его брат были иного мнения. Рудольфус Лестрейндж обездвижил жену Ступефаем, чтобы не мешала развлекаться истязательствами Лонгботтомов самого изощрённого толка, не имеющими ничего общего с Круциатусом, который стал только «вишенкой на торте».
На суде Рудольфус и Рабастан без зазрения совести свали всю вину на Беллатрису, зная, что условия магически заключённого брака не позволят той свидетельствовать против мужа и его родственника. Отбывая свой срок в Азкабане, Белла надеялась, что Волдеморт вернётся и покарает этих двух предателей, столь отвратительно обошедшихся с ней. Волдеморту же было абсолютно наплевать на такие мелочи, его заботили совсем другие проблемы. Этого Беллатриса не смогла простить своему Лоду, как ни пыталась. Её возмущал даже не сам факт издевательств, а то, какими кошмарными маггловскими способами Рудольфус и Рабастан пытали своих жертв на её глазах, не гнушаясь самых «немагических» и грязных приёмов. Тупые члены Визенгамота поверили, что это могла сделать Беллатриса, даже не усомнившись в её виновности.
Оскорбленная в лучших чувствах Белла металась из крайности в крайность. В чем-то ей пришлось даже сложнее, чем Снейпу. Тот последовательно и сознательно помогал Дамблдору, передавая сведения для Ордена Феникса. Белла же то, по старой памяти, буквально сходила с ума от восхищения перед Лордом и позволяла творить с собой всё, что его темнейшеству приходило в голову, включая тот самый загадочный ритуал; то, в моменты прояснения сознания, кипела обидой и яростью, и тогда Волдеморт терялся в догадках, кто же ставит палки в колёса любому его начинанию. Под влиянием момента Сумасшедшая Лестрейндж могла запустить Круциатусом и тут же потерять всякий интерес к дальнейшим «развлечениям» с пленниками, переключившись на своих соратников, могла освободить камеры с узниками, отправив их порт-ключами за десятки миль от тюрьмы — предугадать поступки этой Пожирательницы не мог никто. В окружении Лорда не боялся её только Снейп, с которым у Беллы установился неуверенный, осложненный недоверием с обеих сторон, но достаточно прочный мир.
Именно Белла, ругаясь и проклиная, вытащила его покоцанную змеёй тушку из горящей Воющей хижины и притащила тело пред изумлённые зеленые очи Поттера. Именно Белла собиралась под угрозой Авады заставить свежеиспечённого героя доставить тело бывшего учителя в Мунго, но с удивлением поняла, что герой и не думает этому сопротивляться… И когда она ворвалась в Приёмный покой с воплем: «Я психованная, мне без очереди!», привет-ведьма только молча указала рукой направление реанимациии.
Магическая общественность до сих пор находилась в шоке после обнародования этого факта. Ещё более невероятным для Драко было то, что колдомедикам удалось привести мозг тёти в относительно пристойный вид. Эту непотопляемую паразитку даже приняли на работу в один из отделов Аврората, занимающийся обезвреживанием опасных артефактов и разрушением смертоносных проклятий. Недюжинные знания потомственной тёмной ведьмы тут очень пригодились. Ведь некоторые артефакты создавались не без её участия. И вот ей как раз до сих пор боялись хамить в лицо, вспоминая былые пожирательские подвиги. Ругали только за спиной, но это Беллу совсем не трогало.
Не успел Драко предаться спасительным мечтам о том, что, возможно, под фамилией «Блэк Б.» скрывается совсем другая личность, как дверь кабинета с грохотом распахнулась, и в комнату влетел ураган в форменной аврорской мантии. С разбегу Беллатриса опрокинула кресло для посетителей, но даже не заметила этого, а сразу выпалила прямо в лицо племяннику:
— Драко, ты должен что-нибудь с этим сделать!
— С чем? — промямлил Малфой, доставая волшебную палочку и заклинанием возвращая кресло в нормальное положение.
— Не с чем, а с кем! — рявкнула Белла и, перегнувшись через стол, нависла над растерявшимся родичем.
— Белла ты, наверное, немного ошиблась. Фамилия твоего колдомедика-менталиста Меллис, а ты записалась ко мне… — попытался взять себя в руки Драко.
Белла ткнула в его грудь указательным пальцем и прошипела:
— Менталисты не могут помочь приличной даме разобраться, беременна она или нет!
— Что?! — подавился от удивления Малфой
— Племянник, может, тебе тоже к менталисту обратиться? Ты что-то плохо понимаешь, о чём тебе говорят! — продолжала негодовать Беллатриса.
— Ну, почему ко мне? Я же твой родственник! — возмутился Драко, оттолкнув от себя тётку.
На суде Рудольфус и Рабастан без зазрения совести свали всю вину на Беллатрису, зная, что условия магически заключённого брака не позволят той свидетельствовать против мужа и его родственника. Отбывая свой срок в Азкабане, Белла надеялась, что Волдеморт вернётся и покарает этих двух предателей, столь отвратительно обошедшихся с ней. Волдеморту же было абсолютно наплевать на такие мелочи, его заботили совсем другие проблемы. Этого Беллатриса не смогла простить своему Лоду, как ни пыталась. Её возмущал даже не сам факт издевательств, а то, какими кошмарными маггловскими способами Рудольфус и Рабастан пытали своих жертв на её глазах, не гнушаясь самых «немагических» и грязных приёмов. Тупые члены Визенгамота поверили, что это могла сделать Беллатриса, даже не усомнившись в её виновности.
Оскорбленная в лучших чувствах Белла металась из крайности в крайность. В чем-то ей пришлось даже сложнее, чем Снейпу. Тот последовательно и сознательно помогал Дамблдору, передавая сведения для Ордена Феникса. Белла же то, по старой памяти, буквально сходила с ума от восхищения перед Лордом и позволяла творить с собой всё, что его темнейшеству приходило в голову, включая тот самый загадочный ритуал; то, в моменты прояснения сознания, кипела обидой и яростью, и тогда Волдеморт терялся в догадках, кто же ставит палки в колёса любому его начинанию. Под влиянием момента Сумасшедшая Лестрейндж могла запустить Круциатусом и тут же потерять всякий интерес к дальнейшим «развлечениям» с пленниками, переключившись на своих соратников, могла освободить камеры с узниками, отправив их порт-ключами за десятки миль от тюрьмы — предугадать поступки этой Пожирательницы не мог никто. В окружении Лорда не боялся её только Снейп, с которым у Беллы установился неуверенный, осложненный недоверием с обеих сторон, но достаточно прочный мир.
Именно Белла, ругаясь и проклиная, вытащила его покоцанную змеёй тушку из горящей Воющей хижины и притащила тело пред изумлённые зеленые очи Поттера. Именно Белла собиралась под угрозой Авады заставить свежеиспечённого героя доставить тело бывшего учителя в Мунго, но с удивлением поняла, что герой и не думает этому сопротивляться… И когда она ворвалась в Приёмный покой с воплем: «Я психованная, мне без очереди!», привет-ведьма только молча указала рукой направление реанимациии.
Магическая общественность до сих пор находилась в шоке после обнародования этого факта. Ещё более невероятным для Драко было то, что колдомедикам удалось привести мозг тёти в относительно пристойный вид. Эту непотопляемую паразитку даже приняли на работу в один из отделов Аврората, занимающийся обезвреживанием опасных артефактов и разрушением смертоносных проклятий. Недюжинные знания потомственной тёмной ведьмы тут очень пригодились. Ведь некоторые артефакты создавались не без её участия. И вот ей как раз до сих пор боялись хамить в лицо, вспоминая былые пожирательские подвиги. Ругали только за спиной, но это Беллу совсем не трогало.
Не успел Драко предаться спасительным мечтам о том, что, возможно, под фамилией «Блэк Б.» скрывается совсем другая личность, как дверь кабинета с грохотом распахнулась, и в комнату влетел ураган в форменной аврорской мантии. С разбегу Беллатриса опрокинула кресло для посетителей, но даже не заметила этого, а сразу выпалила прямо в лицо племяннику:
— Драко, ты должен что-нибудь с этим сделать!
— С чем? — промямлил Малфой, доставая волшебную палочку и заклинанием возвращая кресло в нормальное положение.
— Не с чем, а с кем! — рявкнула Белла и, перегнувшись через стол, нависла над растерявшимся родичем.
— Белла ты, наверное, немного ошиблась. Фамилия твоего колдомедика-менталиста Меллис, а ты записалась ко мне… — попытался взять себя в руки Драко.
Белла ткнула в его грудь указательным пальцем и прошипела:
— Менталисты не могут помочь приличной даме разобраться, беременна она или нет!
— Что?! — подавился от удивления Малфой
— Племянник, может, тебе тоже к менталисту обратиться? Ты что-то плохо понимаешь, о чём тебе говорят! — продолжала негодовать Беллатриса.
— Ну, почему ко мне? Я же твой родственник! — возмутился Драко, оттолкнув от себя тётку.
Страница 4 из 42
