Фандом: Гарри Поттер. А что будет, если однажды столкнуться лицом к лицу с человеком, чью дочь ты несколько месяцев держал в своих подвалах заложницей?
5 мин, 38 сек 6843
Девочка… они всё-таки сбежали потом. Их вывел этот безумный домовик, Добби. Вот для чего, наверное, его когда-то купила Цисса: чтобы однажды он забрал из его подвала девочку с длинными белыми волосами, избавив своего бывшего хозяина от клейма детоубийцы. Вот только что же так долго-то? Добби-Добби, первый свободный эльф. Надеюсь, сейчас ты где-нибудь счастлив своей странной свободой…
Он резко сел, откинул одеяло, и как был, босиком и без мантии, пошёл искать сына.
Снаружи было уже темно — наверное, совсем ночь, или поздний вечер… Драко нашёлся в своей комнате и постели — спящим.
— Сыграй со мной, — сказал ему Люциус, наклоняясь и касаясь ладонью его щеки. — Драко, пожалуйста, пойдём, поиграем.
Тот открыл глаза, щурясь со сна, посмотрел на отца немного растерянно — потом молча кивнул, встал и даже не стал одеваться — только завернулся в халат и туго затянул пояс. Они так же молча спустились вниз, в музыкальный салон — Люциус поднял крышку рояля и сел слева от центра, уступая сыну ведущую партию.
— Что захочешь, — тихо проговорил он. — Я подхвачу.
Тот кивнул, подумал пару секунд — и заиграл.
Рассвет они встретили за роялем. И когда предметы в комнате, в которой они так и не зажгли света, начали обретать всё более ясные очертания, а очередная пьеса закончилась, Люциус притянул к себе сына, обнял его и прижал крепко — так, как если бы то ли прощался, то ли здоровался после очень долгой разлуки. И замер так, склонив его голову к себе на плечо и запустив пальцы в мягкие светлые волосы. Тот ответил таким же объятьем — Люциусу всё чудилось, что тот вот-вот спросит что-то, но он ошибся: сын так и не нарушил в тот раз собственного молчания, и только время от времени стискивал свои руки, прижимая к себе отца ещё крепче.
Так сильно, словно боялся, что если упустит его сейчас — то это будет уже навсегда.
… Первый анонимный взнос в фонд «Придиры» (около восьмисот галеонов) был сделан во вторую годовщину битвы за Хогвартс. После были другие — на большие или меньшие суммы, два или три раза в год.
В конце концов, такое порой случается, правда? Читатели этой газеты всегда любили её, и время от времени кто-то из них поддерживал сие удивительное издание той или иной суммой. Чаще всего анонимно — просто чтобы не смущать её замечательного редактора.
При чём здесь мистер Малфой, спросите вы? Да разумеется, ни при чём.
Малфои не читают подобную чушь.
Никогда.
Он резко сел, откинул одеяло, и как был, босиком и без мантии, пошёл искать сына.
Снаружи было уже темно — наверное, совсем ночь, или поздний вечер… Драко нашёлся в своей комнате и постели — спящим.
— Сыграй со мной, — сказал ему Люциус, наклоняясь и касаясь ладонью его щеки. — Драко, пожалуйста, пойдём, поиграем.
Тот открыл глаза, щурясь со сна, посмотрел на отца немного растерянно — потом молча кивнул, встал и даже не стал одеваться — только завернулся в халат и туго затянул пояс. Они так же молча спустились вниз, в музыкальный салон — Люциус поднял крышку рояля и сел слева от центра, уступая сыну ведущую партию.
— Что захочешь, — тихо проговорил он. — Я подхвачу.
Тот кивнул, подумал пару секунд — и заиграл.
Рассвет они встретили за роялем. И когда предметы в комнате, в которой они так и не зажгли света, начали обретать всё более ясные очертания, а очередная пьеса закончилась, Люциус притянул к себе сына, обнял его и прижал крепко — так, как если бы то ли прощался, то ли здоровался после очень долгой разлуки. И замер так, склонив его голову к себе на плечо и запустив пальцы в мягкие светлые волосы. Тот ответил таким же объятьем — Люциусу всё чудилось, что тот вот-вот спросит что-то, но он ошибся: сын так и не нарушил в тот раз собственного молчания, и только время от времени стискивал свои руки, прижимая к себе отца ещё крепче.
Так сильно, словно боялся, что если упустит его сейчас — то это будет уже навсегда.
… Первый анонимный взнос в фонд «Придиры» (около восьмисот галеонов) был сделан во вторую годовщину битвы за Хогвартс. После были другие — на большие или меньшие суммы, два или три раза в год.
В конце концов, такое порой случается, правда? Читатели этой газеты всегда любили её, и время от времени кто-то из них поддерживал сие удивительное издание той или иной суммой. Чаще всего анонимно — просто чтобы не смущать её замечательного редактора.
При чём здесь мистер Малфой, спросите вы? Да разумеется, ни при чём.
Малфои не читают подобную чушь.
Никогда.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 2 из 2
