Герои ХэппиПасты тесно связаны с Мирандой Холтфей, она спокойно жила с ними, но тут, кое-кто вторгся в мир ХэппиПасты. Это были герои КрипиПасты, каким-то неведомым образом, они попали в особняк и завидев своих копий, но более милых, они решили покромсать их на куски. Герои защищались, отражали атаки, но они оказались слишком слабы для крипаков. В дело вступила Мира устроила взрыв. Убила себя и попала в тело Ульяны Гусевой, дабы завершить начатое, она уговаривает её помочь.
75 мин, 38 сек 19126
По комнате отчётливо разнесся стук в стекло, ритмичный и тихий.
Ульяна схватила первое что попалось под руку и это был кол, который Гусева хранила под кроватью для самообороны.
Она вскочила с кровати и увидела…
Улыбашку. Белая, противная и устрашающая морда. Губы парня зашевелились, он что-то говорил, но к сожалению Уля не умела читать по губам. Джеффри это знал, но захотел немного напугать девушку.
И это у него удалось, Ульяна была перепугана, встретить этого психопата поздно вечером было не самым лучшим сюрпризом, оружия, увы, не было. Но у нас есть ломаная табуретка с острой ножкой. И конечно же, брюнетка вооружилась мебелью, дабы в случае попытки насилия, зарядить Вудсу табуретом в лоб!
Киллер со всей своей одержимой дури, разбил локтем стекло, но этот имбицил ещё не знал про второе стекло.
Его незнание могло пойти на пользу, но как правило гласит, гг тупые и сами не могут додуматься до элементарного побега, но знайте, Ульяша вприпрыжку выбежала и как обычно, с поросячьим визгом из комнаты.
— ИДИТЕ, НАХУЙ, ПСИХОПАТЫ, Я ЖИТЬ ПОЖИВАТЬ, ДА ГОРЯ НЕ ЗНАТЬ ХОЧУ! — скользя по паркеты в шерстяных носочках орала во всю глотку божий гусь, при этом, брюнетка решила, так сказать, выпендриваться перед психопатом, который мог в любую минуту метнуть нож и закончить бежать.
Ульяхыч сделала кувырок через левое плечо, придавив собой банан-пушку, плюнув на это как и на школьный аттестат, девчуля благим матом покрывала не только убийцу, но и долбаящера, Дмитрия Соколовского. Блондин, эгоист, ничего кроме поедания мармелада и не умеет, возможно, и не научится чему-нибудь новому.
Из-за угла появился тёмный силуэт, не анорексички, но и не женщины с избыточным весом, короче, это была мама Ульяны.
— Молодой человек, развлекайтесь с Ульяной в другой комнате… — И её речь неожиданно оборвалась, как тонкая нить. Каково было её удивление, когда женщина увидела не Дмитрия, а, мать Вашу, Джеффри. Дикий визг и метание яиц в голову маньяка, Гусева тем временем ползла на балкон, за отцовским дробовиком.
«Либо я, либо он» произносилось в её голове. Самой девушке было страшно и непривычно держать дробовик в руках.
Вудс со звериным оскалом бросился на мать девушки, зрачки были слишком сильно сужены, будто две бусинки бисера, серо-голубая радужка перестала пылать надеждой. Потухли, словно две спички. Брюнет повалил женщину на пол, из его широкого рта вырвалось еле слышимое хихиканье, предвещающее ужасное.
Сиплый крик вырвался из горла женщины, после, она начала умолять психа оставить её в живых.
Желание жить, оно есть у многих, но перед грядущей смерть от руки какого-то психопата, оно пылает как никогда, прозрачные слёзы скатились по бледной, шершавой щеке, она знала её учесть. Умереть, так и не познать ничего из её ярких планов на жизнь. Ни взрослой и самостоятельной Ульяны, свадьбы своей дочери, путешествий по разным странам мира, ничего.
Рука психа уже была занесена над грудью женщины, лезвие заострённого на этот раз, ножа сверкало и блистало, но запёкшаяся кровь осталась на деревянной рукоятке.
Крик, плач, вздох и хохот Джеффа.
Ещё одна жертва, мертва.
Ульяна держала в дрожащих руках дробовик, прицелившись в голову Вудса. Оружие упиралось в макушку парня.
— У-умри, п-пожалуйста…
Тихое хихиканье, только через раз было слышно этот мерзкий звук, словно тиканье часов. Ульяну это выбешивало, раздражало до жути, страх был выше чем мог быть, но наша героиня скрывала это за каменной маской смелости. По щеке прокатилась прозрачная слеза, маленькая, но полная ненависти и боли.
— УМРИ, СУКА! — Этот крик чётно и кажется с эхом, разнёсся по комнате, Ульяна сменила цель, дробовик был на плече этой бледной мрази. Указательный палец решительно нажал на курок, белая, а может быть уже тёмно серая, толстовка окрасилась в багровый.
— Ты не сможешь меня убить, признай это… — с долей усмешки в голосе, сказал он.
Казалось, что ему было всё равно на развивающуюся боль в руке, жжение, кровотечение, убийце было пофигу.
— Я… Я… Я… Я СМОГУ, — Ульяна на этот раз прострелила ему бедро, Джефф не издавал никаких писков, а всего лишь засмеялся. Вудс спокойно, без колебаний, встал на ноги, но он опирался на правую ногу, на левую… Хах, да, ему было больно.
В брюнетку вселился какой-то психопат, на время.
Она начала смеяться, так громко, истерически. При этом она стреляла в труп собственной матери, ей было больно осознавать всё это, страшный сон, он стал явью. Джефф пришёл и смог причинить боль.
Неожиданно для этих двоих, сзади Ульяши появился силуэт, он положил левую руку на правое плечо девушку. Зрачки мгновенно сузились, а несовершеннолетняя опомнилась, но она всё еще крепко держала в руках оружие.
— Ульяна, остановись, это не ты, — Вместо истерического смеха, появилось тихое всхлипывание, это было от девушки.
Она оттолкнула от себя парня, Дима, он был спокоен. Девушка уже хотела выстрелить в голову маньяка, но… Он смылся.
— Я тебя найду и убью, я обещаю…
Ульяна схватила первое что попалось под руку и это был кол, который Гусева хранила под кроватью для самообороны.
Она вскочила с кровати и увидела…
Улыбашку. Белая, противная и устрашающая морда. Губы парня зашевелились, он что-то говорил, но к сожалению Уля не умела читать по губам. Джеффри это знал, но захотел немного напугать девушку.
И это у него удалось, Ульяна была перепугана, встретить этого психопата поздно вечером было не самым лучшим сюрпризом, оружия, увы, не было. Но у нас есть ломаная табуретка с острой ножкой. И конечно же, брюнетка вооружилась мебелью, дабы в случае попытки насилия, зарядить Вудсу табуретом в лоб!
Киллер со всей своей одержимой дури, разбил локтем стекло, но этот имбицил ещё не знал про второе стекло.
Его незнание могло пойти на пользу, но как правило гласит, гг тупые и сами не могут додуматься до элементарного побега, но знайте, Ульяша вприпрыжку выбежала и как обычно, с поросячьим визгом из комнаты.
— ИДИТЕ, НАХУЙ, ПСИХОПАТЫ, Я ЖИТЬ ПОЖИВАТЬ, ДА ГОРЯ НЕ ЗНАТЬ ХОЧУ! — скользя по паркеты в шерстяных носочках орала во всю глотку божий гусь, при этом, брюнетка решила, так сказать, выпендриваться перед психопатом, который мог в любую минуту метнуть нож и закончить бежать.
Ульяхыч сделала кувырок через левое плечо, придавив собой банан-пушку, плюнув на это как и на школьный аттестат, девчуля благим матом покрывала не только убийцу, но и долбаящера, Дмитрия Соколовского. Блондин, эгоист, ничего кроме поедания мармелада и не умеет, возможно, и не научится чему-нибудь новому.
Из-за угла появился тёмный силуэт, не анорексички, но и не женщины с избыточным весом, короче, это была мама Ульяны.
— Молодой человек, развлекайтесь с Ульяной в другой комнате… — И её речь неожиданно оборвалась, как тонкая нить. Каково было её удивление, когда женщина увидела не Дмитрия, а, мать Вашу, Джеффри. Дикий визг и метание яиц в голову маньяка, Гусева тем временем ползла на балкон, за отцовским дробовиком.
«Либо я, либо он» произносилось в её голове. Самой девушке было страшно и непривычно держать дробовик в руках.
Вудс со звериным оскалом бросился на мать девушки, зрачки были слишком сильно сужены, будто две бусинки бисера, серо-голубая радужка перестала пылать надеждой. Потухли, словно две спички. Брюнет повалил женщину на пол, из его широкого рта вырвалось еле слышимое хихиканье, предвещающее ужасное.
Сиплый крик вырвался из горла женщины, после, она начала умолять психа оставить её в живых.
Желание жить, оно есть у многих, но перед грядущей смерть от руки какого-то психопата, оно пылает как никогда, прозрачные слёзы скатились по бледной, шершавой щеке, она знала её учесть. Умереть, так и не познать ничего из её ярких планов на жизнь. Ни взрослой и самостоятельной Ульяны, свадьбы своей дочери, путешествий по разным странам мира, ничего.
Рука психа уже была занесена над грудью женщины, лезвие заострённого на этот раз, ножа сверкало и блистало, но запёкшаяся кровь осталась на деревянной рукоятке.
Крик, плач, вздох и хохот Джеффа.
Ещё одна жертва, мертва.
Ульяна держала в дрожащих руках дробовик, прицелившись в голову Вудса. Оружие упиралось в макушку парня.
— У-умри, п-пожалуйста…
Тихое хихиканье, только через раз было слышно этот мерзкий звук, словно тиканье часов. Ульяну это выбешивало, раздражало до жути, страх был выше чем мог быть, но наша героиня скрывала это за каменной маской смелости. По щеке прокатилась прозрачная слеза, маленькая, но полная ненависти и боли.
— УМРИ, СУКА! — Этот крик чётно и кажется с эхом, разнёсся по комнате, Ульяна сменила цель, дробовик был на плече этой бледной мрази. Указательный палец решительно нажал на курок, белая, а может быть уже тёмно серая, толстовка окрасилась в багровый.
— Ты не сможешь меня убить, признай это… — с долей усмешки в голосе, сказал он.
Казалось, что ему было всё равно на развивающуюся боль в руке, жжение, кровотечение, убийце было пофигу.
— Я… Я… Я… Я СМОГУ, — Ульяна на этот раз прострелила ему бедро, Джефф не издавал никаких писков, а всего лишь засмеялся. Вудс спокойно, без колебаний, встал на ноги, но он опирался на правую ногу, на левую… Хах, да, ему было больно.
В брюнетку вселился какой-то психопат, на время.
Она начала смеяться, так громко, истерически. При этом она стреляла в труп собственной матери, ей было больно осознавать всё это, страшный сон, он стал явью. Джефф пришёл и смог причинить боль.
Неожиданно для этих двоих, сзади Ульяши появился силуэт, он положил левую руку на правое плечо девушку. Зрачки мгновенно сузились, а несовершеннолетняя опомнилась, но она всё еще крепко держала в руках оружие.
— Ульяна, остановись, это не ты, — Вместо истерического смеха, появилось тихое всхлипывание, это было от девушки.
Она оттолкнула от себя парня, Дима, он был спокоен. Девушка уже хотела выстрелить в голову маньяка, но… Он смылся.
— Я тебя найду и убью, я обещаю…
Страница 11 из 20
