Часовня

Погибли не все. Атомная война унесла жизни двух третей жителей Земли. Те, кому посчастливилось остаться в живых, не заразиться убийственной радиацией, первым делом наводнили метро, заброшенные здания, канализации, и только спустя пару лет рискнули выйти на поверхность. Первые годы после войны прошли в скитаниях и попытках создать группы, общины, по крайней мере, так было безопаснее, чем в одиночку. Всё из-за того, что Тьма, накрывшая мир, открыла врата самого настоящего ада, выплеснув на человечество орды беспощадных монстров. Тот, кто не мог защитить себя, погибал. Сбылись самые худшие опасения человечества — Апокалипсис всё же наступил.

Места в новом мире теперь было много. Люди основывали колонии, даже целые города. Само собой, не обходилось без стычек и войн за территорию, но в целом, люди вели себя цивилизованно и сплотились тесно, как никогда до этого.

Но встречались и одиночки, предпочитавшие уединение и спокойствие. Таким был священник Алексий из одной сибирской церквушки.

Часовня, в которой он жил, находилась почти в центре широкой снежной пустоши, окружённой густым непроходимым лесом. Беспощадные ветра грозились сдуть часовенку с места, а лютый холод пронизывал до самых костей. Когда начали падать бомбы, Алексий много молился. Не за себя, а за всё человечество. Но, когда старенькое радио стало передавать грустные и страшные сообщения о падении Вашингтона, Киева, Вены, Берлина, Москвы, Алексий начал сомневаться в Божьей милости. Зачем Он допускает такое? Впрочем, один вариант у него всё же был — Господь разочаровался в людях и решил уничтожить их, как уже делал раньше. Правда, в тот раз он использовал Великий Потоп, оставив в живых одного праведника Ноя. Ни одна бомба не упала на голову Алексия, радио молчало уже давно. И священник решил, что Бог пожалел его и оставил влачить своё жалкое существование в одиночестве.

Но он не перестал молиться. Пришлось приспосабливаться к новым условиям. Алексий наведался в соседнюю деревушку, и на санях вывез оттуда все продукты, которые смог найти, а также несколько ружей и автомат из избушки лесника. Алексий обладал здоровьем и выносливостью настоящего сибиряка — его не брали ни холод, ни сильные болезни. Простуду он лечил по-народному — травами.

Но он не отказывал себе и в кое-каких развлечениях. Он знал об установленном в подвале часовни генераторе энергии с надписью поперёк корпуса «2043 год. Осторожно — высокое напряжение». Такие генераторы до войны устанавливались везде, где только было можно. Он давал Алексию свет, электричество и зарядку для ноутбука. Ноутбук этот Алексий тоже вывез из деревни. На нём хранилось множество фильмов, а также программа для записи классической музыки. Когда Алексий служил в церкви, он мастерски играл на органе и пианино. Теперь, вооружившись ноутбуком, он чувствовал, как мысленно возвращается в те дни, когда садился в своей сутане за рояль и исполнял Шопена.

Четыре года прошли в полном одиночестве. Правда, иногда к часовне приближались медведи или мутировавшие росомахи размером с быка, но священник прогонял их автоматными очередями. На пятый год он, наконец, увидел людей.

Они шли вчетвером из леса. Алексий разглядел их из окошка. Путники выглядели зверски уставшими и израненными. Двое из них хромали. Направлялись они прямиком к часовне. Алексий нахмурился. Восторг, вызванный тем, что он всё-таки был не один на свете, сменился угрюмостью и недовольством. За несколько лет он привык жить один, и вторжение чужаков ему было не по душе. Но Господь предписывал быть милосердным и оказывать помощь тем, кто в ней нуждался. И всё же, выходя на крыльцо, Алексий захватил с собой автомат.

— Кто вы? — спросил он, направив дуло на нежданных гостей.

— Святой отец, — с одышкой произнёс бородатый мужик, по-видимому, вожак группы.

— Помоги нам. Прошу тебя. Мы о многом не просим.

— Чего вы хотите?

— Спрятаться. Тварь идёт за нами. Прошу вас, святой отец…

Алексий поразмыслил с минутку, а затем спросил:

— Верите ли вы в Бога?

— Да, — ответил вожак.

— Да, — подхватили остальные.

— Тогда заходите. Помните — вы в храме Господнем. Сложите оружие, всё, какое есть, вон там, на лавке, и пойдёмте к алтарю.

Он подвёл их к распятию Христа, и все пятеро принялись молиться. Убедившись, что гости знают основные молитвы, Алексий проникся к ним более тёплые чувства. Он рассадил их по скамейкам, вручил каждому по дымящейся жестяной банке с гречневой кашей и принялся расспрашивать их про то, что творится за пределами тайги.

— Там разруха, — говорил бородач.

— Мы шли из Казани во Владивосток. Говорят, там корабли собираются и на борт всех желающих берут.

Когда они отправились в путь, их было более трёх десятков. Но погода была слишком суровой, а твари, рождённые радиацией, таились повсюду, поэтому группа теряла и теряла людей, пока не попала в тайгу.