Чего боятся скоя'таэли?

— Заткнись! — прикрикнул на него Иорвет. — Не пойдешь добровольно, я тебя заставлю. Поверь, я это умею, — он для наглядности наполовину вытащил свой меч из ножен, лицо эльфа освещала совершенно маниакальная улыбка.

Лютик резко спал с лица, а Роше захохотал:

— Вот он, настоящий Иорвет! С возвращением, старина! Я уже успел соскучиться! — он даже дружески похлопал эльфа по плечу.

Тот ошалело перевел взгляд с несчастного барда на совершенно счастливого капитана «Синих Полосок».

— Роше, — осторожно начал эльф. — Ты не заболел часом? — рука Полосатого всё еще продолжала лежать на его плече.

— Ни чуточки, — ухмыльнулся тот, так и не убрав руку.

— Я вам тут всем не мешаю? — поинтересовался Геральт. — У нас вроде бы дело есть, или я что-то путаю?

Лютик прикрыл глаза, сделал вдохновенное лицо, провел пальцем по струнам и запел:

Жил на свете эльф одноокий,

Мечтал он во снах о вечной любви.

Красивым он был, ну прямо уж очень,

Что женщины падали от сей красоты.

Пронзал он их взглядом, как стрелы Амура,

И клялись они ему вечно быть с ним…

— Я тебе сейчас так поклянусь, блядь! — донесся из кустов злой голос вышеупомянутого одноокого эльфа. И тут же замолк на полуслове. Лютику было хорошо видно, как Роше зажимает скоя'таэлю рот и нос со вполне понятной целью — удушить остроухую скотину.

Бард решил, что двум смертям не бывать, а одной не миновать, и пропел последние строки:

Но лишь поглядывал на баб этих хмуро,

Командиром «Полосок» мысли его заняты!

— Лютик, спасайся! — посоветовал ему сочувственный голос ведьмака из тех же кустов.

— Говорил я тебе, Лютик, — пожурил барда белоголовый, — не выделывайся, не импровизируй. Ты понимаешь значение слов «действовать по плану»?

Четверка бравых победителей неудовлетворенных женщин сидела на деревьях, стараясь как можно меньше шуметь, дабы не привлекать ненужного внимания.

А всё начиналось так хорошо! Бард своим сладкоголосым пением должен был выманить чудовищных женщин из лагеря скоя'таэлей на открытую поляну, а Иорвет, когда все дамы окажутся там, появиться из кустов, как накер из норы, и увести всю толпу к обрыву прямо у логова главоглаза. Он успел бы убежать (ну, Геральт на это надеялся), а женщины стали бы обедом сей милой зверушки.

Но всё пошло наперекосяк, когда виршеплет поддался искусу импровизации. Дамы, конечно, оставили в покое несчастных Белок, но погнались они отнюдь не за Иорветом, хотя тот и выскочил из кустов, как полагалось. Разъяренные фурии что есть сил преследовали улепетывающего от них Лютика, крича:

— Иорвет только наш! Никаких Роше!

А потом они заметили Вернона, который стоял рядом с эльфом.

И тут нашей святой четверке показалось, что пророчество Итлины начало сбываться. Оставалось только драпать.

— Не будь я сейчас на волосок от гибели, бард, — зашипел не хуже змеи Иорвет, — ты был бы уже мертв, клянусь!

— И я тебя полностью поддерживаю, — буркнул себе под нос синеполосатый. В гонке — не на жизнь, а на смерть — он чуть не потерял свой бессменный шаперон. Капитану пришлось спешно заматывать слетевшую было с головы тряпицу, дабы никто не заметил, что он под ней прячет.

— Какое единство взглядов! Может, Лютик не так уж далек от истины в своих соображениях? — хмыкнул Геральт.

От скорой кончины ведьмака спасло только то, что он сидел на другом дереве. Два злобных взгляда прожигали белоголового насквозь.

— Что теперь будем делать? — осторожно поинтересовался бард, стараясь разрядить обстановку.

— Убивать тебя? — предположил эльф.

— Да идите вы! Сами меня втянули в эту историю, а теперь я же и виноват! — обиженно проскулил Лютик. Очень уж ему не понравился многообещающий взгляд зеленого командира.

— Может, вы посмотрите вниз? — предложил Геральт. Три пары глаз устремились на Белого Волка.

— Да не на меня, а вниз!

— Бля, — только и смог сказать Лютик. — Это Шеала?

— Вероятно, — серьезности голоса ведьмака позавидовал бы и лектор Оксенфуртского университета.

— Может, спустимся? — предложил Роше.

— А может, не надо? — панически вцепился в его руку Иорвет. Вся бравада, с которой он обещал расправиться с виршеплетом, исчезла без следа.

— Давайте уже! Потом миловаться будете! — огрызнулся Лютик.

Вернон с осторожностью сапера отцепил от себя эльфоподобного клеща и стал спускаться вниз вслед за Геральтом.

Зрелище, представшее пред ними, было крайне малоаппетитным. Впрочем, жрать труп они все равно не собирались. Женщину, судя по виду, разодрала целая стая накеров, однако характерного запаха не наблюдалось. Труп был совсем свежим — магичку разорвали сегодня ночью. И то, что до нее до сих пор не добрались трупоеды, было весьма странно.

— И что вы об этом всем думаете, милсдари? — обвел всю компанию взглядом белоголовый.