Чердак

— Приходите так же медленно, как черепашки?! — перебила она говорящего. — Ой, простите. А чем вы хотите, чтобы мы с ним заплатили?

— Своими снами.

— Чем?

— Отдайте несколько часов или несколько суток своего сна. Если расплачиваетесь вдвоём, то оптом дешевле — несколько часов. Если одна, то оплачивать придётся сутками.

— Ой, а можно я подумаю? А то я… ик… ничего не поняла.

— Конечно-конечно! У Вас есть время. Я зайду как-нибудь попозже.

Конечно, всё она поняла. В смысле, услышала каждое слово в отдельности. Она уже потянулась к Юрику, чтобы начать его будить…

— Вы ещё не готовы, — вернулся он на секунду, — поэтому я потом… как-нибудь попозже зайду.

— Как? — раздражённо прокричала она, — ты ещё не ушёл?

Ей показалось, что он уже вернулся и сейчас начнёт продолжать канючить: «Ну, так что? Вы уже успели подумать?»

— Всё, ухожу-ухожу-ухожу… Вы, главное, ни о чём не волнуйтесь! Если будете часто пользоваться услугами нашего оружейного магазина и платить за это своим сном, то Вас никто в этом городе не тронет. Все сразу будут принимать Вас за своего. А если не будут, то Вы им покажете оружие с маркой нашего магазина — они тут же его узнают, и немедленно от Вас отстанут! Потому, что сон для нас — это самое дорогое. Ну, я имею в виду, Ваш сон.

Сказав это, он окончательно удалился.

— Эй, Юра, — принялась она расталкивать спящего в плечо. — А ну просыпайся!

— Понимаешь, — пытался ей объяснить проснувшийся Юрик, чтобы ответить на всё то, что она ему рассказала, — я сплю всегда очень чутко и просыпаюсь от малейшего шороха. Скажи честно: тебе всё это приснилось! Хрень с мертвяком, который стоит и что-то тебе болтает. Какую-то белиберду про сон. Ты напилась и — такое бывает.

— Говорю же тебе — нет! — распиналась перед ним она. — Ты тоже напился — я еле тебя разбудила. И это называется «я очень чутко сплю»?

— Я правда бы проснулся, если бы вы разговаривали, — тоже распинался он перед ней.

— В общем, надо отсюда сматываться, из этого города. Поверь, мне он очень сильно не понравился! Вроде такой вежливый, весь из себя галантный, но внутри… что-то дьявольское. Оттого, что он говорил, у меня мурашки бежали по коже. Я даже не знаю, что, но кровь в жилах так и леденела.

— И как, по-твоему, мы отсюда удерём? Сядем на велики и уедем?! Если то, что ты мне здесь рассказала, была правда, то представь себе: эти типы на машине нас догонят. И что ты тогда будешь делать? Простреливать им колесо?!

— Да просто: убраться в другой город. Если всех действительно эвакуировали, то надо поехать и посмотреть: наверняка в других городах есть люди. А в эвакуированном — всякие галлюцинации являются. Особенно, на нетрезвую голову.

— Но я же тебе объяснял сто раз: ничего не получится. Почему мне ты не веришь, а я должен тебя слушаться? И верить во всяких лунатиков, которые приходят и требуют «денег» за сон… То есть, за патроны, которые ты якобы украла из их магазина. Ведь он даже документов тебе не показал, что он действительно в нём работает.

— А почему ТЫ мне не веришь? А? Может быть, я тоже сто раз тебе повторяла — устала уже повторять, что в нашем городе банальная эвакуация. Себе самому веришь в те глупости, которые ты говоришь, а мне… А меня за последнюю дуру считаешь.

— Опять «в нашем городе»?! — начал он выходить из себя. — Ты же сама была уверена, что барак подменили!

— Ну и что?! Я же тебе, тугодуму, говорила, что подменили только барак, а не весь наш город!

— О! — неожиданно Юрку осенило. — Я знаю, как тебе доказать.

— Что доказать?!

— То, что болтовня про эвакуацию — это детский лепет!

— Ну давай, попытайся…

— В этом городе никогда не вечереет. Небо всё время застлано облаками, так что не видно, двигается ли солнце вообще или стоит на одном и том же месте.

— То есть, ты хочешь сказать, что здесь не бывает ночей? — произнесла Люда язвительно, словно услышала очередную нелепость.

— По времени мы находимся в этом городе уже двое или трое суток. И ни разу не настал вечер. Не кажется ли тебе это странным? Разве в эвакуированных городах такое бывает?

— Может, время замедлилось, — брякнула Люда. — И из-за этого произошла эвакуация. Тебе кажется, что прошло двое суток, а на самом деле солнце на два часа сдвинулось.

Это была такая нелепость, что Юрик не хотел её даже слушать. Не то, что продолжать её обсуждать.

— Ну, хорошо, — согласилась Люда с его кислой недовольной физиономией, — если сейчас сюда припрётся второй «лунатик» и потребует«плату» за ту гору фигни, которую мы вывезли из супермаркета, тогда-то хоть поверишь в то, что мне всё это не приснилось?

— Я же с тобой не спорю! — сделался его тон более умиротворённым. — Просто я взять в толк не могу: если мы поедем, то на чём! Через леса, пешком будем убегать? Потому что велик через лес не проходит, а на дороге нас, скорее всего, поймают.