Все началось с нее… черной розы. Но это было неправильно… Им было нельзя сближаться. Теперь, их ждут мучения. (Данная история является порождением бреда автора и только им. Не надо принимать ее за канон или основу оного.
148 мин, 36 сек 11955
Был уже полдень, очередного, казалось бы, самого обычного и тихого дня. Трендер сидел в своей комнате, что так любезно выделил ему Вендор и ожидал, когда владелец лавки позовет его и Сплендора за стол. Прошло уже немало времени с тех пор, как безликие братья сбежали из Поместья по указанию самого старшего брата. Свое убежище они нашли в квартире, которой владел Продавец, хотя сам знакомый редко бывает в этом месте. Может, оно и к лучшему. Ведь теперь тут временно обосновались Тренд, Спленд и Офф… Но последнего уже около недели не было дома. Видимо, увлекся своей «охотой», решив наверстать упущенное. В конце концов, о старшем брате, Слендере, уже ничего не слышно два месяца. Он не связывался с братьями, не подавал никаких признаков того, что они могут больше не прятаться. И пока вся ответственность свалилась на плечи третьего по старшинству Трендера, жизнь текла своим чередом.
— К столу! — Оторвавшись от своих журналов о моде, Тренд поднялся с кресла и, отложив очередной выпуск одного из многочисленных журнальчиков, направился на кухню, откуда собственно и раздался голос Вендора. Благо, кухня была не далеко и посему безликому в очках потребовалось всего минута, чтобы добраться до нее. Продавец тем временем уже успел все разложить и накрыть на стол, ровно на трех персон. Сплендор, как и ожидалось, уже был на месте, привычно и широко улыбаясь. Не мешкая, Тренд сел поближе к своему младшему брату, на приготовленное для него место. Домашний уют… Полное ощущение защищенности… Что может быть лучше?
Пока безликие устраивались за уютным столом в квартире принадлежащей Вендору и по всем правилам защищенной от всех чистых и нечистых сил, где-то по улицам города бродил Оффендер. Был он довольно далеко от своих братьев. В другом часовом поясе. Это был большой город, но насильник не любовался ночными огнями. Натянув шляпу на «глаза» и убрав руки в карманы, он безэмоционально брел по переулкам, погруженный в свои мысли. Рот его так же скрылся под плотной пеленой бледной кожи, теперь больше походя«лицом» на своего старшего брата. Целых два месяца… внутри мучило какое-то чувство пустоты. Вдруг остановившись, Оффендер увидел перед собой парнишку. Молодого, худого, курящего очередную сигарету, пристроившись спиной к стенке здания. Светлые пряди спадали и полностью закрывали глаза юноши. В этот момент, Оффендер вновь усмехнулся своей привычной ухмылкой и вытянул перед собой руку, из которой моментально выросла роза. Цветок, соединенный с бледной плотью насильника постепенно приобрел свои естественные цвета и вскоре, сам бутон обратился в белоснежную розу, источающую голубоватое сияние. Недолго думая насильник сорвал розу, и кожа на том месте моментально приобрела привычный вид, словно ничего и не произошло. Поправив шляпу, насильник медленно направился в сторону парнишки. Тот уже откинул прочь сигарету и та, ударившись об асфальт, лишь догорала свои последние мгновения. Увидев незнакомца в плаще, парень лишь тихо хмыкнул, про себя пробормотав что-то вроде «деревенщина».
«— Возьми ее, мой сладкий мальчик,» — Прозвучал в голове юноши искушающий, словно змей, голос. Взгляд моментально уставился на протянутую ему розу.
«Я… что?… Черт… она… прекрасна… Это же… просто роза, да?»… — Парень хоть и колебался, но неизвестные ему порывы все же заставили его принять злополучный подарок, тем самым скрепляя свой договор с Оффендером. Ухмылка же последнего, выглядывая из-под полей шляпы, стала такой широкой, насколько это было вообще возможно и он, не раздумывая, схватив свою жертву за запястье, утащил парнишку в темный переулок, прежде чем тот вообще успел что-либо сообразить. На сегодняшний вечер насильник нашел себе игрушку…
Мрак. Он везде, он повсюду. Лишь изредка можно было увидеть свет в этом темном, каменном помещении. Запах здесь стоял затхлый, прогнивший, тошнотворный. Но к нему со временем привыкаешь. Вдруг дверь в комнату открывается, проливая свет на свернувшуюся на полу, тощую фигуру.
— Поднимите его, — раздался холодный голос, от которого кровь стыла в жилах. Кто-то подошел сзади и, грубо схватив пленника за руку, поднял его, заставляя стоять на тощих, теряющих равновесие ногах. Безликий, на котором красовался ошейник с цепью и еще свежие, не зажившие следы побоев, тяжело дыша, сплюнул на пол, у ног незваного гостя сгусток черной крови, стиснув зубы в недобром оскале.
— Проваливай, мне нечего сказать вам и вашему братству, — Подал голос Слендер, с ненавистью глядя незримыми глазами на другого безликого.
Усмехнувшись, гость в мантии развел руки в стороны и откинул с головы капюшон. Лицо незнакомца украшала черная татуировка, расположившаяся на правой стороне его «лица». Рот его напоминал больше разорванную пасть, однако, ему это не мешало нисколько.
— К столу! — Оторвавшись от своих журналов о моде, Тренд поднялся с кресла и, отложив очередной выпуск одного из многочисленных журнальчиков, направился на кухню, откуда собственно и раздался голос Вендора. Благо, кухня была не далеко и посему безликому в очках потребовалось всего минута, чтобы добраться до нее. Продавец тем временем уже успел все разложить и накрыть на стол, ровно на трех персон. Сплендор, как и ожидалось, уже был на месте, привычно и широко улыбаясь. Не мешкая, Тренд сел поближе к своему младшему брату, на приготовленное для него место. Домашний уют… Полное ощущение защищенности… Что может быть лучше?
Пока безликие устраивались за уютным столом в квартире принадлежащей Вендору и по всем правилам защищенной от всех чистых и нечистых сил, где-то по улицам города бродил Оффендер. Был он довольно далеко от своих братьев. В другом часовом поясе. Это был большой город, но насильник не любовался ночными огнями. Натянув шляпу на «глаза» и убрав руки в карманы, он безэмоционально брел по переулкам, погруженный в свои мысли. Рот его так же скрылся под плотной пеленой бледной кожи, теперь больше походя«лицом» на своего старшего брата. Целых два месяца… внутри мучило какое-то чувство пустоты. Вдруг остановившись, Оффендер увидел перед собой парнишку. Молодого, худого, курящего очередную сигарету, пристроившись спиной к стенке здания. Светлые пряди спадали и полностью закрывали глаза юноши. В этот момент, Оффендер вновь усмехнулся своей привычной ухмылкой и вытянул перед собой руку, из которой моментально выросла роза. Цветок, соединенный с бледной плотью насильника постепенно приобрел свои естественные цвета и вскоре, сам бутон обратился в белоснежную розу, источающую голубоватое сияние. Недолго думая насильник сорвал розу, и кожа на том месте моментально приобрела привычный вид, словно ничего и не произошло. Поправив шляпу, насильник медленно направился в сторону парнишки. Тот уже откинул прочь сигарету и та, ударившись об асфальт, лишь догорала свои последние мгновения. Увидев незнакомца в плаще, парень лишь тихо хмыкнул, про себя пробормотав что-то вроде «деревенщина».
«— Возьми ее, мой сладкий мальчик,» — Прозвучал в голове юноши искушающий, словно змей, голос. Взгляд моментально уставился на протянутую ему розу.
«Я… что?… Черт… она… прекрасна… Это же… просто роза, да?»… — Парень хоть и колебался, но неизвестные ему порывы все же заставили его принять злополучный подарок, тем самым скрепляя свой договор с Оффендером. Ухмылка же последнего, выглядывая из-под полей шляпы, стала такой широкой, насколько это было вообще возможно и он, не раздумывая, схватив свою жертву за запястье, утащил парнишку в темный переулок, прежде чем тот вообще успел что-либо сообразить. На сегодняшний вечер насильник нашел себе игрушку…
Мрак. Он везде, он повсюду. Лишь изредка можно было увидеть свет в этом темном, каменном помещении. Запах здесь стоял затхлый, прогнивший, тошнотворный. Но к нему со временем привыкаешь. Вдруг дверь в комнату открывается, проливая свет на свернувшуюся на полу, тощую фигуру.
— Поднимите его, — раздался холодный голос, от которого кровь стыла в жилах. Кто-то подошел сзади и, грубо схватив пленника за руку, поднял его, заставляя стоять на тощих, теряющих равновесие ногах. Безликий, на котором красовался ошейник с цепью и еще свежие, не зажившие следы побоев, тяжело дыша, сплюнул на пол, у ног незваного гостя сгусток черной крови, стиснув зубы в недобром оскале.
— Проваливай, мне нечего сказать вам и вашему братству, — Подал голос Слендер, с ненавистью глядя незримыми глазами на другого безликого.
Усмехнувшись, гость в мантии развел руки в стороны и откинул с головы капюшон. Лицо незнакомца украшала черная татуировка, расположившаяся на правой стороне его «лица». Рот его напоминал больше разорванную пасть, однако, ему это не мешало нисколько.
Страница 29 из 42
