Том Свонтон, сын и компаньон главы фирмы, занимающейся исследованиями и разработками в области альтернативной энергетики, а также строительством, введением в строй и подготовкой к эксплуатации природных комплексных электростанций, получает известие о несчастном случае, произошедшем с его отцом под Киевом…
137 мин, 11 сек 19312
— Знаешь, Марина, ты не будешь против, если в прокуратуру мы поедем попозже? Давай сначала заедем ко мне…, — Том слегка замялся. — Мне нужно кое-что захватить.
Марина как-то отрешённо посмотрела на Тома, погружённая в свои невесёлые мысли, но тут же спохватилась.
— Конечно заедем… А я заодно завезу домой кофе. Тут по пути есть магазинчик… У нас дома закончился кофе, а отец без него не может.
Они сели в джип. Машина тронулась с места и выехала на проезжую часть.
Том вошёл в ванную, сбросил рубашку, подошёл к зеркалу, висевшему над раковиной. Изучающе уставился на своё отражение в зеркале. Грудь украшала подкова из пластырей, точь-в-точь как та, что начертал патологоанатом. Морщась от боли, Том отодрал самый верхний пластырь. На марле пластыря была свежая, совсем не запёкшаяся кровь, на груди — поверхностная царапина, на которой на глазах выступала капелька крови.
К прокурору Том и Марина попали только после полудня. Встретивший их довольно вежливо страж законности, однако, не особо стремился скрыть своего прохладного отношения к посетителям. Как бы подытоживая беседу, он сказал:
— Случай, конечно, неординарный. Мы постараемся сделать всё от нас зависящее. А пока ничего определённого сказать не могу. Как только в деле появятся новые данные, мы вам сразу же сообщим, господин Свонтон.
Выслушав перевод Марины, Том поинтересовался:
— Может быть, у вас есть какие-то предположения, господин прокурор?
Прокурор снисходительно улыбнулся.
— Прокуратура не может руководствоваться предположениями. Я уверен, что в вашей стране действуют те же самые принципы. Только факты, господин Свонтон. А мы на настоящий момент имеем только один факт: ваш отец утонул.
Не успели Том и Марина выйти из дверей прокуратуры, как в сумочке Марины раздался противный писк её мобильника. Марина достала мобильник. Выслушав сообщение, сказала в телефон:
— Да, большое спасибо. — И добавила, повернувшись к Тому. — Это звонили из морга. Просят приехать.
Уже знакомый врач в кабинете с уже знакомой обстановкой, видимо, всё-таки никак не могли перебороть в Марине состояние подавленности духа, которое возникало от одного только слова «морг» — на неё жалко было смотреть.
Врач казался более живым и эмоциональным, чем во время их утреннего визита к нему.
— На первый взгляд, обычный утопленник: в лёгких вода… Только трудно сказать, от чего наступила смерть — невозможно произвести анализ крови…, — врач в некотором замешательстве потёр переносицу, затем снова посмотрел на Тома. — Очень странное дело: фактически в теле вашего отца не оказалось ни капли крови. Даже если учесть, что на нём глубокие порезы, и оно находилось в тёплой воде несколько суток, это весьма необычно. Во всяком случае, в моей практике такое встречается впервые. Да и вообще, я что-то не припомню такого случая и в мировой практике — я внимательно слежу за профессиональными новостями…
Том выслушал перевод Марины с крайне заинтересованным видом и спросил:
— А кто, на ваш взгляд, мог сделать эти порезы? Ведь кто-то же их сделал…
— Да-а-а… Даже не знаю, что вам сказать на этот счёт. Конечно, ваш отец мог удариться грудью о торец какой-нибудь трубы, торчащей на дне… Только навряд ли в реке будет ржаветь труба с торцом, острым, как скальпель. От такой трубы рана была бы рваной. А в нашем случае больше похоже на бритву… Острейшую бритву…
Врач достал сигарету, закурил.
— И отсутствие крови… Это какая-то загадка.
Том хотел ещё что-то спросить, но передумал. Вставая со стула, сказал только:
— Понятно. Спасибо вам, доктор. Я могу забрать отца?
— Да, все необходимые документы уже оформлены.
На кладбище в Аламогордо, штат Невада, у свежей могилы стояли со скорбным видом Том, его двоюродный брат Юджин, жена Юджина Лусия — яркая молодая женщина латинского типа и ещё несколько родственников. На скромной надгробной плите было выгравировано: «Джозеф Свонтон 06.10.1949 — 20.07.2005».
Родственники попрощались и потянулись к выходу с кладбища. Постояв ещё некоторое время, Том, Юджин и Лусия тоже направились к стоявшим за оградой кладбища машинам.
Внушительное здание Real Nature Power Company, похожее на какой-то причудливый хрустальный кубок, сияло во всей своей красе. На крыше из солнечных батарей, поворачивающейся вслед за солнцем, словно подсолнечник, на боковых панелях, также не лишённых энергетических датчиков, играли солнечные блики.
К зданию подъехала машина Юджина, вслед за ней — небольшой джип Тома, припарковались.
В кабинете Тома вся атмосфера была пропитана деловым духом. Ничто не напоминало о несчастье, случившимся с главой фирмы.
Том ещё раз просмотрел какие-то документы, лежавшие поверх внушительной кипы бумаг, и сказал, глядя на Юджина:
— Не беспокойся. Я займусь этим контрактом. Погостите у тёщи недельку. Ребятишки там, наверное, по вас соскучились. — Том повернулся к Лусии. — Сколько они уже гостят у твоих родителей, Лу?
Марина как-то отрешённо посмотрела на Тома, погружённая в свои невесёлые мысли, но тут же спохватилась.
— Конечно заедем… А я заодно завезу домой кофе. Тут по пути есть магазинчик… У нас дома закончился кофе, а отец без него не может.
Они сели в джип. Машина тронулась с места и выехала на проезжую часть.
Том вошёл в ванную, сбросил рубашку, подошёл к зеркалу, висевшему над раковиной. Изучающе уставился на своё отражение в зеркале. Грудь украшала подкова из пластырей, точь-в-точь как та, что начертал патологоанатом. Морщась от боли, Том отодрал самый верхний пластырь. На марле пластыря была свежая, совсем не запёкшаяся кровь, на груди — поверхностная царапина, на которой на глазах выступала капелька крови.
К прокурору Том и Марина попали только после полудня. Встретивший их довольно вежливо страж законности, однако, не особо стремился скрыть своего прохладного отношения к посетителям. Как бы подытоживая беседу, он сказал:
— Случай, конечно, неординарный. Мы постараемся сделать всё от нас зависящее. А пока ничего определённого сказать не могу. Как только в деле появятся новые данные, мы вам сразу же сообщим, господин Свонтон.
Выслушав перевод Марины, Том поинтересовался:
— Может быть, у вас есть какие-то предположения, господин прокурор?
Прокурор снисходительно улыбнулся.
— Прокуратура не может руководствоваться предположениями. Я уверен, что в вашей стране действуют те же самые принципы. Только факты, господин Свонтон. А мы на настоящий момент имеем только один факт: ваш отец утонул.
Не успели Том и Марина выйти из дверей прокуратуры, как в сумочке Марины раздался противный писк её мобильника. Марина достала мобильник. Выслушав сообщение, сказала в телефон:
— Да, большое спасибо. — И добавила, повернувшись к Тому. — Это звонили из морга. Просят приехать.
Уже знакомый врач в кабинете с уже знакомой обстановкой, видимо, всё-таки никак не могли перебороть в Марине состояние подавленности духа, которое возникало от одного только слова «морг» — на неё жалко было смотреть.
Врач казался более живым и эмоциональным, чем во время их утреннего визита к нему.
— На первый взгляд, обычный утопленник: в лёгких вода… Только трудно сказать, от чего наступила смерть — невозможно произвести анализ крови…, — врач в некотором замешательстве потёр переносицу, затем снова посмотрел на Тома. — Очень странное дело: фактически в теле вашего отца не оказалось ни капли крови. Даже если учесть, что на нём глубокие порезы, и оно находилось в тёплой воде несколько суток, это весьма необычно. Во всяком случае, в моей практике такое встречается впервые. Да и вообще, я что-то не припомню такого случая и в мировой практике — я внимательно слежу за профессиональными новостями…
Том выслушал перевод Марины с крайне заинтересованным видом и спросил:
— А кто, на ваш взгляд, мог сделать эти порезы? Ведь кто-то же их сделал…
— Да-а-а… Даже не знаю, что вам сказать на этот счёт. Конечно, ваш отец мог удариться грудью о торец какой-нибудь трубы, торчащей на дне… Только навряд ли в реке будет ржаветь труба с торцом, острым, как скальпель. От такой трубы рана была бы рваной. А в нашем случае больше похоже на бритву… Острейшую бритву…
Врач достал сигарету, закурил.
— И отсутствие крови… Это какая-то загадка.
Том хотел ещё что-то спросить, но передумал. Вставая со стула, сказал только:
— Понятно. Спасибо вам, доктор. Я могу забрать отца?
— Да, все необходимые документы уже оформлены.
На кладбище в Аламогордо, штат Невада, у свежей могилы стояли со скорбным видом Том, его двоюродный брат Юджин, жена Юджина Лусия — яркая молодая женщина латинского типа и ещё несколько родственников. На скромной надгробной плите было выгравировано: «Джозеф Свонтон 06.10.1949 — 20.07.2005».
Родственники попрощались и потянулись к выходу с кладбища. Постояв ещё некоторое время, Том, Юджин и Лусия тоже направились к стоявшим за оградой кладбища машинам.
Внушительное здание Real Nature Power Company, похожее на какой-то причудливый хрустальный кубок, сияло во всей своей красе. На крыше из солнечных батарей, поворачивающейся вслед за солнцем, словно подсолнечник, на боковых панелях, также не лишённых энергетических датчиков, играли солнечные блики.
К зданию подъехала машина Юджина, вслед за ней — небольшой джип Тома, припарковались.
В кабинете Тома вся атмосфера была пропитана деловым духом. Ничто не напоминало о несчастье, случившимся с главой фирмы.
Том ещё раз просмотрел какие-то документы, лежавшие поверх внушительной кипы бумаг, и сказал, глядя на Юджина:
— Не беспокойся. Я займусь этим контрактом. Погостите у тёщи недельку. Ребятишки там, наверное, по вас соскучились. — Том повернулся к Лусии. — Сколько они уже гостят у твоих родителей, Лу?
Страница 10 из 39
