Это были славные годы начала 21 века. События развиваются в простой семье, именованной фамилией Хелл.
Добавить в моё избранное
16 мин, 27 сек 16141
У нее было строгое, но в тоже время нежное выражение лица. Впрочем, как обычно. Светлые пряди волос слегка были накручены. При свете лампы мамины небесно-голубые глаза имели красивый отблеск и поблескивали, как две жемчуженки, только что доставших из дна морского. Гладкая кожа, приплюснутый и немного вытянутый носик, худые губы… Впрочем, она, как всегда, выглядит безупречно.
— Ну, чего тебе? — нетерпеливо спросила меня мать, все время поглядывая на часы. По ее выражению лица не было видно, что она волнуется, но в самой глубине души она как раз таки волновалась. Как всегда. Руки были согнуты в локтях и поставлены на бедра и она нетерпеливо смотрела на меня, даже немного выжидающе. Мне пришлось набрать легкие полных воздуха, ибо я знала, что моя просьба может быть отклонена. И тогда мне будет туго.
— Мам, можно я останусь дома? — тихо и тонким голоском произнесла я, при этом делая самый жалостный и сонный вид, из всех, которых я знала. Как я подозревала, мой вид не произвел на нее особого впечатления, ибо она глубоко вздохнула и отвернулась к шкафу, доставая оттуда парадную рубашку и темно синие, элегантные штаны.
— Прости, Мария, но нет — мягко, но в тоже время с сожалением ответила мне она и мои глаза, полные надежды, потухли — Когда угодно, но только не сегодня.
Я больше не собиралась возражать, ибо знала — сегодня действительно важный день. Мне пришлось глубоко вздохнуть, отгоняя воспоминания о колких фразах, о синяках. Возможно, этим разом я все-таки действительно приживусь там?
Наконец, я заставила себя встать и потянуться. В глазах на пару секунд потемнело. Я уже успела к этому привыкнуть, ибо так каждое утро. Когда наконец «вселенная загрузила окружающий мир» я осмотрелась и заметила мать, которая уже стояла возле меня, разглядывая рубашку.
— Я что, это должна одеть?
Честно говоря, мне не нравилась рубашка. Я любила одеваться комфортно и свободно. Например, в джинсы или майки. Мать недовольно посмотрела на меня. Впрочем, я прямолинейная, возможно, это мне в минус. Только с минуты спустя я поняла, что оскорбила ее. Как именно, не знаю. Возможно, она посчитала, что это был тонкий намек на то, что у нее нет вкуса.
Немного спустя она глубоко вздохнула и перевела взгляд на меня. Встретившись с ней взглядом, мне казалось, что эти прекрасные, но пустые небесно-голубые глаза проницают меня насквозь и я должна была отвести взгляд, склонив голову.
— Я знаю, что тебе не нравиться так одеваться — наконец сказала она — но сегодня ты должна немного потерпеть — вздохнула мать и отдав вещи мне в руки, удалилась из моей комнаты.
Я осталась одна, наедине с своими мыслями. Потупившись в одну точку, мой разум поглотили колкие и надоедливые мысли. Они были как пчелиный рой, держались вместе. Некоторые прокручивались снова и снова, как заевшая пластинка.
Наконец из мыслей меня вывел цокот стрелки, отстукивающей секунды.
Быстро одевшись, я мигом выбежала из комнаты. К моим ногам сразу кинулась Пепелица — наша кошка. Не зря она получила это имя. Пепелица была кошка британской породы. Она была пепельно-серого цвета, а глаза были большими и медными, как две медные монетки. Шерстка, как у всех кошек ее породы, была мягкая и пушистая, как у плюшевых игрушек.
Пепелица обвивалась, втираясь мордочкой в мои ноги, мурлыкая. Толи она просила есть, то ли она поздравляла меня с еще одним прожитым днем. Я лишь хмыкнула и направилась в кухню, а кошка потрусила стремительно за мной.
Пройдя в кухню, я увидела отца, сидящего у стола. Он пил кофе и читал газету. Увидев меня, он поднял на меня взгляд.
— О, Мария. Ты выглядишь очаровательно — усмехнулся отец, но на его комплимент я только хмыкнула.
Сам он был одет в красивую, белую рубашку и в черные штаны. Красный галстук, а рядом был черный пиджак. Волосы были зачесаны назад, как теперь можно ходить.
Впрочем, неважно. Утро выдалось обычным. Я поела, обулась, причесалась и была готова идти на линейку на дворе школы.
Стоя в самом концу ряда, я ловила на себе взгляды моих новых одноклассников. Они настороженно и с презрением смотрели на меня. Некоторые перешептывались с ехидной улыбкой, косясь на меня.
Ох, наивная я. Я то думала, что здесь я найду себе место… Вздохнув, я продолжила слушать рассказ директора. На улице, пусть было только 1 сентября, было жутко холодно. Пусть хоть солнце светило, все равно было холодно и морозно. Легкий ветерок все время переростал на холодные порывы сильного ветра. Ученики укутывались в свои пиджаки и плащи, а я одна стояла, даже не вздрагивая. Мне нравилась осень и зима. Хотя большее предпочтение даю зиме. Мне к сердцу холод. Он мне нравиться…
К сожалению, час пролетел быстро. Я стояла с закрытыми от удовольствие глаза, ибо ветер мне дул как раз в лицо. Как тут меня кто-то сильно толкнул и это привело меня в реальность.
— Ну, чего тебе? — нетерпеливо спросила меня мать, все время поглядывая на часы. По ее выражению лица не было видно, что она волнуется, но в самой глубине души она как раз таки волновалась. Как всегда. Руки были согнуты в локтях и поставлены на бедра и она нетерпеливо смотрела на меня, даже немного выжидающе. Мне пришлось набрать легкие полных воздуха, ибо я знала, что моя просьба может быть отклонена. И тогда мне будет туго.
— Мам, можно я останусь дома? — тихо и тонким голоском произнесла я, при этом делая самый жалостный и сонный вид, из всех, которых я знала. Как я подозревала, мой вид не произвел на нее особого впечатления, ибо она глубоко вздохнула и отвернулась к шкафу, доставая оттуда парадную рубашку и темно синие, элегантные штаны.
— Прости, Мария, но нет — мягко, но в тоже время с сожалением ответила мне она и мои глаза, полные надежды, потухли — Когда угодно, но только не сегодня.
Я больше не собиралась возражать, ибо знала — сегодня действительно важный день. Мне пришлось глубоко вздохнуть, отгоняя воспоминания о колких фразах, о синяках. Возможно, этим разом я все-таки действительно приживусь там?
Наконец, я заставила себя встать и потянуться. В глазах на пару секунд потемнело. Я уже успела к этому привыкнуть, ибо так каждое утро. Когда наконец «вселенная загрузила окружающий мир» я осмотрелась и заметила мать, которая уже стояла возле меня, разглядывая рубашку.
— Я что, это должна одеть?
Честно говоря, мне не нравилась рубашка. Я любила одеваться комфортно и свободно. Например, в джинсы или майки. Мать недовольно посмотрела на меня. Впрочем, я прямолинейная, возможно, это мне в минус. Только с минуты спустя я поняла, что оскорбила ее. Как именно, не знаю. Возможно, она посчитала, что это был тонкий намек на то, что у нее нет вкуса.
Немного спустя она глубоко вздохнула и перевела взгляд на меня. Встретившись с ней взглядом, мне казалось, что эти прекрасные, но пустые небесно-голубые глаза проницают меня насквозь и я должна была отвести взгляд, склонив голову.
— Я знаю, что тебе не нравиться так одеваться — наконец сказала она — но сегодня ты должна немного потерпеть — вздохнула мать и отдав вещи мне в руки, удалилась из моей комнаты.
Я осталась одна, наедине с своими мыслями. Потупившись в одну точку, мой разум поглотили колкие и надоедливые мысли. Они были как пчелиный рой, держались вместе. Некоторые прокручивались снова и снова, как заевшая пластинка.
Наконец из мыслей меня вывел цокот стрелки, отстукивающей секунды.
Быстро одевшись, я мигом выбежала из комнаты. К моим ногам сразу кинулась Пепелица — наша кошка. Не зря она получила это имя. Пепелица была кошка британской породы. Она была пепельно-серого цвета, а глаза были большими и медными, как две медные монетки. Шерстка, как у всех кошек ее породы, была мягкая и пушистая, как у плюшевых игрушек.
Пепелица обвивалась, втираясь мордочкой в мои ноги, мурлыкая. Толи она просила есть, то ли она поздравляла меня с еще одним прожитым днем. Я лишь хмыкнула и направилась в кухню, а кошка потрусила стремительно за мной.
Пройдя в кухню, я увидела отца, сидящего у стола. Он пил кофе и читал газету. Увидев меня, он поднял на меня взгляд.
— О, Мария. Ты выглядишь очаровательно — усмехнулся отец, но на его комплимент я только хмыкнула.
Сам он был одет в красивую, белую рубашку и в черные штаны. Красный галстук, а рядом был черный пиджак. Волосы были зачесаны назад, как теперь можно ходить.
Впрочем, неважно. Утро выдалось обычным. Я поела, обулась, причесалась и была готова идти на линейку на дворе школы.
Стоя в самом концу ряда, я ловила на себе взгляды моих новых одноклассников. Они настороженно и с презрением смотрели на меня. Некоторые перешептывались с ехидной улыбкой, косясь на меня.
Ох, наивная я. Я то думала, что здесь я найду себе место… Вздохнув, я продолжила слушать рассказ директора. На улице, пусть было только 1 сентября, было жутко холодно. Пусть хоть солнце светило, все равно было холодно и морозно. Легкий ветерок все время переростал на холодные порывы сильного ветра. Ученики укутывались в свои пиджаки и плащи, а я одна стояла, даже не вздрагивая. Мне нравилась осень и зима. Хотя большее предпочтение даю зиме. Мне к сердцу холод. Он мне нравиться…
К сожалению, час пролетел быстро. Я стояла с закрытыми от удовольствие глаза, ибо ветер мне дул как раз в лицо. Как тут меня кто-то сильно толкнул и это привело меня в реальность.
Страница 2 из 5
