Чудеса и Чудовища

— Каждый по-разному. Некоторые вообще ничего не замечали, но потом начали привирать, просто чтобы не выделяться. Падас видел чёрную собаку, которая пыталась пролезть через дыру. Йорган и Таш описывают просто чёрную кляксу, которая плевалась колючками и едкой кислотой. Эубук говорит, что просто кто-то кричал, очень громко, как будто его режут, а потом сказал, что видел руку с ножом. Не уверен, говорит ли он правду…

— А воспитатели? — спросил Пагрин.

— Нет. Пару раз слышали странные звуки, но никто ничего не видел. Одма, правда, сегодня утром заявила, что заметила какие-то смутные тени, но описать их не смогла. Я думаю, она просто переволновалась.

— Не исключено, что она действительно что-то видела, если у неё высокая склонность к сопереживанию, — заметил Пагрин. — А на верхних этажах кто-то что-то видел?

— До прошлой ночи — нет. Но вчера Юлтуш Поуп, старший из мальчиков, посеял зёрна сомнения в их души, сказав, что у великих близнецов Део и Янга нашлись дела поважнее, чем присматривать за нашей безопасностью. Это свидетельство неуважения и недоверия могло ослабить близнецов, и чудовище, и без того сильное, получило дополнительное преимущество.

Они поднялись на верхний этаж, который был похож на предыдущий, но разделение территории комнаты отдыха между мальчиками и девочками было более явным. По обстановке было видно, что воспитанники больше времени проводят в своих спальнях, чем в общей комнате.

— А девочки что-то видели? — спросил Пагрин, когда они, осмотрев верхний этаж, вернулись на территорию младших воспитанников. — Или это коснулось только мальчиков?

— Когда дети собрались в общей комнате, кое-кто увидел что-то через открытые двери. Но мы не подпускали их близко, и при первой же возможности увели всех в безопасное место.

Пагрин кивнул и попросил настоятеля отвести их к детям. Пришло время поговорить с очевидцами и попытаться понять, кто навёл смуту в приюте.

Площадка на заднем дворе была огорожена аккуратным забором, поросшим плющом. Малыши возились в песочнице, те, что чуть постарше катались на качелях, бегали или просто во что-то играли. Несколько почти взрослых ребят сидели на скамейке в отдалении и с унылым видом внимали словам подошедшего к ним жреца.

Такеш Лороуд представил охотников и объяснил, зачем они здесь, призвав всех детей и воспитателей сотрудничать с ними. После этого Пагрин поблагодарил проводника, но, прежде чем отправиться расспрашивать детей, решил дополнительно проинструктировать своих стажёров.

— Не давите, — напомнил он. — Ни слова о религии. Просто постарайтесь узнать всё о том, что они помнят, чувствуют и думают, а потом мы сопоставим наши данные и постараемся понять, кто же из них всё это устроил. Гвеон, ты займись старшими ребятами, — Пагрин кивнул на подростков на скамейке, которых жрец уже оставил в покое, и которые косились на охотников с любопытством. — Вряд ли это кто-то из них открыл разрыв, но истории-страшилки исходили от них, так что, возможно, кто-то догадывается, на кого из младших удалось произвести наиболее сильное впечатление.

— Но если они понимают, что всё из-за этого, они не признаются, — заметил Гвеон.

— Сделай так, чтобы признались, — твёрдо сказал Пагрин и обернулся к Норе, указывая на детей помладше. — Тебе достаются вот эти. Думаю, они расскажут тебе много интересного — только успевай фильтровать правду от домыслов. Ну а я пойду в песочницу. Маловероятно, что кто-то из них причастен, ведь эпицентр был всё-таки на втором этаже, но это не исключено. Работаем.

Нора нерешительно огляделась. Большинство детей, после того, как Такеш Лороуд представил им охотников, почти сразу вернулись к своим делам, но некоторые продолжали с любопытством глазеть, ожидая, очевидно, что неведомого монстра будут валить прямо сейчас.

От детей удалось узнать не намного больше, чем от настоятеля Лороуда, разве что эмоций и красок в рассказе было больше, а последовательности и обстоятельности — меньше. Один из мальчиков, кажется, вообще не понял, о чём все говорят — проспал всё «веселье». Ещё один выглядел слишком напуганным и ужасно заикался, рассказывая свою версию произошедшего, Нора даже подумала, не он ли открыл разрыв, но потом оказалось, что это был тот самый Эубук, который, скорее всего, привирал.

Закончив с малышами, Пагрин присоединился к Норе, и в его присутствии опрос пошёл быстрее: ему каким-то образом удавалось задавать правильные наводящие вопросы, так что дети меньше отвлекались и рассказывали обо всём более подробно. Когда стало ясно, что из них больше ничего не извлечь, Нора и Пагрин приблизились к Гвеону, который уже играл в «правду или вызов» со старшими ребятами. Недолго думая, Пагрин оттащил его за ухо, а потом влепил подзатыльник.

— Эй! — возмутился Гвеон. — Была моя очередь — я как раз собирался спросить Юлтуша, кто в последнее время себя подозрительно вёл!

— Ты себя подозрительно вёл, — сердито прошипел Пагрин, выводя Гвеона с территории приюта. — Какого чёрта?! Тебе нужно было их просто опросить!