Чудеса и Чудовища

Нора сделала, как он велел, и почувствовала знакомый запах. Целитель налил в небольшую керамическую миску заранее приготовленный отвар цагцы и окунул в него несколько белых лоскутов. Нора вспомнила, как давным-давно Арпад обрабатывал этим раствором рану на её ноге. Тогда она пережила пару не самых приятных минут, и это воспоминание чуть не заставило её изменить решение насчёт обезболивающего. Может, с неё и правда хватит на сегодня? Но параноик сказал: «Потерпим», и с этим Нора спорить не стала. Она снова углубилась в дыхательную практику и заставила себя отстраниться от реальности и от боли.

Ощущение угрожающего чужого присутствия тоже ослабло.

Как будто издалека она почувствовала осторожное прикосновение Рассо, но всё же невольно вздрогнула от жгучей боли, проникшей не только под кожу, но и под череп, в самый мозг. У Норы против воли начали течь из глаз слёзы, хотя реветь она вовсе не собиралась. Но она не позволила себе погрузиться в рефлексию, а приложила больше усилий, чтобы не замечать боль, отстраниться от собственного тела. Этот фокус, на удивление, удался, и она даже не отвлекала целителя своими ругательствами. Он промывал рану тщательно и добросовестно, и Нора не возражала: мало того, что она сначала повалялась лицом на камнях, так ей потом ещё и мешок, в котором перед этим невесть что хранилось, надели.

Когда Рассо начал накладывать швы, Нора оценила его лёгкую руку: было почти не больно, а лишь слегка неприятно. Под конец процедуры она даже умудрилась задремать и не заметила, как к ним присоединился кто-то ещё.

— Эй, Нора, — негромко позвал её Рассо. — Всё в порядке?

Он как раз заканчивал накладывать повязку и закреплял её пластырем, так, что левый глаз остался не при делах.

— Да, спасибо.

— Когда будешь спать, постарайся положить что-нибудь под голову, — посоветовал Рассо. — Завтра появится отёк, но не пугайся, он пройдёт через пару дней.

Нора кивнула и ещё раз искренне сказала:

— Спасибо вам, Рассо.

Он лишь едва заметно улыбнулся, собрал своё оборудование и использованные салфетки и ушёл. И только теперь Нора заметила, что в пещере есть кто-то ещё.

— Привет, Нора. Помнишь меня?

Эта женщина была в команде Пагрина, когда они впервые встретились.

— Привет. Лицо помню, а имя — нет.

— Урд. Урд Малахи. Я принесла тебе поесть.

Она вложила Норе в руки глубокую плошку, от которой исходил весьма соблазнительный аромат. Однако Нора всё равно почему-то запаниковала.

— Яд высшего качества, об этом не беспокойся, — серьёзно сказала Урд. — Мгновенная безболезненная смерть гарантирована.

Нора нервно засмеялась, и, чтобы не мучить больше свой обезумевший мозг, решила просто смириться — с чем угодно. Она всё равно настолько ослабла, что вряд ли что-то сможет изменить. Так какой смысл трепыхаться?

— Спасибо. Извините, со мной сегодня… неладное.

— Да я уж заметила, — сказала Урд, располагаясь на том же месте, где чуть раньше сидел Аг, и с интересом глядя на Нору. — Арпад много о тебе рассказывал — как вы вместе отжигали в Диффоуке. Двухголовый каннибал, а? И после этого тебя ещё чем-то можно напугать?

Нора снова нервно засмеялась, чуть не подавившись куском, который в ту секунду жевала. Урд заботливо похлопала её по спине, а потом сходила за кружкой с горячей травяной настойкой.

— Вот уж не думала, что именно Кев-и-Олеч впечатлил его сильнее всего, — заметила Нора, с удовольствием отпивая из кружки.

— Ну, нашего Арпада вообще довольно трудно чем-либо впечатлить, он воробей стреляный, — сказала Урд, доставая трубку и начиная набивать её табаком. — А для тебя какое впечатление было самым ярким?

— Для меня последние месяцы — одно сплошное впечатление, — честно сказала Нора. — А вообще, рядом с кровососами все твари блекнут. Для меня, во всяком случае.

— Могу тебя понять, — задумчиво сказала Урд, раскуривая трубку. Нора осторожно вдохнула подползший к ней дым — терпко-горький, немного едкий. — Извини, — буркнула Урд и помахала рукой, чтобы разогнать мутное облачко, а потом отсела подальше, чтобы выдыхать дым в сторону прохода. — Когда я стажировалась, в лесах развелась куча аргопельтеров. Это сейчас охотники придумали подходящие ловушки, а тогда приходилось выслеживать их неделями, а то и на «живца» ловить. Обмазывали какого-нибудь новичка заячьей кровью и древесным соком и пускали по лесу гулять. Ну а я, как ты понимаешь, была не только новичком, но и бабой, так что ни у кого никогда даже вопросов не возникало, кто будет«добровольцем». Вот уж было море впечатлений!

Нора вообразила себе эту картину и покачала головой. Она уже прикончила выделенную ей порцию еды и теперь уткнулась носом в горячую травяную настойку — ей почему-то было холодно, хотя утро вышло весьма жарким.

— Ну, я только один раз была «живцом» — для глема, — вспомнила Нора. — Но я думаю, что это потому что я штрафник, а не… баба, — использовать терминологию Урд было немного неловко, но у той это слово звучало с такой неповторимой смесью гордости и самоиронии, что Нора решила тоже попробовать.