А у меня под ногтями засохла куриная кровь. Когда поднимаешь мертвого для живых, приходится пролить немножко крови. И она налипла хлопьями мне на руки и лицо. Я пыталась перед этой встречей отчистить самые заметные пятна, но такие вещи можно убрать только душем. Отпив кофе из своей любимой кружки с надписью «Разозли меня, и тебе же хуже», я посмотрела на двоих мужчин напротив.
409 мин, 46 сек 19847
Он прижал мое лицо к своей ране, и я ничего не могла сделать. Просто не хватало сил. Он мог бы одной рукой раздавить мне череп, но он только прижимал мое лицо к порезу на груди.
Я отбивалась, но он прижимал все сильнее. Кровь была солоновато-сладкой, слегка металлической. Всего лишь кровь.
— Анита! — вскрикнул Жан-Клод. Не знаю, вслух или только у меня в голове.
— Кровь от крови моей, плоть от плоти моей, да будут эти двое одним. Одна плоть, одна кровь, одна душа.
Что-то сломалось у меня где-то глубоко внутри. Волна жидкого тепла окатила меня с головы до ног. Она заплясала по коже, заколола в пальцах. Спину свело судорогой, я дернулась вверх. Меня подхватили сильные руки, поддерживая, укачивая.
Чья-то рука отвела у меня волосы с лица. Я открыла глаза посмотреть на Алехандро. Больше я его не боялась. Я спокойно плыла в потоке.
— Анита!
Голос Эдуарда. Я медленно повернулась на звук.
— Эдуард.
— Что он с тобой сделал?
Я попыталась объяснить, но не могла найти слов. Я села, мягко оттолкнувшись от Алехандро.
У ног Эдуарда валялась куча мертвых вампиров. Пусть серебро и не могло поразить Алехандро, но его подручных оно убило.
— Мы сделаем других, — сказал Алехандро. — Ты читаешь это в моем сознании?
И — да, когда я об этом подумала, то поняла, что да. Это не было телепатией. Не слова. Я знала, что он думает о силе, которую я ему дала. У него не было сожаления о погибших вампирах.
Толпа вскрикнула.
Алехандро посмотрел вверх, и я проследила за его взглядом. Жан-Клод стоял на коленях, по его боку текла кровь. Алехандро завидовал умению Оливера пускать кровь на расстоянии. Когда я стала слугой Алехандро, Жан-Клод ослабел. И Оливер его одолел.
Это и был его план с самого начала.
Алехандро крепко меня к себе прижимал, и я не пыталась ему помешать. Он шепнул мне в щеку: — Анита, ты некромант. У тебя есть власть над мертвыми. Вот почему Жан-Клод хотел, чтобы ты стала его слугой. Оливер хочет управлять тобой, управляя мной, но я знаю, что ты некромант. Даже став слугой, ты сохранила свободную волю. Ты не должна повиноваться, как другие. И ты — слуга, а потому сама по себе оружие. Ты можешь ударить одного из нас и пустить кровь.
— О чем ты говоришь? — Они договорились, что проигравший будет распростерт на алтаре и пронзен тобой.
— Что за…
— Жан-Клод — в подтверждении своей силы. Оливер — как жест, показывающий, как он управляет тем, что принадлежало когда-то Жан-Клоду.
Толпа ахнула. Оливер медленно левитировал. Он спустился на пол. Потом он поднял руки, и Жан-Клод медленно взмыл в воздух.
— Твою мать! — выдохнула я.
Жан-Клод почти без сознания висел в пустом сияющем воздухе. Оливер мягко положил его на пол, и по белому полу расплескалась свежая кровь.
Появился Карл Ингер и взял Жан-Клода под руки.
Где же все? Я огляделась в поисках помощи. Черный вервольф был разорван на куски, и куски эти еще дергались. Вряд ли даже ликантроп сможет такое залечить. Светлый вервольф был немногим лучше, но Стивен полз к алтарю. С полностью оторванной ногой, он все же пытался.
Карл положил Жан-Клода на мраморный алтарь. По алтарю потекла кровь. Карл легко прижимал его плечи к камню. Жан-Клод мог поднять автомобиль. Как это Карл его держит? — Он пользуется силой Оливера.
— Прекрати.
— Что? — Отвечать на вопросы, которых я не задавала.
Он улыбнулся: — Экономит много времени.
Оливер взял белый отшлифованный кол и деревянный молот. Протянув их мне, он сказал: — Настало время.
Алехандро попытался помочь мне встать, но я его оттолкнула. Четвертая метка там или что, а я могу стоять самостоятельно.
— Нет! — вскрикнул Ричард и рванулся мимо нас к алтарю.
Дальше все было как в замедленной съемке. Он прыгнул на Оливера, и маленький человечек схватил его за горло и вырвал трахею.
— Ричард!
Я бежала к нему, но было уже поздно. Он лежал, истекая кровью, пытаясь дышать, когда дышать уже было нечем.
Я упала возле него на колени, пытаясь остановить кровь. Глаза его были расширены и полны страхом. Со мной рядом был Эдуард.
— Уже ничего нельзя сделать, Анита. Ему ничем не поможешь.
— Нет!
— Анита! — Он оттянул меня от Ричарда. — Слишком поздно.
Я плакала, сама того не зная.
— Иди, Анита! Уничтожь своего бывшего Мастера, как хотела уничтожить меня.
Оливер протягивал мне кол и молоток.
Я мотала головой.
Алехандро помог мне встать. Я потянулась к Эдуарду, но он уже не мог помочь. Никто не мог помочь. Нет способа снять четвертую метку, или вернуть Ричарда, или спасти Жан-Клода. Но я хотя бы не буду пронзать Жан-Клода. Это я могу остановить. И это я сделаю.
Алехандро вел меня к алтарю.
У помоста ползала Маргарита. Она стояла на коленях, раскачиваясь взад и вперед, и лицо ее было кровавой маской. Она вырвала себе глаза.
Оливер протягивал мне молот и кол руками в белых перчатках, забрызганных кровью Ричарда. Я затрясла головой.
— Ты возьмешь. Ты сделаешь, как я сказал.
И клоунское личико нахмурилось.
— Пошел ты на…
— Алехандро, она теперь в твоей власти.
— Да, Мастер, она мой слуга.
Я отбивалась, но он прижимал все сильнее. Кровь была солоновато-сладкой, слегка металлической. Всего лишь кровь.
— Анита! — вскрикнул Жан-Клод. Не знаю, вслух или только у меня в голове.
— Кровь от крови моей, плоть от плоти моей, да будут эти двое одним. Одна плоть, одна кровь, одна душа.
Что-то сломалось у меня где-то глубоко внутри. Волна жидкого тепла окатила меня с головы до ног. Она заплясала по коже, заколола в пальцах. Спину свело судорогой, я дернулась вверх. Меня подхватили сильные руки, поддерживая, укачивая.
Чья-то рука отвела у меня волосы с лица. Я открыла глаза посмотреть на Алехандро. Больше я его не боялась. Я спокойно плыла в потоке.
— Анита!
Голос Эдуарда. Я медленно повернулась на звук.
— Эдуард.
— Что он с тобой сделал?
Я попыталась объяснить, но не могла найти слов. Я села, мягко оттолкнувшись от Алехандро.
У ног Эдуарда валялась куча мертвых вампиров. Пусть серебро и не могло поразить Алехандро, но его подручных оно убило.
— Мы сделаем других, — сказал Алехандро. — Ты читаешь это в моем сознании?
И — да, когда я об этом подумала, то поняла, что да. Это не было телепатией. Не слова. Я знала, что он думает о силе, которую я ему дала. У него не было сожаления о погибших вампирах.
Толпа вскрикнула.
Алехандро посмотрел вверх, и я проследила за его взглядом. Жан-Клод стоял на коленях, по его боку текла кровь. Алехандро завидовал умению Оливера пускать кровь на расстоянии. Когда я стала слугой Алехандро, Жан-Клод ослабел. И Оливер его одолел.
Это и был его план с самого начала.
Алехандро крепко меня к себе прижимал, и я не пыталась ему помешать. Он шепнул мне в щеку: — Анита, ты некромант. У тебя есть власть над мертвыми. Вот почему Жан-Клод хотел, чтобы ты стала его слугой. Оливер хочет управлять тобой, управляя мной, но я знаю, что ты некромант. Даже став слугой, ты сохранила свободную волю. Ты не должна повиноваться, как другие. И ты — слуга, а потому сама по себе оружие. Ты можешь ударить одного из нас и пустить кровь.
— О чем ты говоришь? — Они договорились, что проигравший будет распростерт на алтаре и пронзен тобой.
— Что за…
— Жан-Клод — в подтверждении своей силы. Оливер — как жест, показывающий, как он управляет тем, что принадлежало когда-то Жан-Клоду.
Толпа ахнула. Оливер медленно левитировал. Он спустился на пол. Потом он поднял руки, и Жан-Клод медленно взмыл в воздух.
— Твою мать! — выдохнула я.
Жан-Клод почти без сознания висел в пустом сияющем воздухе. Оливер мягко положил его на пол, и по белому полу расплескалась свежая кровь.
Появился Карл Ингер и взял Жан-Клода под руки.
Где же все? Я огляделась в поисках помощи. Черный вервольф был разорван на куски, и куски эти еще дергались. Вряд ли даже ликантроп сможет такое залечить. Светлый вервольф был немногим лучше, но Стивен полз к алтарю. С полностью оторванной ногой, он все же пытался.
Карл положил Жан-Клода на мраморный алтарь. По алтарю потекла кровь. Карл легко прижимал его плечи к камню. Жан-Клод мог поднять автомобиль. Как это Карл его держит? — Он пользуется силой Оливера.
— Прекрати.
— Что? — Отвечать на вопросы, которых я не задавала.
Он улыбнулся: — Экономит много времени.
Оливер взял белый отшлифованный кол и деревянный молот. Протянув их мне, он сказал: — Настало время.
Алехандро попытался помочь мне встать, но я его оттолкнула. Четвертая метка там или что, а я могу стоять самостоятельно.
— Нет! — вскрикнул Ричард и рванулся мимо нас к алтарю.
Дальше все было как в замедленной съемке. Он прыгнул на Оливера, и маленький человечек схватил его за горло и вырвал трахею.
— Ричард!
Я бежала к нему, но было уже поздно. Он лежал, истекая кровью, пытаясь дышать, когда дышать уже было нечем.
Я упала возле него на колени, пытаясь остановить кровь. Глаза его были расширены и полны страхом. Со мной рядом был Эдуард.
— Уже ничего нельзя сделать, Анита. Ему ничем не поможешь.
— Нет!
— Анита! — Он оттянул меня от Ричарда. — Слишком поздно.
Я плакала, сама того не зная.
— Иди, Анита! Уничтожь своего бывшего Мастера, как хотела уничтожить меня.
Оливер протягивал мне кол и молоток.
Я мотала головой.
Алехандро помог мне встать. Я потянулась к Эдуарду, но он уже не мог помочь. Никто не мог помочь. Нет способа снять четвертую метку, или вернуть Ричарда, или спасти Жан-Клода. Но я хотя бы не буду пронзать Жан-Клода. Это я могу остановить. И это я сделаю.
Алехандро вел меня к алтарю.
У помоста ползала Маргарита. Она стояла на коленях, раскачиваясь взад и вперед, и лицо ее было кровавой маской. Она вырвала себе глаза.
Оливер протягивал мне молот и кол руками в белых перчатках, забрызганных кровью Ричарда. Я затрясла головой.
— Ты возьмешь. Ты сделаешь, как я сказал.
И клоунское личико нахмурилось.
— Пошел ты на…
— Алехандро, она теперь в твоей власти.
— Да, Мастер, она мой слуга.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 103 из 106
