Цирк проклятых

Повсюду вокруг в темноте стояли люди, сбиваясь в шепчущие группы. Темноту прорезали лучи фар полицейской машины. Рядом с ней стояли двое полицейских в форме, разговаривая с человеком, чье имя я вспомнила не сразу.

— Карл, — сказала я.

— Что? — переспросил Ларри.

— Карл Ингер, высокий, который говорит с полицией.

— Да, так, — кивнул Ларри.

Рядом с нами склонился невысокий смуглый человек. Джереми Рубенс из «Человек превыше всего» который, по последним данным, по нам и стрелял. Что тут за фигня творится?

Джереми улыбался мне, и улыбка была естественной.

— Чего это вы вдруг ни с того ни с сего стали моим другом?

Он улыбнулся пошире: — Мы вас спасли.

Я оттолкнулась от Ларри, чтобы сесть без поддержки. На минуту закружилась голова, но сразу прошла. Все путем.

— Ларри, расскажи-ка мне!

Он глянул на Джереми Рубенса и снова на меня.

— Они нас спасли.

— Как? — Плеснули святой водой на ту, которая меня укусила. — Он коснулся свободной рукой горла — неосознанный жест, и заметил, что я смотрю. — Теперь у нее будет надо мной власть? — Она когда кусала, вошла в твое сознание? — Не знаю, — ответил он. — А как это определить?

Я начала было объяснять, но закрыла рот, не успев сказать ни слова. Как объяснить необъяснимое? — Если бы Алехандро, Мастер вампиров, укусил бы меня одновременно с вхождением в мое сознание, я бы сейчас была под его властью.

— Алехандро? — Так называли Мастера другие вампиры.

Я качнула случайно головой, и тут же мир поплыл в черных волнах, и мне пришлось сделать глотательное движение, чтобы подавить рвоту. Что он со мной сделал? Я уже встречалась раньше с ментальными играми, но такой реакции не было никогда.

— Вон «скорая помощь» едет, — сказал Ларри.

— Мне она не нужна.

— Мисс Блейк, вы час были без сознания, — сказал Рубенс. — Мы попросили полицию вызвать «скорую» когда не смогли привести вас в чувство.

Рубенс стоял так близко, что я могла бы до него дотронуться. Он смотрел дружелюбно, да что там — просто сиял, как невеста в день торжества. Чего это он вдруг меня так полюбил? — Значит, они плеснули святой водой на вампиршу, которая тебя укусила. Что было дальше? — спросила я у Ларри.

— Они прогнали остальных крестами и амулетами.

— Амулетами?

Рубенс вытащил цепь с двумя металлическими книжечками. Обе они могли бы поместиться у меня на ладони, да еще и место бы осталось.

— Это не амулеты, Ларри. Это миниатюрное исполнение священных иудейских книг.

— А я думал, там должна быть звезда Давида.

— Звезда не помогает, потому что на самом деле это символ расовый, а не религиозный.

— Так это миниатюрные Библии?

Я приподняла брови: — Ну, вообще Тора содержит в себе Ветхий Завет, так что, если хочешь, это миниатюрные Библии.

— А нам, христианам, Библия поможет? — Не знаю, Ларри. Наверное. Просто у меня во время нападений вампиров ни разу не было с собой Библии.

И это, очевидно, моя вина. Когда я вообще последний раз читала Библию? Может, я становлюсь воскресной христианкой? Ладно, о душе подумаю потом, когда с телом будет чуть получше.

— Отпустите вы «скорую» я в порядке.

— Ничего вы не в порядке, — сказал Рубенс и протянул руку, будто собираясь меня коснуться. Я посмотрела на него, и его рука остановилась на полпути. — Позвольте нам вам помочь, мисс Блейк. У нас одни и те же враги.

— А полиция знает, что вы поначалу в нас стреляли?

Что-то мелькнуло в лице Рубенса.

— Значит, не знает? — Мы вас спасли от судьбы худшей, чем смерть, мисс Блейк. Это было ошибкой — напасть на вас. Вы поднимаете мертвых, но вы — истинный враг вампиров, значит, мы союзники.

— Враг моего врага — мой друг?

Он кивнул.

Полицейские были совсем рядом, еще чуть-чуть — и они услышат наш разговор.

— Ладно, но если вы еще раз направите на меня оружие, я забуду, что вы меня спасли.

— Этого никогда больше не случится, мисс Блейк, даю вам мое слово.

Я хотела сказать что-нибудь уничтожающее, но полиция уже подошла. Они услышат. А я не собиралась доносить на Рубенса и группу «Человек превыше всего» и потому приберегла свои замечания до другого случая. Зная Рубенса, можно ручаться, что таковой будет.

Я соврала полиции насчет того, что сделали ребята из «Человек превыше всего» и соврала насчет того, чего хотел от меня Алехандро. Это было очередное безрассудное нападение, вроде тех двух, что уже произошли раньше. Потом я расскажу правду Дольфу и Зебровски, но сейчас меня как-то не тянуло рассказывать всю эту путаницу незнакомым людям. Я даже не была уверена, что Дольф все услышит. Например, о том факте, что я почти наверняка — человек-слуга Жан-Клода.

Нет, это упоминать совсем не обязательно.