Цутому Миядзаки родился в Ицукаичи — западном пригороде Токио, 21 августа 1962 года. Роды у матери начались преждевременно и мальчик родился недоношенным, он весил всего лишь 2,2 кг, кроме этого родителей мальчика поджидало и другое неприятное открытие — суставы его рук были сращены, лишая мальчика возможности сгибать запястья вверх.
27 мин, 56 сек 16296
В конце 1992 года группа, в которую входили три профессора Токийского университета начали проведение еще одной психиатрической экспертизы Миядзаки. Университетские психологи Токио наблюдали свой «предмет исследования» каждый день. Сузуки отмечал, что хотя Миядзаки и старается не обращать внимания людей уставившихся на него, но это дается ему огромным усилием воли.«Он ненавидит это», — сказал Сузуки. — «Он очень застенчив».
Вторая экспертиза была закончена в начале 1993 года и вынесла заключение прямо противоположное заключению первой экспертизы, а именно, что Миядзаки страдал от тяжелой шизофрении и не мог нести ответственность за свои действия.
Данные двух этих экспертиз и стали основным вопросом для рассмотрения на последующих судебных заседаниях.
В апреле 1997 г. Окружной суд Токио принял результаты первой психиатрической экспертизы и признал Миядзаки виновным в убийстве четырех девочек в возрасте 4 — 7 лет в 1988 г. и 1989 г., и приговорил его к смерти. В 2001 г. Высший суд Токио рассмотрел это дело и поддержал приговор.
Команда защиты Миядзаки обратилась с аппеляцией, оспаривая решение Высшего суда и заявляя, что их подзащитный страдал тяжелым психическим недугом и не осознавал что делает. Они ходатайствовали о проведении новой психиатрической экспертизы. Но Высший суд отклонил их аргументацию и счел Миядзаки вменяемым и ответственным за преступления.
После этого свое решение оставалось вынести только Верховному суду…
Во время долгого тюремного заключения Миядзаки произошло много значимых событий. Родители посещали его в тюрьме один раз в неделю, и приносили очередную книжку комиксов. «Он совершенно счастлив», — комментирует Сузуки. — «Ему разрешают читать книжки комиксов весь день».
Родители закрыли свою газету Акикава Шимбун и постарались скрыться вскоре после того, как признания их сына были обнародованы. В 1989 в интервью газете Токио Шимбун, Кацуми Миядзаки сожалел, что не уделял больше внимания чувствам своего сына. После своего ареста Цутому Миядзаки написал разъяренное письмо, обращенное к отцу, обвиняя того во всех грехах.
В дальнейшем, отец так и не смог смириться с мыслью, что его сын — серийный убийца, спустя некоторое время он покончил жизнь самоубийством, бросившись в реку. Цутому Миядзаки прокомментировал: «Это как глоток свежего воздуха».
По отношению к своей матери он был настроен более миролюбиво. «Мама, я причинил тебе много страданий», — написал он однажды. Дальше он добавил, — «не забывай менять масло в моем автомобиле, или ты не сможешь водить его».
В конце 2005 года в Верховном суде Японии начались судебные слушания по делу Миядзаки. В фокусе внимания опять находился вопрос о том, был ли Миядзаки вменяем во время совершения преступлений.
Во время заседаний Верховного суда команда защиты снова утверждала, что было необходимо провести новое психиатрическое исследование Миядзаки и что дело должно быть повторно рассмотрено в Высшем суде.
Майко Тагусари, адвокат представлявшая Миядзаки, сказала, что решение Высшего суда было недопустимым, потому что проигнорировало свидетельство, что ее клиент страдал от хронического психического заболевания долгое время, перед тем как совершить свои преступления.
Во время судебного заседания адвокаты защиты утверждали, что было совершенно «очевидно, что Миядзаки страдает от такого хронического расстройства психики, как шизофрения».
Но сторона обвинения имела свои возражения на эту точку зрения: «данные первой психиатрической экспертизы, которая показала, что ответчик может считаться ответственным, имеют достаточные основания и являются абсолютно легитимными», — утверждали обвинители.
После заседаний продолжавшихся несколько месяцев 17 января 2006 года, председательствующий судья Токиясу Фуджита отклонил аргументы защиты о том, что Миядзаки не осознавал своих действий во время преступлений. Верховный суд постановил, что хотя у обвиняемого и было явно выраженное изменение личности, но он не страдал ни от какого расстройства психики, которое делало бы его неспособным нести ответственность за совершенные преступления (т. е. по сути, была принята точка зрения первой группы экспертов).
«Постановление высшего суда, которое гласит, что Миядзаки может считаться ответственным за совершенные преступления, абсолютно верно и должно быть подтверждено», — сказал судья Токиясу Фуджита. — «Этот ужасный человек убил четырех девочек ради удовлетворения своих сексуальных желаний, он не заслуживает никакого снисхождения. Кроме того, как отметил судья, эти преступления вызвали серьезный общественный резонанс и должны получить юридическую оценку.» (Несмотря на то, что с момента совершения преступлений прошло полутора десятка лет за стенами суда приговора Миядзаки в тот день ожидало более 200 человек).
Фуджита сказал, что убийства были хорошо спланированы и обусловлены, кроме всего прочего, еще и желанием обвиняемого сделать видеозаписи трупов. «У суда нет никакого выбора, кроме как поддержать постановления судов низших инстанций».
Вторая экспертиза была закончена в начале 1993 года и вынесла заключение прямо противоположное заключению первой экспертизы, а именно, что Миядзаки страдал от тяжелой шизофрении и не мог нести ответственность за свои действия.
Данные двух этих экспертиз и стали основным вопросом для рассмотрения на последующих судебных заседаниях.
В апреле 1997 г. Окружной суд Токио принял результаты первой психиатрической экспертизы и признал Миядзаки виновным в убийстве четырех девочек в возрасте 4 — 7 лет в 1988 г. и 1989 г., и приговорил его к смерти. В 2001 г. Высший суд Токио рассмотрел это дело и поддержал приговор.
Команда защиты Миядзаки обратилась с аппеляцией, оспаривая решение Высшего суда и заявляя, что их подзащитный страдал тяжелым психическим недугом и не осознавал что делает. Они ходатайствовали о проведении новой психиатрической экспертизы. Но Высший суд отклонил их аргументацию и счел Миядзаки вменяемым и ответственным за преступления.
После этого свое решение оставалось вынести только Верховному суду…
Во время долгого тюремного заключения Миядзаки произошло много значимых событий. Родители посещали его в тюрьме один раз в неделю, и приносили очередную книжку комиксов. «Он совершенно счастлив», — комментирует Сузуки. — «Ему разрешают читать книжки комиксов весь день».
Родители закрыли свою газету Акикава Шимбун и постарались скрыться вскоре после того, как признания их сына были обнародованы. В 1989 в интервью газете Токио Шимбун, Кацуми Миядзаки сожалел, что не уделял больше внимания чувствам своего сына. После своего ареста Цутому Миядзаки написал разъяренное письмо, обращенное к отцу, обвиняя того во всех грехах.
В дальнейшем, отец так и не смог смириться с мыслью, что его сын — серийный убийца, спустя некоторое время он покончил жизнь самоубийством, бросившись в реку. Цутому Миядзаки прокомментировал: «Это как глоток свежего воздуха».
По отношению к своей матери он был настроен более миролюбиво. «Мама, я причинил тебе много страданий», — написал он однажды. Дальше он добавил, — «не забывай менять масло в моем автомобиле, или ты не сможешь водить его».
В конце 2005 года в Верховном суде Японии начались судебные слушания по делу Миядзаки. В фокусе внимания опять находился вопрос о том, был ли Миядзаки вменяем во время совершения преступлений.
Во время заседаний Верховного суда команда защиты снова утверждала, что было необходимо провести новое психиатрическое исследование Миядзаки и что дело должно быть повторно рассмотрено в Высшем суде.
Майко Тагусари, адвокат представлявшая Миядзаки, сказала, что решение Высшего суда было недопустимым, потому что проигнорировало свидетельство, что ее клиент страдал от хронического психического заболевания долгое время, перед тем как совершить свои преступления.
Во время судебного заседания адвокаты защиты утверждали, что было совершенно «очевидно, что Миядзаки страдает от такого хронического расстройства психики, как шизофрения».
Но сторона обвинения имела свои возражения на эту точку зрения: «данные первой психиатрической экспертизы, которая показала, что ответчик может считаться ответственным, имеют достаточные основания и являются абсолютно легитимными», — утверждали обвинители.
После заседаний продолжавшихся несколько месяцев 17 января 2006 года, председательствующий судья Токиясу Фуджита отклонил аргументы защиты о том, что Миядзаки не осознавал своих действий во время преступлений. Верховный суд постановил, что хотя у обвиняемого и было явно выраженное изменение личности, но он не страдал ни от какого расстройства психики, которое делало бы его неспособным нести ответственность за совершенные преступления (т. е. по сути, была принята точка зрения первой группы экспертов).
«Постановление высшего суда, которое гласит, что Миядзаки может считаться ответственным за совершенные преступления, абсолютно верно и должно быть подтверждено», — сказал судья Токиясу Фуджита. — «Этот ужасный человек убил четырех девочек ради удовлетворения своих сексуальных желаний, он не заслуживает никакого снисхождения. Кроме того, как отметил судья, эти преступления вызвали серьезный общественный резонанс и должны получить юридическую оценку.» (Несмотря на то, что с момента совершения преступлений прошло полутора десятка лет за стенами суда приговора Миядзаки в тот день ожидало более 200 человек).
Фуджита сказал, что убийства были хорошо спланированы и обусловлены, кроме всего прочего, еще и желанием обвиняемого сделать видеозаписи трупов. «У суда нет никакого выбора, кроме как поддержать постановления судов низших инстанций».
Страница 8 из 9
