Фандом: Гарри Поттер. Снейп погиб. Но… Сама Смерть даёт ему ещё один шанс. Разумеется, не бесплатно.
165 мин, 30 сек 14106
— Я не уверен, — серьезно сказал Люпин, — но, думаю, это сделало тебя тем, кто ты есть. Благодаря тому, что ты пережил тогда, сейчас ты варишь зелья в своём магазине, а не гниешь в земле, хотя у тебя были все шансы для этого.
— Не вижу связи, — с досадой возразил Снейп, уныло почесывая нос.
— Мне очень жаль, — прискорбно констатировал Люпин. — Ты ведь никогда не думал об этом?
— Пожалуй, — согласился Снейп сумрачно. — У меня как-то было чем заняться…
— Знаешь, что отличает Джеймса от тебя? — Люпин ехидно усмехнулся. — Вовсе не смазливая физиономия и не умение поймать снитч в самой сложной ситуации. Лили на это все плевать хотела. К тому же ты умнее, да и дружили вы с ней с самого детства. Просто все дело в том, что ты — эгоист, Снейп. Страшный эгоист. Ты всю жизнь думал лишь о своём уязвлённом эго и лелеял свои глупые комплексы. И даже твоя любовь к Лили… Ты жаждал её, но тебе нужно было только брать и брать — для себя — её свет, улыбку, доброту…
— А Поттеру все это, конечно, было не нужно, — желчно уточнил Снейп, чувствуя, как неприятный червячок начинает точить изнутри.
— Нужно, я не отрицаю, — согласился Люпин. — Джеймс, конечно, паяц, и шутки у них с Сириусом злые, но в отличие от тебя, Джеймс, да и Сириус тоже, всегда был готов не только брать. Джеймс хотел отдать Лили всего себя, без остатка, что он, собственно, и сделал. А ты на такое способен не был… Да и сейчас неспособен.
— Так если Блек, Поттер, да и ты тоже такие молодцы, — прошипел Снейп досадливо, — почему же тогда я здесь занимаюсь какой-то хренью, а не вы?!
— Боюсь, на этот вопрос тебе придётся ответить себе самому, — Люпин кивнул и исчез. Отдать себя без остатка. Не оглядываться назад, не перестраховываться — просто раствориться в другом человеке. Не бояться выглядеть смешно или глупо, вручить свои чувства вместе с душой на блюде в надежде на то, что их примут. А скорее всего, отвергнут. Даже Лили отвергла. А ведь добрее неё Снейп не встречал никого за всю свою жизнь. Но даже если смириться со всем этим и рискнуть, где гарантия, что любовь наступит по заказу свыше?
Когда-то давно, в юности, его угораздило влюбиться, но в тот раз он, в принципе, мог и не делать этого — оно само так вышло, против воли. Даже вопреки воли. А сейчас нужно силой этой самой воли сотворить любовь в иссушенном, как мышиные хвосты, сердце, да ещё и в сжатые сроки…
Снейп снова сидел в кафе, потому что в квартире ему было душно от разговора с Люпином, и пил кофе, заедая его бейглом и уставившись в пространство за окном. Он сидел так довольно долго, погруженный в свои мысли, пока не осознал, что взгляд его упёрся в лицо Грейнджер, взволнованное, раскрасневшееся лицо.
— Вы что, преследуете меня? — спросил он грубо, словно очнувшись.
— Больно надо, — строго возразила Грейнджер, тряхнув головой. — Я просто шла мимо и заскочила за кофе.
В её руке действительно был стаканчик с кофе на вынос.
— Да что вы вообще забыли в Бристоле? — Снейп возвысил голос, даже не думая скрывать досаду.
— Вообще-то, я тут родилась и выросла, — парировала Грейнджер дерзко.
— Допустим, это так, — Снейп прищурился. — Но в этом случае вы просто могли пройти мимо. Что вы пялитесь на меня уже десять минут?!
— Во-первых, не десять, а две, — с достоинством возразила Грейнджер. — Во-вторых, это вы пялились на меня, а в-третьих, у вас вся водолазка в крови, — она провела рукой по своей шее, давая понять, где кровь, — но вы, конечно же, в курсе, профессор.
Последнее слово было произнесено едва ли не с сарказмом. Снейп схватился за шею там, где была рана, и с ужасом осознал, что Грейнджер права.
— Ч-черт! — прошипел он.
— Я так понимаю, помощь вам по-прежнему не нужна? — поинтересовалась Грейнджер, подходя ближе.
И тут Снейп взбесился.
— А что, собственно, вы — студентка-выскочка — способны сделать из того, что не мог бы я?! — и с этими словами он встал и скрылся в туалете.
Шрам действительно кровил, притом совершенно без причины. Снейп знал несколько заклятий, которые могли бы остановить кровь, но ни одно из них не помогло, даже его собственное, разработанное им для ликвидации последствий «Сектумсемпры». Снейп грязно выругался и, расплатившись за завтрак, поспешил в аптеку. Грейнджер в кафе уже не было, и он решил, что уел надоедливую всезнайку.
В аптеке Снейп приобрёл вату и бинты. Укрывшись в своей лаборатории, он перевязал шрам, спрятав повязку под горлом водолазки, и принялся готовить кровоостанавливающую настойку.
Дану видеть не хотелось, но она и не напрашивалась. Вообще, отношения между ними стали совсем уж странными и начали тяготить Снейпа. Поэтому вечером он с радостью отпустил ассистентку пораньше, уверив, что сам закроет магазин.
Настойка не помогла. Снейп уже замучился очищать повязку, а рана все кровила, и он даже начал чувствовать слабость. С трудом дождавшись окончания рабочего дня, он уже повернул ключ и собирался аппарировать домой, когда перед ним возникла Грейнджер.
— Не вижу связи, — с досадой возразил Снейп, уныло почесывая нос.
— Мне очень жаль, — прискорбно констатировал Люпин. — Ты ведь никогда не думал об этом?
— Пожалуй, — согласился Снейп сумрачно. — У меня как-то было чем заняться…
— Знаешь, что отличает Джеймса от тебя? — Люпин ехидно усмехнулся. — Вовсе не смазливая физиономия и не умение поймать снитч в самой сложной ситуации. Лили на это все плевать хотела. К тому же ты умнее, да и дружили вы с ней с самого детства. Просто все дело в том, что ты — эгоист, Снейп. Страшный эгоист. Ты всю жизнь думал лишь о своём уязвлённом эго и лелеял свои глупые комплексы. И даже твоя любовь к Лили… Ты жаждал её, но тебе нужно было только брать и брать — для себя — её свет, улыбку, доброту…
— А Поттеру все это, конечно, было не нужно, — желчно уточнил Снейп, чувствуя, как неприятный червячок начинает точить изнутри.
— Нужно, я не отрицаю, — согласился Люпин. — Джеймс, конечно, паяц, и шутки у них с Сириусом злые, но в отличие от тебя, Джеймс, да и Сириус тоже, всегда был готов не только брать. Джеймс хотел отдать Лили всего себя, без остатка, что он, собственно, и сделал. А ты на такое способен не был… Да и сейчас неспособен.
— Так если Блек, Поттер, да и ты тоже такие молодцы, — прошипел Снейп досадливо, — почему же тогда я здесь занимаюсь какой-то хренью, а не вы?!
— Боюсь, на этот вопрос тебе придётся ответить себе самому, — Люпин кивнул и исчез. Отдать себя без остатка. Не оглядываться назад, не перестраховываться — просто раствориться в другом человеке. Не бояться выглядеть смешно или глупо, вручить свои чувства вместе с душой на блюде в надежде на то, что их примут. А скорее всего, отвергнут. Даже Лили отвергла. А ведь добрее неё Снейп не встречал никого за всю свою жизнь. Но даже если смириться со всем этим и рискнуть, где гарантия, что любовь наступит по заказу свыше?
Когда-то давно, в юности, его угораздило влюбиться, но в тот раз он, в принципе, мог и не делать этого — оно само так вышло, против воли. Даже вопреки воли. А сейчас нужно силой этой самой воли сотворить любовь в иссушенном, как мышиные хвосты, сердце, да ещё и в сжатые сроки…
Снейп снова сидел в кафе, потому что в квартире ему было душно от разговора с Люпином, и пил кофе, заедая его бейглом и уставившись в пространство за окном. Он сидел так довольно долго, погруженный в свои мысли, пока не осознал, что взгляд его упёрся в лицо Грейнджер, взволнованное, раскрасневшееся лицо.
— Вы что, преследуете меня? — спросил он грубо, словно очнувшись.
— Больно надо, — строго возразила Грейнджер, тряхнув головой. — Я просто шла мимо и заскочила за кофе.
В её руке действительно был стаканчик с кофе на вынос.
— Да что вы вообще забыли в Бристоле? — Снейп возвысил голос, даже не думая скрывать досаду.
— Вообще-то, я тут родилась и выросла, — парировала Грейнджер дерзко.
— Допустим, это так, — Снейп прищурился. — Но в этом случае вы просто могли пройти мимо. Что вы пялитесь на меня уже десять минут?!
— Во-первых, не десять, а две, — с достоинством возразила Грейнджер. — Во-вторых, это вы пялились на меня, а в-третьих, у вас вся водолазка в крови, — она провела рукой по своей шее, давая понять, где кровь, — но вы, конечно же, в курсе, профессор.
Последнее слово было произнесено едва ли не с сарказмом. Снейп схватился за шею там, где была рана, и с ужасом осознал, что Грейнджер права.
— Ч-черт! — прошипел он.
— Я так понимаю, помощь вам по-прежнему не нужна? — поинтересовалась Грейнджер, подходя ближе.
И тут Снейп взбесился.
— А что, собственно, вы — студентка-выскочка — способны сделать из того, что не мог бы я?! — и с этими словами он встал и скрылся в туалете.
Шрам действительно кровил, притом совершенно без причины. Снейп знал несколько заклятий, которые могли бы остановить кровь, но ни одно из них не помогло, даже его собственное, разработанное им для ликвидации последствий «Сектумсемпры». Снейп грязно выругался и, расплатившись за завтрак, поспешил в аптеку. Грейнджер в кафе уже не было, и он решил, что уел надоедливую всезнайку.
В аптеке Снейп приобрёл вату и бинты. Укрывшись в своей лаборатории, он перевязал шрам, спрятав повязку под горлом водолазки, и принялся готовить кровоостанавливающую настойку.
Дану видеть не хотелось, но она и не напрашивалась. Вообще, отношения между ними стали совсем уж странными и начали тяготить Снейпа. Поэтому вечером он с радостью отпустил ассистентку пораньше, уверив, что сам закроет магазин.
Настойка не помогла. Снейп уже замучился очищать повязку, а рана все кровила, и он даже начал чувствовать слабость. С трудом дождавшись окончания рабочего дня, он уже повернул ключ и собирался аппарировать домой, когда перед ним возникла Грейнджер.
Страница 19 из 46
