В детстве у меня был друг Димка. Невысокого роста, худощавый кудрявый пострел c весёлой ухмылкой на веснушчатом лице. Так вот, летом далёкого 1979-го, стоим как-то с ним на остановке, а мимо проходит дед. Крепкий такой дед, с бородой седой, в клетчатой рубахе, а вместо одной ноги деревянный костыль. Посмотрел на нас сурово, головой покачал и — в автобус. Нам же ехать никуда не надо было, семилетними мальчишками мы безо всякой цели шарахались по родному 33-му кварталу.
Добавить в моё избранное
0 мин, 48 сек 4513
Автобус уехал. Тут вдруг, тот же самый дед идет с той же самой стороны. Опять мимо нас, опять с негодованием покачал башкой и опять в автобус похромал. Мы с Димасиком уже струхнули. Второй автобус тронулся. Глядь — а старый хрыч к нам навстречу шагает. Размахивает клюкой и на кореша моего кричит: «Гаденыш, ты что натворил?» Мы бежать, старик — за нами. Мы в подъезд — дед следом.
Заскочили в квартиру ко мне, заперлись и затаились. Костыль достучал до нашего этажа, замер, но затем дальше наверх отправился. Потом стук деревяшки о бетонный пол вниз ушел. Короче, убрался дед восвояси. «Не фига себе!» — выдохнул я, а дружбан мой только улыбнулся. И очень мне улыбка его та не понравилась. Что-то в ней было сатанинское…
Лето 2012-го… Димон мотает третий срок за двойное убийство. На этот раз «впаяли» ему 20 лет строгого режима, а я всё время деда того вспоминаю. То ли он наперёд всё знал, то ли Димка и тогда умудрился чего-то начудить…
Заскочили в квартиру ко мне, заперлись и затаились. Костыль достучал до нашего этажа, замер, но затем дальше наверх отправился. Потом стук деревяшки о бетонный пол вниз ушел. Короче, убрался дед восвояси. «Не фига себе!» — выдохнул я, а дружбан мой только улыбнулся. И очень мне улыбка его та не понравилась. Что-то в ней было сатанинское…
Лето 2012-го… Димон мотает третий срок за двойное убийство. На этот раз «впаяли» ему 20 лет строгого режима, а я всё время деда того вспоминаю. То ли он наперёд всё знал, то ли Димка и тогда умудрился чего-то начудить…
