В детстве у меня был друг Димка. Невысокого роста, худощавый, кудрявый, весёлая ухмылка на лице в веснушках. Так вот, летом 1979-го, стоим как-то с ним на остановке, а мимо проходит дед. Крепкий такой дед, с бородой седой, в клетчатой рубахе, а вместо одной ноги был деревянный костыль. Посмотрел на нас сурово, головой покачал и вошёл в автобус. Нам же ехать никуда не надо было. Семилетними мальчишками мы безо всякой цели шарахались по родному 33-му кварталу.
0 мин, 47 сек 78
Автобус уехал. Тут вдруг, тот же самый дед идет с той же самой стороны. Опять мимо нас, опять с негодованием покачал головой, опять в автобус похромал. Мы с Димасиком уже струхнули. Второй автобус тронулся. Глядь, а старый хрыч к нам навстречу шагает. Размахивает клюкой и на кореша моего кричит: «Гаденыш, ты что натворил?» Мы бежать, а старик за нами. Мы в подъезд, а дед следом.
Заскочили в квартиру ко мне, заперлись и затаились. Костыль достучал до нашего этажа, замер, но затем дальше наверх отправился. Потом стук деревяшки о бетонный пол вниз ушел. Короче, убрался дед восвояси. «Не фига себе!» — выдохнул я, а дружбан мой только улыбнулся. И очень мне улыбка его не понравилась. Что-то в ней было сатанинское…
Лето 2012-го… Димон мотает третий срок за двойное убийство. На этот раз «впаяли» ему 20 лет строгого режима, а я всё время деда того вспоминаю. Или он наперёд всё знал, или Димка и тогда умудрился чего-то начудить…
Заскочили в квартиру ко мне, заперлись и затаились. Костыль достучал до нашего этажа, замер, но затем дальше наверх отправился. Потом стук деревяшки о бетонный пол вниз ушел. Короче, убрался дед восвояси. «Не фига себе!» — выдохнул я, а дружбан мой только улыбнулся. И очень мне улыбка его не понравилась. Что-то в ней было сатанинское…
Лето 2012-го… Димон мотает третий срок за двойное убийство. На этот раз «впаяли» ему 20 лет строгого режима, а я всё время деда того вспоминаю. Или он наперёд всё знал, или Димка и тогда умудрился чего-то начудить…
