Дедова банька

— Топку остудишь, как будешь уходить, и закрыть не забудь баню.

— Хорошо.

Дед выключил свет, вышел из бани и плотно прикрыл дверь. Парилка меня разморила, мысли текли неторопливо, и тут — стук. Потом опять стук, двойной. Через пару секунд открылись двери, и послышался звук шагов в предбаннике. «Деду не спится, наверное, туфли напялил, что ли? Или это бабка?» — подумал я, услышав стук каблуков.

— Дед, ты? — только произнес я, как послышался громкий лязг металла.

Я приоткрыл дверь в предбанник и в кромешной тьме увидел, как высокая фигура метнулась и скрылась за дверью, буквально вылетев на улицу. Передёрнуло меня не слабо, еле дошел до включателя и клацнул свет. На полу лежали алюминиевые тазики и миски, а в комнате опять стояла собачья вонь. Ничего не понимая, я подумал, что заявился вчерашний «гость», взял в руки полено и выглянул на улицу — никого. Всё бы ничего, да только внимание привлекли два ведра с водой стоящих у входа, от них исходил пар. Я только пальцами воды коснулся, как сразу же с матом и вытянул, вода в вёдрах была не кипяток, но почти что — а ведь набирали с дедом ледяную, из колодца! Иконка опять валялась на полу, я поставил ее на тумбу, притушил топочную и закрыл баню. В доме меня встретила бабка, собиравшаяся идти за мной.

— Тимоша, ты что, уснул там? Время час ночи, быстренько кушай и ложись отдыхать.

— Дед спит?

— Как с бани пришел, так и уснул сразу. Сказал, что ты через полчасика придешь, а тебя всё нет, да и нет. Вот, решила, что случилось чего, а ты что бледный такой? Плохо? — спросила бабушка, трогая мой лоб рукой.

— Да всё нормально, запарился, наверное, в бане, — ляпнул я, не выпуская из головы мыслей о произошедшем.

На следующее утро я чувствовал себя слабо, хотя банный вечер прошлой ночью должен был дать другой эффект, но всему виной скорее был труд на огороде, в котором я прокопался весь день.

В следующие два дня ничего примечательного не произошло, а в пятницу у нашей соседки баб Маши был день рождения, и нас пригласили в гости. К вечеру бабка с дедом засобирались к торжеству, я заранее отказался, так как делать мне там было нечего, кроме того, чтоб поглощать пищу, пить толком нельзя, молодежи нет. В итоге сказал, что останусь на хозяйстве, старики были не против. Вечером пришла мне мысль осуществить парную. Растопил баню, набрал вёдра и поставил у входа, закрыв дом. Пару раз выходил, обливался водичкой холодной и опять назад, хотелось насладиться поболе. Сел на лавку в парной, рядом поставил с горячей водой таз небольшой. Время от времени смачивал дубовый веник и хлестал им по телу.

В двери постучали. По телу озноб, опять, думаю, приблудился алкаш, в доме рядом никого, все у соседей, стало не по себе. Взял кочерыжку малую у печи, только вышел в предбанник, опять стук, только сильнее.

— Кто!!! — заорал я у двери с кочергой в руках в позе бейсболиста, готовившегося к отбитию удара.

Молчание и тишина… А через несколько секунд раздался стук в окошко, которое было в предбаннике, но находилось почти у потолка. Руки у меня тряслись, паника. Простоял так минуты две, потом, немного успокоившись, проверил шпингалет на двери, убедился, что закрыто, и направился в парилку. Не прошло и десяти минут, как от двери загрохотало.

— КТО!!!

— Сынок, открой! — послышался голос деда.

Не включая света, я открыл дверь и отошел чуть назад. Зашел дед.

— Вы что, уже посидели? Так быстро?

— Да время уже, второй час ночи. Вот, смотрю, топится, так и понял, что ты здесь, решил компанию составить.

— Ого, что-то засиделся я.

— Да ничего, мы не долго, — продолжал меня уговаривать дед.

И тут опять тот запах раздался, псиный, сказал об этом деду…

— Я не чувствую, — ответил он. — Давай-ка лучше я тебя веничком похлопаю.

И только тут я увидел: стоит от головы по пояс мой дед, ниже коротко обмотан простыней и черные как смола волосатые ноги с копытами, а сзади хвост мотыляет.

И уже начал этот с ухмылкой дедовской ко мне приближаться, как я рукой печи коснулся, в себя пришел и, не знаю, как сообразил — сорвал с шеи крестик деревянный и кинул в таз с водой, который стоял у лавки. Взял таз в руки, да и окатил тварь эту. Визг стоял, будто резали пару десятков свиней, тварь из бани как метлой вымело. Стою, не могу въехать в ситуацию, такого просто увидеть никогда не думал. Поднял крестик и кинул его в ковш с водой, с трясущимся руками вышел в предбанник. На полу лежала простыня, от которой шел пар. Подбежал к тумбе, взял иконку, закрыл двери и уселся на входе между предбанником и парной. Со всех сторон стуки, стоны, рычание. Сидел, тупо от страха плакал, орал: «Боже, помоги». Вдруг вмиг всё затихло.

— Тимоха, ты здесь? Тима, открой, внучек, открой двери!!! — голоса бабушки и деда привели в сознание.

Побежал к дверям, только за шпингалет взялся, голоса прекратились.

— Дед, бабуль это вы?

— Да, внучек, что случилось? Открой двери, ну же!!! — голос бабушки.

— Поклянитесь Богом, — сквозь слезы ответил я, — поклянитесь, что это вы!