Фандом: Naruto. На Рождество все акацуки неожиданно для себя получили странные подарки, переданные им Дедом Морозом от некоего неизвестного лица. Чей замысел стоит за этим? На что намекают эти подарки и какие тайны они раскроют?
263 мин, 7 сек 21874
— Ничего! — нервно ответила синеволосая. — Ресница в глаз попала…
В этот момент Хидан, стоявший поодаль и не слышавший их диалога, случайно обернулся. Внимательно поглядев на девушку, он нахмурился и сказал:
— Слышь, Конан, кончай смеяться. На месте Кисаме мог оказаться любой из нас…
Конан, погруженная в свои переживания, его не услышала. А Сасори, подойдя к Хидану, сказал вполголоса:
— Насколько мне известно, в роду у Кисаме были акулы, а вовсе не дельфины. Как понимать такой ляп со стороны нашего дарителя? А?
— Блин, а я-то откуда знаю? Наверное, в секс-шопе ничего более подходящего не нашлось, — ухмыльнувшись, ответил Хидан и добавил: — Ты вон у Тоби спроси: ляпы — это по его части…
Сасори, не уловив иронии, немедленно задал тот же вопрос Тоби. Парнишка, ни на секунду не задумавшись, ответил:
— Так ведь игрушечных дельфинов везде в продаже полно, а игрушечную акулу очень трудно найти!
— Почему? — удивился Сасори.
— Потому что игрушки должны быть добрыми, — убежденно ответил Тоби.
Дед Мороз огладил бороду, растрепавшуюся от того, что Кисаме на полной скорости пронесся мимо него к выходу, и в первый раз в жизни задумался о том, правильно ли выбрал профессию. Рабочие обязанности Деда Мороза требовали многого — и чувства юмора, и неутомимости, и изобретательности. И всего этого у него было в избытке. Но вот с необходимостью обороняться от тех, кому он дарил подарки, легендарный старик столкнулся впервые. И соответствующих навыков у него не имелось…
«Говорили ведь мне — не соглашайся на роль НМП! Не то, не ровен час, в такой фанфик засунут — мало не покажется… А я, как дурак, захотел новых ощущений. Что ж, сам виноват, — мысленно упрекал себя Дед Мороз. — Ну ничего, у меня тут остались только двое. Закончу с ними — и бегом отсюда, пока не прибили. Я хоть и бессмертный, но попробуй объясни потом ребятишкам, почему у меня фонарь под глазом, борода клочьями и халат в дырках. Такого удара не выдержит даже мой проверенный веками авторитет. Разве что в России не удивились бы такому моему виду — там в анекдотах я порой и похуже выгляжу… А вот в других странах такого не потерпели бы. И тогда — прости-прощай казенная вилла в Лапландии, пенсия и прочие блага. Впрочем, не будем о грустном, ведь всё обошлось… Итак, кто там у меня следующий по списку?»
Акацуки глядели на гостя неприветливо, но нападать не торопились. Про себя каждый из них ждал какого-то логического окончания раздачи подарков. Правда, представляли они себе это окончание по-разному. Общим было лишь одно: желание узнать имя дарителя.
Только Тоби и Какузу пока было не до вопроса «Кто?» Этих двух всё еще занимал вопрос«Что?»
Какузу настороженно хмурился. Поначалу он был не прочь получить подарок, пусть даже бесполезный. Ведь бесплатно дают! Однако случай с Кисаме заставил его засомневаться в том, что халява — это всегда праздник. В первый раз в жизни Какузу не хотелось получить что-то даром — более того, он предпочел бы, чтобы о нем сейчас забыли. Но нет! Голос Деда Мороза, приободрившегося после ухода Кисаме, прозвучал свежо и весело:
— А этот дар — вам, уважаемый Какузу! И этот текст — тоже: «Зная ваше трепетное отношение к энергетике финансовых потоков и умение видеть их буквально во всем, позвольте преподнести вам этот символический предмет, наделенный свойством аккумулировать финансы и более того — увеличивать их объем».
— Таки копилка! — ухмыльнулся Хидан.
— Бери выше — печатный станок! — с надеждой сказал Дейдара.
— А может, счет в банке? — с интересом спросила Конан и с вызовом покосилась на Пейна.
Отплакавшись, девушка перестала терзать себя и примирилась с мыслью об измене возлюбленного. Теперь ее планы мести были трезвыми и рассудочными, без капли эмоций. Однажды, давным-давно, Пейн прочитал ей чей-то афоризм: «Месть — это блюдо, которое подают холодным». Ей навсегда запомнился этот мудрый рецепт…
Полагая, что и этот подарок посвящен Пейну, синеволосая вдруг ощутила тревогу несколько иного рода. Если наглая блондинка тем самым намекает на умение главы акацуки делать деньги, то не означает ли это, что у него есть где-нибудь крупная заначка, о которой не знает даже она, Конан? Ради того, чтобы выяснить, где именно, стоило повременить с местью…
Любопытно, что примерно те же мысли мелькали в голове у Пейна, но насчет Какузу. Лидер-сама уже давно подозревал казначея в том, что тот кладет себе в карман изрядную часть поступлений в общак организации. Однако поймать его за руку Пейну никак не удавалось.
В этот момент Хидан, стоявший поодаль и не слышавший их диалога, случайно обернулся. Внимательно поглядев на девушку, он нахмурился и сказал:
— Слышь, Конан, кончай смеяться. На месте Кисаме мог оказаться любой из нас…
Конан, погруженная в свои переживания, его не услышала. А Сасори, подойдя к Хидану, сказал вполголоса:
— Насколько мне известно, в роду у Кисаме были акулы, а вовсе не дельфины. Как понимать такой ляп со стороны нашего дарителя? А?
— Блин, а я-то откуда знаю? Наверное, в секс-шопе ничего более подходящего не нашлось, — ухмыльнувшись, ответил Хидан и добавил: — Ты вон у Тоби спроси: ляпы — это по его части…
Сасори, не уловив иронии, немедленно задал тот же вопрос Тоби. Парнишка, ни на секунду не задумавшись, ответил:
— Так ведь игрушечных дельфинов везде в продаже полно, а игрушечную акулу очень трудно найти!
— Почему? — удивился Сасори.
— Потому что игрушки должны быть добрыми, — убежденно ответил Тоби.
Глава 15. Холодное блюдо для Пейна
«Судя по всему, таинственный даритель абсолютно уверен в своей безнаказанности, — думал Сасори. — Это ж надо надо — намекнуть Кисаме и на его происхождение, и на его вечное одиночество! И правда, камикадзе. Если так, то вариантов того, кто он, не так уж много»…Дед Мороз огладил бороду, растрепавшуюся от того, что Кисаме на полной скорости пронесся мимо него к выходу, и в первый раз в жизни задумался о том, правильно ли выбрал профессию. Рабочие обязанности Деда Мороза требовали многого — и чувства юмора, и неутомимости, и изобретательности. И всего этого у него было в избытке. Но вот с необходимостью обороняться от тех, кому он дарил подарки, легендарный старик столкнулся впервые. И соответствующих навыков у него не имелось…
«Говорили ведь мне — не соглашайся на роль НМП! Не то, не ровен час, в такой фанфик засунут — мало не покажется… А я, как дурак, захотел новых ощущений. Что ж, сам виноват, — мысленно упрекал себя Дед Мороз. — Ну ничего, у меня тут остались только двое. Закончу с ними — и бегом отсюда, пока не прибили. Я хоть и бессмертный, но попробуй объясни потом ребятишкам, почему у меня фонарь под глазом, борода клочьями и халат в дырках. Такого удара не выдержит даже мой проверенный веками авторитет. Разве что в России не удивились бы такому моему виду — там в анекдотах я порой и похуже выгляжу… А вот в других странах такого не потерпели бы. И тогда — прости-прощай казенная вилла в Лапландии, пенсия и прочие блага. Впрочем, не будем о грустном, ведь всё обошлось… Итак, кто там у меня следующий по списку?»
Акацуки глядели на гостя неприветливо, но нападать не торопились. Про себя каждый из них ждал какого-то логического окончания раздачи подарков. Правда, представляли они себе это окончание по-разному. Общим было лишь одно: желание узнать имя дарителя.
Только Тоби и Какузу пока было не до вопроса «Кто?» Этих двух всё еще занимал вопрос«Что?»
Какузу настороженно хмурился. Поначалу он был не прочь получить подарок, пусть даже бесполезный. Ведь бесплатно дают! Однако случай с Кисаме заставил его засомневаться в том, что халява — это всегда праздник. В первый раз в жизни Какузу не хотелось получить что-то даром — более того, он предпочел бы, чтобы о нем сейчас забыли. Но нет! Голос Деда Мороза, приободрившегося после ухода Кисаме, прозвучал свежо и весело:
— А этот дар — вам, уважаемый Какузу! И этот текст — тоже: «Зная ваше трепетное отношение к энергетике финансовых потоков и умение видеть их буквально во всем, позвольте преподнести вам этот символический предмет, наделенный свойством аккумулировать финансы и более того — увеличивать их объем».
— Таки копилка! — ухмыльнулся Хидан.
— Бери выше — печатный станок! — с надеждой сказал Дейдара.
— А может, счет в банке? — с интересом спросила Конан и с вызовом покосилась на Пейна.
Отплакавшись, девушка перестала терзать себя и примирилась с мыслью об измене возлюбленного. Теперь ее планы мести были трезвыми и рассудочными, без капли эмоций. Однажды, давным-давно, Пейн прочитал ей чей-то афоризм: «Месть — это блюдо, которое подают холодным». Ей навсегда запомнился этот мудрый рецепт…
Полагая, что и этот подарок посвящен Пейну, синеволосая вдруг ощутила тревогу несколько иного рода. Если наглая блондинка тем самым намекает на умение главы акацуки делать деньги, то не означает ли это, что у него есть где-нибудь крупная заначка, о которой не знает даже она, Конан? Ради того, чтобы выяснить, где именно, стоило повременить с местью…
Любопытно, что примерно те же мысли мелькали в голове у Пейна, но насчет Какузу. Лидер-сама уже давно подозревал казначея в том, что тот кладет себе в карман изрядную часть поступлений в общак организации. Однако поймать его за руку Пейну никак не удавалось.
Страница 17 из 71
