Дело Љ8

Открыл глаза… Темнота. Смотрю в окно. Ночь. Сколько времени? Рядом замечаю медсестру. Она сидит на деревянном стуле. Спит. Заснула, наверное, наблюдая за бешеным больным, который не указав конкретной причины, хотел уйти под дождем к себе домой в больничных штанах и рубашке. Да, перегнул я палку. Смотрю в потолок. Этой ночью ничего не случится. Рядом сидит медсестра и это отпугнет его. Хочется пить. Закидываю руку и ощупываю рукой затылок. Большая шишка. Эх! «Сестра» — тихо обращаюсь я к женщине — Сестра, принесите мне, пожалуйста, воды. Извините за произошедшее«. Молчание. Не дождавшись ответа, я дотрагиваюсь до ее руки. Рука холодная. Я тормошу ее. Она сваливается со стула. Сестра мертва. Её белое, холодное, закоченевшее тело лежит на полу рядом с моей кроватью. Я поднимаюсь, обхожу тело и выхожу в коридор. Медленно спускаюсь на первый этаж. Подхожу к окошку регистратуры. Дежавю.» Женщина — кричу я — там, наверху«… Слова застревают на полпути. Женщина поднимает на меня взгляд. Ее глаза черные, бездонные, без белков немигающе впиваются в меня глазами и взглядом ворона. Я поворачиваюсь и пытаюсь выйти из больницы.» Вам надо прилечь — говорит за спиной ледяной неестественный голос — Идите в постель«. Но я ее не слушаю. Я быстрым шагом иду к выходу. Из двери справа появляются снова два санитара. Они преграждают мне дорогу, хватают под мышки и тащат вверх по лестнице. Их движения механически, а лица напоминают застывшие маски. Я сопротивляюсь и пытаюсь вырваться. Один из санитаров кулаком бьет мне в челюсть. Я чувствую соленую жидкость во рту. Кажется, мне выбили два зуба. Я выплевываю их на ходу. Мой рот в крови. Санитары затаскивают меня в палату и укладывают в постель. Я пытаюсь подняться, но они с силой прижимают меня к кровати. Я кричу так как мне больно. Откуда ни возьмись появляется сестра. Я видел её мертвой пару минут назад. Теперь она склоняется надо мной со шприцом в руках. Её рука поворачивается и она резким движением втыкает мне в руку. Я не перестаю кричать. Она что-то впрыскивает мне. Довольно улыбается и присаживается рядом на постель. Своей рукой она поглаживает меня по волосам. Её рука медленно ходит взад-вперед. Она улыбается. Оборачивается. Достает из кармана зеркало и подносит к моему лицу. Включает лампу. Я смотрю на себя. Мои глаза… Абсолютная тьма. Такие же черные без белков как и у сестры. Я смотрю. Вдруг мой нос начинает удлиняться и конец загибается книзу. Рот зарастает и я стаю немым. Из шек, подбородка, лба начинают расти черная щетина. Я дергаюсь в ужасе, не могу произнести ни слова. Из зеркала на меня смотрит лицо ворона. Сестра медленно убирает зеркало, подходит к окну и открывает его. Санитары отпускают мои руки. Я вскакиваю. В окна влетают вороны. Их так много что нельзя сосчитать. Они кружат вокруг меня и вдруг начинают нападать. Удары их крыльев оглушают меня. Они пытаются выцарапать мне глаза своими когтями, клюют в голову, руку, которую я пытаюсь защитить лицо, уши, рот. Я вскакиваю и наослеп двигаюсь к выходу. Вырываюсь в коридор. Вороны не отстают от меня. Я падаю. Вдруг я слышу щелчок приклада. Краем глаза я вижу сестру и санитаров. Сестра по-прежнему улыбается своими ярко красными узкими губами. В руках у троих ружья. Они вскидывают их и целятся. Но не в воронов, а в меня. В меня!!! Я оборачиваюсь в противоположный конец коридора. Еще в первый раз, когда выходил в коридор я заметил, что там есть небольшое окно, которое всегда закрыто. Я бегу к нему. Раздаются выстрелы. Одна из пуль попадает мне в плечо. Адская боль пронзает спину. Руки с кусками отставшего мяса, закрывают израненную, кровоточащую голову, кровь заливает мне глаза, рот, одежду. Вороны кричат и клюют меня. Я бегу в сторону окна из последних сил. Только не упасть. Тогда конец. Окно все ближе. Надеюсь, я убьюсь насмерть. Пусть только это прекратится. Я с разбегу выбиваю окно и падаю на асфальт. Больше я ничего не чувствую. Никакой боли… Ничего…»

Свет… Кажется, утро… Я еще жив… Ха-ха… Лучше бы я умер… Ха-ха… Открываю глаза. Рядом с моей постелью сидит на стуле следователь. Он в коричневых шерстяных брюках и темно-сером свитере. Глаза серые, внимательные.

Доброе утро, Геннадий Викторович — произносит он сухо и сдержанно, без всякого энтузиазма.

Какое сегодня число?

3 февраля. Вы помните, что с вами было вчера? — спрашивает меня следователь.

Помню… Вроде помню… А что?

А то, что если вы и дальше будете вести себя подобным образом, то будете лежать не здесь, а в психиатрической больнице.

Я пытаюсь улыбнуться. «Не думаю, что там мне будет хуже чем здесь», а вслух говорю:

У вас есть зажигалка?

Зачем она вам? — насторожился следователь, лицо напряженное, пытается прочесть мои мысли. Идиот.

Курить захотелось.

Вы же не курите? — тон недоумения.

Теперь курю. Вам жалко? — поворачиваю к нему голову.

Нет. — он достает из кармана зажигалку и кладет на тумбочку рядом. — Давайте лучше поговорим о вас. Как вы объясните свое вчерашнее поведение.

Я молчу.