Дело Сэма Шэппарда

— версия №1 (условно назовём её «версией 1966 г»… Согласно ей Спенсер Хоук флиртовал с Мэрилин Шэппард и в ночь на 4 июля 1954 г. посетил женщину в её спальне. Там любовников застала Эстер Хоук, убившая в порыве гнева Мэрилин. Эберлинг на суде 1966 г. деятельно поддерживал эту версию, рассказав о сцене ревности, которую закатила мужу Эстер Хоук в его присутствии в доме Шэппардов менее чем за двое суток до убийства. Ряд косвенных соображений подтверждали подобную гипотезу, которая родилась отнюдь не на пустом месте. Спенсер Хоук, как установил Риз-Шэппард из сообщений, полученных по «телефону доверия», имел репутацию порочного, глубоко аморального человека. Практически каждый второй житель Бэй-виллидж, позвонивший ему, заявлял, что уверен в причастности Хоука к убийству Мэрилин Шэппард. Мэр городка действительно волочился за убитой. Более того, авторы книги допустили, что Мэрилин действительно изменяла мужу со Спенсером Хоуком (напомним, что у адвоката Ли Бейли имелись официальные показания свидетеля, видевшего их целующимися, правда, это сообщение никогда так и не было опубликовано полностью и о нём известно только по пересказам). Эстер Хоук на самом деле являлась классической психопаткой, окончившей свои дни в сумасшедшем доме, ревновавшей мужа к Мэрилин Шэппард — об этом тоже говорили люди, звонившие по «телефону доверия». Против этой версии работало то соображение, что сам Френсис Ли Бейли, впервые её публично озвучивший и деятельно защищавший, не очень-то верил в её жизнеспособность. Главное противоречие здравому смыслу заключалось в том, что в случае реализации описанного сценария Сэм Шэппард не имел ни одной веской причины выгораживать супругов Хоук, убивших его жену. И уж тем более он не согласился бы напрасно отсидеть в тюрьме 10 лет….;

— версия №2 («версия 1989 г»… Согласно этой гипотезе Спенсер Хоук занимался сексом с Сэмом Шэппардом-старшим в гостиной первого этажа, а Эстер Хоук, не зная об этом, поднялась в спальню и напала на спавшую Мэрилин. В этом случае можно считать, что всё произошедшее в доме Шэппардов есть следствие ошибочных действий неадекватной алкоголички, убившей в припадке гнева ни в чём не повинную женщину. Версия эта своим происхождением напрямую связана с Эберлингом, поскольку никто до него не озвучивал подобных предположений. Купер и Риз-Шэппард внимательно разобрали данную гипотезу и нашли её крайне маловероятной. Во-первых, ничто не указывало на то, что Шэппард-старший когда-либо допускал гомосексуальные связи — ни в годы пребывания в тюрьме, ни до этого, ни после, он не рассматривал педерастические отношения как допустимые. Никто из знавших его людей никогда не сообщал о замеченных за Сэмом Шэппардом гомосексуальных наклонностях. Во-вторых, в высшей степени недостоверным представлялось объяснение того, как именно Эберлинг узнал о существовании гомосексуальных отношений между Шэппардом-старшим и Спенсером Хоуком (об этом было сказано выше). Авторы книги, разумеется, задались вопросом, для чего Эберлинг постарался их мистифицировать? Попытка ответить на него заставила их выдвинуть следующую гипотезу, а именно:

— версия №3 — о личной виновности Эберлинга в убийстве Мэрилин Шэппард (назовём её условно «версией 1995 г». дабы отличать от предыдущих). Это предположение базировалось на целом ряде косвенных соображений, каждое из которых являлось вроде бы недостаточным для выдвижения вышеназванной версии, но все вместе эти доводы выглядели весьма убедительно. Перечислим их:

а) Кровь Ричарда Эберлинга соответствовала той, что обнаружил 1955 г. в спальне Шэппардов криминалист Пол Кирк. Напомним, что ни кровь Сэма Шэппарда-старшего, ни его убитой жены, ни сына этой крови не соответствовала;

б) Купер и Ризу-Шэппарду удалось получить в своё распоряжение ленту самописцев полиграфа, записанную во время допроса Эберлинга с помощью «детектора лжи» в ноябре 1959 г. Тогда результат этого допроса был истолкован как подтверждающий искренность допрашиваемого, настаивавшего на своей непричастности к убийству Мэрилин Шэппард. При предъявлении копии записи самописцев четверым опытным экспертам по работе с полиграфом в 90-х гг. ни один из них не согласился с таким выводом. Все эксперты, не знавшие сути задаваемых вопросов и лишь объективно оценивавшие реакции организма Эберлинга, характеризовали результат допроса как«неоднозначный»;

в) Если Верн Лунд, утверждавший, что именно он мыл окна в доме Шэппардов 2 июля 1954 г., говорил правду, то кровь Эберлинга никак не могла оказаться на месте преступления. Между тем, Эберлинг допускал, что его кровь там была;

г) Если Верн Лунд говорил правду, то Эберлинг не мог знать деталей внутренней планировки дома Шэппрадов. Между тем, в 1992 г. он нарисовал его точный план, на котором указал даже вход в подвал, не замеченный полицейскими и работниками прокуратуры при составлении чертежа здания в 1954 г.;