Деловая женщина и другие

— Волшебник до кончиков ногтей? — понимающе ухмыльнулся Макс.

— Угу. Ему даже «Люк, я твой отец» ничего не скажет.

Макс фыркнул:

— Ведьмочка, давай я не буду напоминать тебе тебя же? — он помахал рукой перед ее лицом. — «Это не те дроиды, которых вы ищете». Припоминаешь?

Ши закатила глаза:

— Мне было одиннадцать. В одиннадцать не страшно не смотреть «Звездные войны». И если ты пожелаешь молодоженам, чтобы с ними пребывала Сила, я тебя придушу.

— Черт, — огорчился Макс. — Какой тогда смысл ходить на волшебную свадьбу?

— Открытый бар.

— Тоже повод.

Наблюдать за реакцией некоторых волшебников на Макса было забавно. Наблюдать за их реакцией на его слова было еще забавнее.

— Говорить мистеру Уизли, что магглы подтираются дикими гусятами, было несколько… чересчур.

— Я хотел проверить, на какой конкретно безумной чепухе он поймет, что я его разыгрываю. И да, я знал, что Рабле мне однажды пригодится…

— Макс, это Перси Уизли. Он не поймет значения слова «розыгрыш», даже если тот будет танцевать перед ним голым. И не могу поверить, что ты ухлестывал за Молли Уизли. Что там насчет «никогда не свяжусь с ведьмой»?

— Я же не жениться на ней собираюсь. А как говорил Киплинг, что полковничья леди, что Джуди О'Греди — под платьями все равны.

Шивон закатила глаза.

— В жизни не видел более тошнотворной парочки, кстати, — уставился Макс на новобрачных. — Господи, какой ужас, он кормит ее с ложечки.

Шивон резко развернулась и выпучила глаза.

— Страшное это зрелище, — заключила она, — видеть, как твой друг сходит с ума. Хорошо, что я уже поела, а то аппетит бы у меня пропал.

— Вы двое — самые неромантичные люди на свете, — недовольно сказала Дженни. — После всего, через что они прошли, они имеют право делать, что хотят.

— Не драматизируй, Джен, ни через что особенное им проходить не пришлось. От ссоры с родителями еще никто не умирал.

— Ну не скажи, — запротестовал Макс. — История знает немало случаев. Вот сыновья турецких султанов после ссоры с отцами обычно дохли, как мухи…

— Мистер Малфой не стал бы убивать своего сына: запасного у него нет. Во всяком случае, известного. Во всяком случае, законного. А мистер Уизли просто не стал бы.

— Но мистер Малфой год со Скорпиусом не разговаривал!

— Учитывая, что мистер Малфой редко что-то дельное говорит, невелика потеря.

— А мистер Уизли не разговаривал с Роуз…

— Учитывая, что турецкие султаны негодных дочерей топили, — вмешался Макс, — то эта потеря еще меньше.

— Да, — мечтательно вздохнула Шивон. — Как жили люди, как тонко чувствовали!

Хохот Макса и Шивон перекрыл стон Дженни:

— Никакой романтики.

Из спальни раздавались характерные звуки. Шивон закатила глаза и присела на диван, дожидаясь окончания шоу. Выждав нужное время, она с грохотом метнулась и пинком вышибла дверь.

— Подонок!

— Ши… Ши… Шивон… — залепетал Макс. — А разве ты не в Дублине?

— Как видишь, нет, скотина, на твое горе, не в Дублине, — она устремила горящий яростью взгляд на перепуганную девчонку. — Вон, мерзавка, и в следующий раз не спи с женатыми! — испуг на лице девчонки сменился на ужас, и бедняжка едва успела сбежать, пока разгневанная супруга поливала оскорблениями мужа.

Входная дверь громко хлопнула.

Ши тут же замолкла.

— Придурок, — уже мирно заявила она. — Ты мог хотя бы воздержаться от этого, — она указала на постель, — раз уж вызвал на помощь кавалерию?

— Не мог отказаться от утреннего секса, — хмыкнул он. — Я тебе должен. Хотя с «женатым» это ты перегнула. А если слухи пойдут?

Она махнула рукой и направилась к кухне. Заваривая кофе, она с интересом разглядывала остатки вчерашнего ужина.

— Свечи, шампанское, французская кухня. Макс, ты становишься банален.

— Увы, немногих девчонок мне удавалось соблазнить тайской кухней. В ней никакой романтики.

— Ты ненавидишь романтику.

Макс усмехнулся:

— Это ты ненавидишь романтику, и именно поэтому твой роман разгромили в «Teen Vogue». Я же романтику вполне уважаю: она меня часто выручала.

— Угу, и после этого спешить тебе на выручку приходится уже мне.

— Увы, но я скучный ботаник, мне приходится пользоваться романтикой, иначе придется устраивать бои роботов.

— Бои роботов — это круто.

— И ты единственная девушка в мире, которая так считает.

— А Минг На?

— Единственная красивая девушка.

Она понесла кружку кофе в гостиную:

— Я воспользуюсь твоим лаптопом?

— О нет, я не настолько тебе должен!

— Всего на пять минут?

— Ты всегда так говоришь.

Она развалилась на диване и подбросила над собой подушку.

— Мне нужна твоя помощь, — раздраженно призналась она.

Макс приподнял брови.

— Мой агент требует подбавить романтики.

Макс хмыкнул:

— Ты не пишешь романтику. Ты пишешь зло. Никакой романтики.

— Верно. Но агент требует романтики. Говорит, без романтики книга плохо продается в Голливуд.

— Уволь агента, — озвучил Макс очевидное решение, но Ши покачала головой и еще раз подкинула подушку.

— Он сказал, что я не умею писать.

— Бред, ты отлично пишешь.