Демон

— Ага, — Ларка не отрывалась от ногтей, — он вечно был притрушенный какой-то.

— В общем… Нормальный психиатр, наверно даже мозги бы ему вправил, но… теперь-то уж что… — А чего она сама попёрлась?

Сеня пожал плечами, — скорее всего, решила проверить, что не так, она ж запросто могла Ивину дать команду типа «ночью покусай блондинку, нырни под корягу и ляг поспи». А это уже не работает. Инстинкт самосохранения. Начал Ивин поспать, попробовал залебнуться — не помонравилось и вернулся… на место «рождения». А мозги-то в клине. Как стемнело он опять попёрся «кусать блондинку». А там Ирка… В белом платочке. В общем. Действительно сказка. Вызвал чёрный маг демона, а тот его и скушал.

Затянувшуюся паузу нарушил старший опер, — на, — протянул он Сене листок, — подписывай протокол.

Разумеется в милицейских протоколах ни какой мистики не сохранилось. И дело закрыли по причине смерти подозреваемого. Туровых двое суток продержали в камере, после чего они подписали признательные показания по совершенно левому делу и получили по девять лет.

Сеня после пол-года каждую ночь просыпался от кошмара. А спать в темноте вообще не мог. Потом постепенно успокоился.

Туровы, отсидели по семь лет. Ни о каком институте, конечно речь не шла, а вернулись в родной городок, собрали бригаду и подмяли под себя весь местный криминал. Года на два. А потом, Сеня случайно увидел по телеку, как репортёр НТВ злорадно описывает «полученные при несчастном случае повреждения мерседеса» в виде нескольких десятков отверстий чуть меньше сантиметра диаметром. Пойманный камерой следак вяло отбрёхивался. Сеня почуствовал одновременно облегчение и стыд. Всё же ранее нет-нет, да оглядывался на улице — а ну как наткнёшься?

Той ночью, ему снова приснился старый кошмар. Только теперь он был чёрно-белым и мутным, как старое кино. Или как чучело медведя гризли в музее — большой, страшный, пыльный и с обломанными желтоватыми зубами…