О том, что в Демянском бору, находящемся в одном из живописных урочищ Новгородской губернии, происходит какая-то бесовщина, что-то запредельное, еще в 1862 г. рассказал управляющий мыловаренных артелей Николай Прохорцев. «Сии дивные места по части рельефов местности схожие с огромным котлом, — писал он своему начальнику Алексею Юрскову, — природными, идеальными для парфюмерных нужд ароматами, разнообразными растениями и плодами обильны. Только приключается местами мистическое дельце, для людского пребывания непригодное. Развивается самочувствие преотвратительное, когда некое в неких обличьях чудится. Морок, словом.»
6 мин, 41 сек 7260
Что касается захоронения останков советских солдат, этим стала заниматься общественность. Сделали немало, но могли сделать еще больше, если бы не чертов нрав Демянского котла, похоже, на дух не переносившего пришлых и блокирующего их благие намерения. Сам Левченков, несомненно, человек смелый, в своем письме-исповеди расписывался в бессилии понять загадки этих мест.
«Костей незахороненных, выбеленных дождями и солнцем, множество, и в темноте они подчас светятся. Над осыпавшимися окопами, порушенными блиндажами туманы, конденсируясь, зримо выводят почти человеческие фигуры. Это можно бы назвать чисто природными курьезами, не будь ночных встреч с призраками, замечаемыми в болотистых низинах, там, где есть хорошо сохранившиеся трупы, наши и немецкие. С появлением призрака лично мною, при участии колхозников Николаева В. И, Троценко П. А, Милованова Л. А, наблюдалось самопроизвольное возгорание свежей растительности, самопроизвольно прекращающееся. В иные дни гнетущее настроение беспричинного страха так одолевало, что вынуждало искать для ночлега другое место. Верно говорится в народе: там, где человеческие останки, там все чуждо жизни. Кости павших бойцов необходимо придать земле. В Демянском бору скопилось очень много мертвой энергии. Вода в речке там мертвая, забирает силы. За бором она другая, живая, силы дает. Ученым нужно, забыв о гордыне, взять на себя разгадку тайны Демянского котла».
Но ученые как и прежде с гордостью отказываются признать подобную антинаучную «бесовщину» а Демянский котел по сей день исправно снимает кровавую жатву. Черные следопыты, зачастившие сюда за немецкими наградными знаками, солдатскими и офицерскими жетонами, вполне исправным оружием, которые можно выгодно продать, подрываются, потревожив проржавевшие боеприпасы. Даже на опытных«черных копателей» наводит мороки аномальная зона.
Со слов местных старожилов, «… приезжала тут молодежь, ни в Бога, ни в черта не верящая… Все награды и оружие немецкое искали. Так, сначала кто-то их товарища чуть не придушил на болоте, после в полночь кто-то повадился приходить к ним из бора, так они со страха не только из автомата палили, но и гранаты стали бросать. И в скором времени сбежали».
А вот что о тайнах Демянского бора говорит конструктор и художник, коллекционер и путешественник Юрий Николаев, который несколько лет ездил в те места сам, с друзьями и родственниками хоронить останки, ставить самодельные памятники:
«… Идя по болоту, я начал замечать, что на одном и том же участке меня преследует чей-то взгляд. Оглянешься — никого, отвернешься — снова кто-то спину буравит, чувствуешь взгляд на протяжении 200 метров, дальше все пропадает.»
Не хотел выглядеть смешным, и потому никому не говорил об этом, правда, старался обойти тот участок болота. А в 1989 году в лагерь прибежал мой племянник и сказал, что на болоте за ним кто-то следил: «Я никого поблизости не видел, но наша бесстрашная лайка так перепугалась, прижалась к моим ногам и начала жалобно повизгивать». Потом это же испытал сын. В общем, запретил я детворе ходить в одиночку.
… Отойдя несколько метров от лагеря, мы увидали в траве два пучка коротких серебристых нитей. Я взял в руки, нити были шелковистые и совсем невесомые.
«Выбрось, — сказал Юрий, — что ты берешь всякую гадость!» Но я продолжал рассматривать нити и старался понять, как они попали сюда: трава была несмятой. Затем мы подошли к болоту. Я сразу увидел хорошую винтовку, а Юрий нашел снаряд, который хотел увезти в Москву как сувенир. Мы сфотографировали друг друга с находками, и я посмотрел на часы — 12:06. Что произошло дальше, никто из нас не помнит.
Очнулись мы в зарослях камыша, высотой выше человеческого роста. Было уже 16:10.
Голова гудела и у того и у другого как с похмелья, хотя пили мы лишь чай.
Но вот что более всего странно, нигде не видно наших следов, камыш стоял стеной, и только пятачок, где мы находились, вытоптан.
Ни винтовки, ни снаряда у нас не было. Правда, фотоаппарат на шее у меня висел, а котелок к поясу Юры был привязан.
Старались вспомнить, как здесь оказались и где наши находки, но все напрасно. Чувствовали мы себя так, словно нас кто-то одурачил.
… Только мы пошли к бору, начала происходить какая-то чертовщина. Доходишь до определенной черты и далее не можешь сделать ни шагу: ноги наливаются свинцом, тело цепенеет, и, что самое омерзительное, накатывает такой ужас, от которого волосы встают дыбом, по всему телу испарина выступает. Посмотрел на Юру, с ним также что-то происходит неладное. Молча повернули обратно, спустились к реке, сразу отпустило, только дрожь в коленках«.»
«Костей незахороненных, выбеленных дождями и солнцем, множество, и в темноте они подчас светятся. Над осыпавшимися окопами, порушенными блиндажами туманы, конденсируясь, зримо выводят почти человеческие фигуры. Это можно бы назвать чисто природными курьезами, не будь ночных встреч с призраками, замечаемыми в болотистых низинах, там, где есть хорошо сохранившиеся трупы, наши и немецкие. С появлением призрака лично мною, при участии колхозников Николаева В. И, Троценко П. А, Милованова Л. А, наблюдалось самопроизвольное возгорание свежей растительности, самопроизвольно прекращающееся. В иные дни гнетущее настроение беспричинного страха так одолевало, что вынуждало искать для ночлега другое место. Верно говорится в народе: там, где человеческие останки, там все чуждо жизни. Кости павших бойцов необходимо придать земле. В Демянском бору скопилось очень много мертвой энергии. Вода в речке там мертвая, забирает силы. За бором она другая, живая, силы дает. Ученым нужно, забыв о гордыне, взять на себя разгадку тайны Демянского котла».
Но ученые как и прежде с гордостью отказываются признать подобную антинаучную «бесовщину» а Демянский котел по сей день исправно снимает кровавую жатву. Черные следопыты, зачастившие сюда за немецкими наградными знаками, солдатскими и офицерскими жетонами, вполне исправным оружием, которые можно выгодно продать, подрываются, потревожив проржавевшие боеприпасы. Даже на опытных«черных копателей» наводит мороки аномальная зона.
Со слов местных старожилов, «… приезжала тут молодежь, ни в Бога, ни в черта не верящая… Все награды и оружие немецкое искали. Так, сначала кто-то их товарища чуть не придушил на болоте, после в полночь кто-то повадился приходить к ним из бора, так они со страха не только из автомата палили, но и гранаты стали бросать. И в скором времени сбежали».
А вот что о тайнах Демянского бора говорит конструктор и художник, коллекционер и путешественник Юрий Николаев, который несколько лет ездил в те места сам, с друзьями и родственниками хоронить останки, ставить самодельные памятники:
«… Идя по болоту, я начал замечать, что на одном и том же участке меня преследует чей-то взгляд. Оглянешься — никого, отвернешься — снова кто-то спину буравит, чувствуешь взгляд на протяжении 200 метров, дальше все пропадает.»
Не хотел выглядеть смешным, и потому никому не говорил об этом, правда, старался обойти тот участок болота. А в 1989 году в лагерь прибежал мой племянник и сказал, что на болоте за ним кто-то следил: «Я никого поблизости не видел, но наша бесстрашная лайка так перепугалась, прижалась к моим ногам и начала жалобно повизгивать». Потом это же испытал сын. В общем, запретил я детворе ходить в одиночку.
… Отойдя несколько метров от лагеря, мы увидали в траве два пучка коротких серебристых нитей. Я взял в руки, нити были шелковистые и совсем невесомые.
«Выбрось, — сказал Юрий, — что ты берешь всякую гадость!» Но я продолжал рассматривать нити и старался понять, как они попали сюда: трава была несмятой. Затем мы подошли к болоту. Я сразу увидел хорошую винтовку, а Юрий нашел снаряд, который хотел увезти в Москву как сувенир. Мы сфотографировали друг друга с находками, и я посмотрел на часы — 12:06. Что произошло дальше, никто из нас не помнит.
Очнулись мы в зарослях камыша, высотой выше человеческого роста. Было уже 16:10.
Голова гудела и у того и у другого как с похмелья, хотя пили мы лишь чай.
Но вот что более всего странно, нигде не видно наших следов, камыш стоял стеной, и только пятачок, где мы находились, вытоптан.
Ни винтовки, ни снаряда у нас не было. Правда, фотоаппарат на шее у меня висел, а котелок к поясу Юры был привязан.
Старались вспомнить, как здесь оказались и где наши находки, но все напрасно. Чувствовали мы себя так, словно нас кто-то одурачил.
… Только мы пошли к бору, начала происходить какая-то чертовщина. Доходишь до определенной черты и далее не можешь сделать ни шагу: ноги наливаются свинцом, тело цепенеет, и, что самое омерзительное, накатывает такой ужас, от которого волосы встают дыбом, по всему телу испарина выступает. Посмотрел на Юру, с ним также что-то происходит неладное. Молча повернули обратно, спустились к реке, сразу отпустило, только дрожь в коленках«.»
Страница 2 из 2
