Совсем скоро я стану «мужиком», так говорит отец. Мне семнадцать, но взрослеть желания нет. Мечтаю остановить время и остаться Питером Пэном — мальчиком, который попадает в приключения и не знает взрослых бед. Скоро наступит 2010-ый год. Я и не заметил, как близко подкралось 31-ое декабря. Папа у телевизора, мама нарезает морковку для салата.
7 мин, 48 сек 471
В помещении царил творческий беспорядок: невиданные ранее красные тапочки стояли у кровати, со шторы свисала гирлянда, на спинке стула висела футболка с непонятной надписью «Do you listen to Girl in red?», парочка белых листов с рисунками лежали на столе. Красный ковер, который лежал на полу, исчез.
За окном темно, реальность искажалась. За моим столом сидела девушка и что-то клацала на плоском компьютере. Рядом лежал нелепо плоский телефон. Она куталась в шерстяной плед, смахивала нежно-розовые блестящие пряди с лица и смотрела в монитор.
— Что происходит?
Говорю я сам себе.
Она оборачивается. Мы встречаемся взглядом. Кричим в унисон. Чувствую, как теряю сознание.
— Олег, хватит за компьютером сидеть, помоги матери!
Эх, мама, мне бы себе помочь. Перед глазами снова флеш-игры. Снова поручение мамы, снова слезы, но в этот раз не от лука.
Когда наступил вечер, я отпросился прогуляться к местной ёлке. Отчасти я не соврал. Прибежал в лес, где темно-зеленые ели, щедро украшенные выпавшим снегом, укрывали меня от происходящего ада. В детстве я думал, что ёлки посыпаны сахарной пудрой, даже пробовал снег и кусал сосульки, в надежде почувствовать приятный сладкий вкус.
Ноги несли меня туда, не знаю куда. Я шёл вперёд бесцельно. Пусть на меня нападёт медведь или лесоруб, только бы не очнуться перед монитором с дурацкими играми.
Свой Nokia N79 не взял. Еду тоже. Когда стало совсем темно, я всё равно продолжил путь в никуда. Когда вышел к какой-то незнакомой деревне, от усталости ноги подкосились, я грохнулся в сугроб.
Мои щеки резко обожгло холодом, хвойный запах и свежесть пронеслись мимо с порывом ветра, осыпав куртку снежной крупой, а через несколько секунд со стороны послышалось:
— Один… два… три…
Нет. Только не это!
«Пожалуйста, пусть это закончится» — подумал я и закрыл глаза.
Пожалуйста, пусть это закончится.
Пожалуйста!
Гул в ушах.
Открываю глаза и вижу розоволосую девушку в компании двух подруг и одного парня. С парнем они внешне очень похожи. Двойняшки. Ребята зажгли бенгальские огни, кричали «С Новым годом», смеялись. Я заметил, что у розововласки волосы стали длиннее. Время идёт, а я остановился.
Я умер.
Пора это признать.
И моя комната, как и моя жизнь, больше мне не принадлежат.
— И вас с праздником.
Сказал я, но меня никто не заметил. Лишь темнота окутала меня с ног до головы, и я провалился в некую пародию сна.
Когда в очередной раз проснулся у компьютера, страшно уже не было. Я вспомнил свою смерть.
Мне было очень плохо. Друзей нет, девушки тоже, ещё и с мелким незнакомым пацаном нянчиться заставляют. Недовольный я вышел покурить на балкон, пока родители и гости заняты алкоголем и «Голубым огоньком». Малой пошёл за мной и начал привлекать внимание, потому что чувствовал себя так же одиноко, как и я.
Когда малец потянул меня за домашний свитер с оленями, я грубо оттолкнул его, неудачно оперся об перила и упал с балкона.
Такая нелепая смерть, да ещё и под бой курантов.
— Олег, хватит за компьютером сидеть, помоги матери!
Я иду на кухню и легонько обнимаю маму. Она смотрит на меня с удивлением.
— Сынок, ты не заболел?
Я улыбаюсь, отстраняюсь и помогаю резать лук. Мама заводит разговор о гостях. Я отвечаю, что буду рад провести время в хорошей компании, а после иду читать «Питера Пэна». Во время чтения понимаю, что моё желание остаться вечным подростком сбылось. После чтения общаюсь с бабулей и дедулей. Интересно, живы ли они там, вне лимба?
До десяти вечера переписывался с людьми на беоне. Списался с городскими ребятами, с которыми дружил до переезда в пгт. Сколько им сейчас лет? Хочется попросить написать о будущем, которое для меня не настанет.
В десять вечера пришла соседка с сыном. Я пригласил мальчика поиграть со мной в GTA. Как оказалось, шкет уже вполне смышлёный тринадцатилетний подросток. Его тоже не жалуют в школе, поэтому он надеялся найти во мне друга. Мы говорили про игры, книги, друзей, школу. Я и не заметил, что до Нового года осталось пять минут.
— Я выйду на балкон, а ты сходи и принеси нам оливье, хорошо?
— Ок!
Шкет убегает, а я иду на балкон и смотрю на заснеженный двор.
— Раз… два… три…
Становлюсь на перила.
— Четыре… пять… шесть…
Делаю шаг, ожидая падения…
Взлетаю.
Парю куда-то ввысь, словно Питер Пэн или Девочка со спичками. Впервые чувствую такую лёгкость в теле и душе… непередаваемые ощущения. Мельком смотрю в окно своей бывшей комнаты.
У розововласки теперь бирюзовые волосы, словно у Мальвины. Она берёт за талию девушку с короткими черными волосами. Они танцуют медленный танец под «I'll Be Home For Christmas». Её брат рассказывает что-то смешное компании из четырех человек. Я чувствую теплую дружескую атмосферу, чувствую принятие и радость. У них всё хорошо. У меня тоже. Я мысленно желаю ребятам счастливого Нового года и чувствую, как сквозь меня проходит приятное тепло.
Я закрываю глаза и понимаю, что я дома.
За окном темно, реальность искажалась. За моим столом сидела девушка и что-то клацала на плоском компьютере. Рядом лежал нелепо плоский телефон. Она куталась в шерстяной плед, смахивала нежно-розовые блестящие пряди с лица и смотрела в монитор.
— Что происходит?
Говорю я сам себе.
Она оборачивается. Мы встречаемся взглядом. Кричим в унисон. Чувствую, как теряю сознание.
— Олег, хватит за компьютером сидеть, помоги матери!
Эх, мама, мне бы себе помочь. Перед глазами снова флеш-игры. Снова поручение мамы, снова слезы, но в этот раз не от лука.
Когда наступил вечер, я отпросился прогуляться к местной ёлке. Отчасти я не соврал. Прибежал в лес, где темно-зеленые ели, щедро украшенные выпавшим снегом, укрывали меня от происходящего ада. В детстве я думал, что ёлки посыпаны сахарной пудрой, даже пробовал снег и кусал сосульки, в надежде почувствовать приятный сладкий вкус.
Ноги несли меня туда, не знаю куда. Я шёл вперёд бесцельно. Пусть на меня нападёт медведь или лесоруб, только бы не очнуться перед монитором с дурацкими играми.
Свой Nokia N79 не взял. Еду тоже. Когда стало совсем темно, я всё равно продолжил путь в никуда. Когда вышел к какой-то незнакомой деревне, от усталости ноги подкосились, я грохнулся в сугроб.
Мои щеки резко обожгло холодом, хвойный запах и свежесть пронеслись мимо с порывом ветра, осыпав куртку снежной крупой, а через несколько секунд со стороны послышалось:
— Один… два… три…
Нет. Только не это!
«Пожалуйста, пусть это закончится» — подумал я и закрыл глаза.
Пожалуйста, пусть это закончится.
Пожалуйста!
Гул в ушах.
Открываю глаза и вижу розоволосую девушку в компании двух подруг и одного парня. С парнем они внешне очень похожи. Двойняшки. Ребята зажгли бенгальские огни, кричали «С Новым годом», смеялись. Я заметил, что у розововласки волосы стали длиннее. Время идёт, а я остановился.
Я умер.
Пора это признать.
И моя комната, как и моя жизнь, больше мне не принадлежат.
— И вас с праздником.
Сказал я, но меня никто не заметил. Лишь темнота окутала меня с ног до головы, и я провалился в некую пародию сна.
Когда в очередной раз проснулся у компьютера, страшно уже не было. Я вспомнил свою смерть.
Мне было очень плохо. Друзей нет, девушки тоже, ещё и с мелким незнакомым пацаном нянчиться заставляют. Недовольный я вышел покурить на балкон, пока родители и гости заняты алкоголем и «Голубым огоньком». Малой пошёл за мной и начал привлекать внимание, потому что чувствовал себя так же одиноко, как и я.
Когда малец потянул меня за домашний свитер с оленями, я грубо оттолкнул его, неудачно оперся об перила и упал с балкона.
Такая нелепая смерть, да ещё и под бой курантов.
— Олег, хватит за компьютером сидеть, помоги матери!
Я иду на кухню и легонько обнимаю маму. Она смотрит на меня с удивлением.
— Сынок, ты не заболел?
Я улыбаюсь, отстраняюсь и помогаю резать лук. Мама заводит разговор о гостях. Я отвечаю, что буду рад провести время в хорошей компании, а после иду читать «Питера Пэна». Во время чтения понимаю, что моё желание остаться вечным подростком сбылось. После чтения общаюсь с бабулей и дедулей. Интересно, живы ли они там, вне лимба?
До десяти вечера переписывался с людьми на беоне. Списался с городскими ребятами, с которыми дружил до переезда в пгт. Сколько им сейчас лет? Хочется попросить написать о будущем, которое для меня не настанет.
В десять вечера пришла соседка с сыном. Я пригласил мальчика поиграть со мной в GTA. Как оказалось, шкет уже вполне смышлёный тринадцатилетний подросток. Его тоже не жалуют в школе, поэтому он надеялся найти во мне друга. Мы говорили про игры, книги, друзей, школу. Я и не заметил, что до Нового года осталось пять минут.
— Я выйду на балкон, а ты сходи и принеси нам оливье, хорошо?
— Ок!
Шкет убегает, а я иду на балкон и смотрю на заснеженный двор.
— Раз… два… три…
Становлюсь на перила.
— Четыре… пять… шесть…
Делаю шаг, ожидая падения…
Взлетаю.
Парю куда-то ввысь, словно Питер Пэн или Девочка со спичками. Впервые чувствую такую лёгкость в теле и душе… непередаваемые ощущения. Мельком смотрю в окно своей бывшей комнаты.
У розововласки теперь бирюзовые волосы, словно у Мальвины. Она берёт за талию девушку с короткими черными волосами. Они танцуют медленный танец под «I'll Be Home For Christmas». Её брат рассказывает что-то смешное компании из четырех человек. Я чувствую теплую дружескую атмосферу, чувствую принятие и радость. У них всё хорошо. У меня тоже. Я мысленно желаю ребятам счастливого Нового года и чувствую, как сквозь меня проходит приятное тепло.
Я закрываю глаза и понимаю, что я дома.
Страница 2 из 2
