Есть у меня подружка. Её Ира зовут. Девчонка, как девчонка — металистка, горы любит, книги.
1 мин, 42 сек 1266
Только странность её в том, что говорит она не как все. То про людей говорит так, будто она к ним не относиться, то про энергии различные, то про то, что в лесу полно «местных жителей». Как-то раз я её к себе домой пригласила. Просто чай попить. Она разулась, а сама оглядывается и прежде чем зайти в комнату с порога её осматривает. Я забила, мол: «Кто тебя знает… Ну и ладно… У каждого свои странности». В зал она почему-то отказалась заходить, а выбрала мою комнату, чтобы посидеть. Комната у меня не очень — маленькая, тёмная, только окно большое.
Сидим. Тут она говорит:
— А у тебя тут кроме вас никто ну… не живёт? — и смотрит так смущённо, словно что-то неприлиное спрашивает.
— Да нет.
— Ты уверена?
— А что, ты опять что-то видела? — я уже с интересом говорю.
— А ты сама посмотри… В зале… Только я не пойду.
Я спрашиваю:
— Почему?
— Ну я это… — она замялась — Не могу я… Только я тебе покажу, куда смотреть нужно.
Я:
— Ну хорошо, пошли.
Мы подошли к залу. Она сказала мне закрыть окна и оставить только щёлку, чтобы не так темно было и можно было что-то увидеть.
Я так и сделала. Потом она сказала мне отойти от неё на полметра и встать в углу комнаты. Говорит:
— А теперь смотри в центр комнаты и только боковым зрением глянь левее. Только прямо туда не смотри, а то не заметишь.
Я так и сделала.
Смотрю, что-то мелькает непонятное. Потом она говорит:
— А теперь смотри на щёлку в шторах.
Я так и сделала. Тут вижу, что-то вроде ската пролетает на фоне того света, что пробивается. Я в шоке была. А она улыбается, говорит:
— Они — дело обычное. Не бойся, не навредят. Только электробриборы без присмотра не оставляй.
Я такая:
— А ты чего не заходишь?
— Я боюсь…
— Чего? Этих что тут летают?
— Да нет, зеркал.
— А чего? — спросила я.
— Слушай, давай потом как-то, ладно? У меня там чай остывает.
Пока для меня это осталось тайной, но я надеюсь, что я это узнаю. После того дня я верю во всё, что говорит мне Ира.
Сидим. Тут она говорит:
— А у тебя тут кроме вас никто ну… не живёт? — и смотрит так смущённо, словно что-то неприлиное спрашивает.
— Да нет.
— Ты уверена?
— А что, ты опять что-то видела? — я уже с интересом говорю.
— А ты сама посмотри… В зале… Только я не пойду.
Я спрашиваю:
— Почему?
— Ну я это… — она замялась — Не могу я… Только я тебе покажу, куда смотреть нужно.
Я:
— Ну хорошо, пошли.
Мы подошли к залу. Она сказала мне закрыть окна и оставить только щёлку, чтобы не так темно было и можно было что-то увидеть.
Я так и сделала. Потом она сказала мне отойти от неё на полметра и встать в углу комнаты. Говорит:
— А теперь смотри в центр комнаты и только боковым зрением глянь левее. Только прямо туда не смотри, а то не заметишь.
Я так и сделала.
Смотрю, что-то мелькает непонятное. Потом она говорит:
— А теперь смотри на щёлку в шторах.
Я так и сделала. Тут вижу, что-то вроде ската пролетает на фоне того света, что пробивается. Я в шоке была. А она улыбается, говорит:
— Они — дело обычное. Не бойся, не навредят. Только электробриборы без присмотра не оставляй.
Я такая:
— А ты чего не заходишь?
— Я боюсь…
— Чего? Этих что тут летают?
— Да нет, зеркал.
— А чего? — спросила я.
— Слушай, давай потом как-то, ладно? У меня там чай остывает.
Пока для меня это осталось тайной, но я надеюсь, что я это узнаю. После того дня я верю во всё, что говорит мне Ира.