День первый. Сегодня отплыли из порта. Твой друг — Капитан — довольно неординарная личность. Только вчера я приехал в город и не успел толком объяснить ему, куда и зачем ты меня отправил, как он тут же дал свое согласие, и сегодня мы покинули город. Кстати, на письмо он даже не взглянул. По крайней мере, при мне.
10 мин, 6 сек 16286
Все еще движемся тем же курсом. Теперь у меня нет сомнений в том, что на север мы не поплывем, остается лишь найти способ удрать с этого корабля. Пока что моя единственная надежда — броситься в море. Но это однозначная смерть. Только это и удерживает меня на корабле.
Полоса тумана стала ближе, несмотря на то, что ветер ослаб с самого утра и точно не может подгонять ни нас к нему, ни его к нам. Ближе к вечеру мы попали в штиль. Паруса обвисли грязными тряпками, и на весь корабль словно обрушилась апатия. И тишина. Ненавижу тишину. Привыкший к шуму города, я порой произношу пару слов вслух, чтобы удостовериться в том, что до сих пор могу и говорить и слышать, хотя вокруг все еще присутствуют звуки и самого корабля, и окружающих людей.
Новые травы, что ты прислал, помогли. Я чудно выспался без сновидений; днем, правда, — теперь не знаю, что буду делать ночью. Видимо, наблюдать за туманом и пытаться не сойти с ума.
Похоже, что ночью я все же сумел заснуть. А может быть, это было остаточным явлением тех трав, что я пил днем.
Туман подходил все ближе. И в обед мы вошли в полосу тумана, словно нырнули в серую сумрачную вату. Не знаю, что написать. Корабль словно вымер. Никого не видно и не слышно.
Позже… Бежать с корабля поздно. Это последнее мое послание. В тумане слабеет магия, я это чувствую потому, что уже даже зажечь огонек становится тяжело, а этот трюк я освоил в еще совсем юном возрасте. На него энергии хватало даже после полного опустошения резервов. Не уверен даже в том, что получится отправить это послание, — линии маленького портала блекнут.
Когда я стоял на носу корабля пару минут назад, пытаясь рассмотреть хоть малейший проблеск света в сплошной серой пелене, я увидел обломок мачты, торчащий из воды. Сомнения быть не может. Мы плывем к кладбищу кораблей. И хорошо бы смерть была быстрой.
Старый маг дочитал последнее послание от своего ученика и посмотрел на спину своего старинного друга, который стоял у окна, рассматривая что-то за стеклом с того самого момента, как маг вошел в комнату.
— Это все?
— Это все. Больше от него ничего не приходило. Я пытался дотянуться до его маленького портала через свой, но отклика не последовало. Он или больше не существовал, или… Маг не договорил. Все и так было понятно. Связи с учеником не было. А учитывая характер посланий, вряд ли тот сумел удрать от учителя и сочинил все это лишь для того, чтобы тот его не искал.
— А амулет?
— Амулет тоже не отзывается. Я спросил местных магов. Он прибывал в город. И садился на корабль. На твой корабль.
— Этого не может быть, — глухо отозвался старый капитан.
— Его видели в городе… — Повторил маг, но договорить не успел. Старый капитан развернулся к нему, и маг не мог не видеть, что повязка закрывала оба глаза моряка.
— Этого не может быть. Я окончательно ослеп два месяца назад и лишь два дня как вернулся в город от целителя, который сказал, что это необратимая потеря. А мой корабль с грузом уже месяц как у южных берегов.
Полоса тумана стала ближе, несмотря на то, что ветер ослаб с самого утра и точно не может подгонять ни нас к нему, ни его к нам. Ближе к вечеру мы попали в штиль. Паруса обвисли грязными тряпками, и на весь корабль словно обрушилась апатия. И тишина. Ненавижу тишину. Привыкший к шуму города, я порой произношу пару слов вслух, чтобы удостовериться в том, что до сих пор могу и говорить и слышать, хотя вокруг все еще присутствуют звуки и самого корабля, и окружающих людей.
Новые травы, что ты прислал, помогли. Я чудно выспался без сновидений; днем, правда, — теперь не знаю, что буду делать ночью. Видимо, наблюдать за туманом и пытаться не сойти с ума.
Похоже, что ночью я все же сумел заснуть. А может быть, это было остаточным явлением тех трав, что я пил днем.
Туман подходил все ближе. И в обед мы вошли в полосу тумана, словно нырнули в серую сумрачную вату. Не знаю, что написать. Корабль словно вымер. Никого не видно и не слышно.
Позже… Бежать с корабля поздно. Это последнее мое послание. В тумане слабеет магия, я это чувствую потому, что уже даже зажечь огонек становится тяжело, а этот трюк я освоил в еще совсем юном возрасте. На него энергии хватало даже после полного опустошения резервов. Не уверен даже в том, что получится отправить это послание, — линии маленького портала блекнут.
Когда я стоял на носу корабля пару минут назад, пытаясь рассмотреть хоть малейший проблеск света в сплошной серой пелене, я увидел обломок мачты, торчащий из воды. Сомнения быть не может. Мы плывем к кладбищу кораблей. И хорошо бы смерть была быстрой.
Старый маг дочитал последнее послание от своего ученика и посмотрел на спину своего старинного друга, который стоял у окна, рассматривая что-то за стеклом с того самого момента, как маг вошел в комнату.
— Это все?
— Это все. Больше от него ничего не приходило. Я пытался дотянуться до его маленького портала через свой, но отклика не последовало. Он или больше не существовал, или… Маг не договорил. Все и так было понятно. Связи с учеником не было. А учитывая характер посланий, вряд ли тот сумел удрать от учителя и сочинил все это лишь для того, чтобы тот его не искал.
— А амулет?
— Амулет тоже не отзывается. Я спросил местных магов. Он прибывал в город. И садился на корабль. На твой корабль.
— Этого не может быть, — глухо отозвался старый капитан.
— Его видели в городе… — Повторил маг, но договорить не успел. Старый капитан развернулся к нему, и маг не мог не видеть, что повязка закрывала оба глаза моряка.
— Этого не может быть. Я окончательно ослеп два месяца назад и лишь два дня как вернулся в город от целителя, который сказал, что это необратимая потеря. А мой корабль с грузом уже месяц как у южных берегов.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 3 из 3
