Фанфик по роману Андрея Круза «Эпоха мертвых». Незначительная правка в соответствии с замечаниями френдов и читателей. Закончен второй день зомби-БП в славном сибирском городе Омске. Версия от 25 сентября. Мнение автора оригинального мира «Эпохи мертвых» Андрея Круза: Очень, очень хорошо. Этот текст не состоялся бы без помощи Антона Перунова, историка, фантазера, спорщика, знатока многих знаний, непоседы и просто хорошего человека.
— Сом?
Лысый командир кивнул и придал мне ускорения ласковым пенделем. Мы вошли в гараж со двора. Я тихонько встал в уголок, чтобы не отсвечивать. Похититель ружья решил до кучи стать угонщиком. Распахнул ворота и сел за руль «Шевроле Нива». Именно на ней я планировал в компании с живым Семенычем уже вовсю колесить по оружейным и продуктовым. А оно вон как все повернулось. Я знал, зачем мы идем в гараж и сразу, как выехала машина, без напоминаний полез в смотровую яму.
Старый доверял мне в пределах разумного, да и, не смотря на порченное компьютером зрение, я отнюдь не страдал близорукостью. Без лишних прелюдий потянул на себя и приподнял под хитрым углом сварную лесенку, затем, надрываясь от усилия, вытащил ее из ямы. Откинул назад по дну ямы крышку из листового железа, с наклеенным на нее слоем цементной пыли. Все примитивно и сделано из подручных материалов. В расчете, что никто не станет искать. И открывать будет явно не один колченогий Семеныч.
Лысый хмыкнул, но пистолет в кобуру или там за пояс не убрал. А помогать кто будет?
Открылась ниша, заложенная кирпичной кладкой на сухую. Я вытащил верхний ряд кирпичей и тут мое сознание пронзила догадка. Чуть не подпрыгнул, что весьма опасно, учитывая рефлексы стоящего надо мной «диверсанта».
— Второму менту башку прострелили? — вопрос получился весьма эмоциональным и лысый вновь навел на меня пистолет с глушителем. Кажись «Стечкин». Точно я не разглядел, глушак вновь сосредоточил все мое внимание на себе.
— Че вякнул, повтори?
Я повторил. Выдал версию Семеныча и еще один короткий доклад на основе телефонного разговора со Стасом.
Лысый хмыкнул еще раз. Уж не знаю в честь моей осведомленности. Но насчет возможного воскрешения мента он не переживал. А у кавказца пистолета я не видел!
— И это ты знаешь? Чего делать с тобой, щегол?
— С собой возьмите. Я пригожусь. Я уже запасся провиантом!
— Вижу, бля. — «диверсант» со смешком указал глушителем на мое белое брюхо, выскочившее из под разошедшейся рубахи. И не заметил, как пуговицу потерял. Да, есть четыре, ладно-ладно, ну пять лишних кило на пузе. Хреновая идея к этим непонятным полувоякам-полубандитам напроситься. Им и без меня нарядно.
— В N-ске тогда я был. — Очень хотелось говорить как можно тверже, но не совсем получалось. — Не признали?
— Прэзналы. Ты шлагбаум на пэрэезди снес. — встрял кавказец. — На бэрыгу абассалса, думал зарэжым. Джыгыт.
Вот ведь скот неблагодарный, а! Три кирки ему в рваный бок с русской горчицей вместо смазки.
Сосед приволок труп молодого мента. Мужика тоже припахали — снимать с убитых «броники» и пистолеты. И таскать тела в гараж.
— Быстрее давай. Лясы потом будешь точить, солобон. — Может, в тот момент он окончательно решил оставить нас в живых. И пистолет убрал не потому, что пришла пора получать автомат.
Напрягшись до треска связок, вытянул из ниши длинный деревянный ящик явно армейского происхождения. Поставил на попа и вовремя подошедший кавказец с заметным усилием вытянул его из ямы за ручки. За первым последовал второй. Стар я для такой физкультуры, надо бы отдышаться.
Я знал, о существовании тайника. Знал, что в нем два больших деревянных ящика, но что в них едва догадывался. Не «золото партии» в гараже у Семеныча хранилось, в этом я был уверен на сто десять процентов. Угонщик в маске и кавказец синхронно щелкнули замками. Из одного ящика на свет появились три свертка с автоматами Калашникова и один с РПК, стопка разгрузочных жилетов, подсумки с магазинами и пакет с таким же пистолетом, как у«диверсанта». Естественно, со всякими атрибутами вроде кобуры и запасных магазинов. Патроны к нему тоже имелись в наличии. Во втором ящике оказались цинки с патронами и ручные гранаты двух видов, любовно завернутые в промасленные газетки как абхазские мандарины. И еще чехол со здоровенным прицелом. Зачем оптику хранить отдельно от винтовки? Чудно как-то.
Третий пришелец, так и не снявший маску, протер ветошью все четыре ствола и выложил их на металлический стол с верстаком. Его широкая спина с висящей на ней «сайгой» заслонила мне все прочие манипуляции с автоматами.