Долгий рассвет

Они опять помолчали, Мевир трогал тёплый бок вертолёта и щурился на солнце.

― Вообще должен бы, ― задумчиво сказал он. ― Но мне с тобой было хорошо, пусть это ты сам приказывал. Так что нет, не ненавижу и не буду, если тебе от этого легче. А сейчас давай-ка ты отсюда, я пока посмотрю, совсем ты машину угробил или нет. Не потому что ты велишь работать, а потому что я хочу посмотреть. Пока ходишь, подумай над разницей. Ладно?

― Ладно, ― сказал Ву-Инн и ушёл. Мевир даже не стал гадать, куда именно. Либо в лазарет, либо к Вас-Лану.

Он открыл боковую панель, всмотрелся в двигатель, но через минуту захлопнул её.

Эйгард ненавидел, Эйгарду было больно и тошно, почему же с Мевиром не так? С кем не всё в порядке ― с Эйгардом, который пытается пережить свои страдания или с Мевиром, у которого их, кажется, вовсе нет?

Совещание вышло странным хотя бы потому, что на председательском месте за столом сидел рыжий лис с изящной короной на голове. Преисполненный чувства собственного достоинства, Тонконюх приветствовал представленных ему и по-свойски поздоровался с Урфином, который как раз прибыл из своей усадьбы. Все были в сборе, вовремя вернулся штурман, Ис-Кела снова заменил Эш и приготовил чистые листы для протокола.

― Никаких протоколов, ― распорядился Баан-Ну. ― Как мы это потом будем объяснять?

Эш согласился и покинул собрание.

― Наше совещание секретно? ― осведомился король и взмахом лапы отпустил свою пушистую свиту. ― В таком случае дарами мы обменяемся позже.

Лон-Гор проследил за его жестом взглядом человека, который старается уже ничему не удивляться.

― Следовало бы устроить совещание с участием всех правителей, но, думаю, это тоже можно сделать немного погодя, ― заявил король. Он стоял в кресле на задних лапках, передней опираясь о стол.

― Говорите, ваше лисичество, ― попросил генерал. ― Вы, наверное, прибыли в Ранавир не просто так?

― Разумеется, ― ответил Тонконюх. ― Я прибыл с официальным визитом, чтобы поблагодарить вас за спасение Волшебной страны. Едва моё сознание прояснилось после наложенного на нас тёмного колдовства, я бросился узнавать последние новости, а птицы только и трещали о том, что вы нас всех спасли.

― Не только я, ― скромно признался генерал. ― Мы все принимали в этом участие.

― Также я прибыл лично принести вам извинения от лица моего народа, ― продолжал Тонконюх. ― Вы спасли нас, генерал, получив за это прозвание Сокрушитель Скал, и все лисы обязаны вам если не жизнью, так уж сохранностью Лисограда, но мы отплатили вам чёрной неблагодарностью, напав на вас и Энни. Перед феей Энни мы также ужасно виноваты. Ведь когда-то и она меня спасла. Моей тётке так стыдно, что она надела траур и удалилась из города, что, признаюсь, к лучшему, ― сказал король. ― Мне уже сказали, что с феей Энни мы разминулись…

Баан-Ну подумал, что называть Энни феей на самом деле правильно. Ведь после того, как она растворилась в воздухе, кто она, если не волшебница, равная Стелле?

― Но к чему такая секретность, ваше лисичество? ― спросил Кау-Рук. Вот уж кто держался невозмутимо, только в глазах прыгали смешинки. ― Вы секретно благодарите нас и приносите извинения?

Лис поднял лапу, прерывая его.

― Я уверен в генерале Баан-Ну, я уверен в тех, кому доверяет он, ― сказал Тонконюх. ― Но я примерно представляю, что творится внутри ваших двух стай, и не хотел бы рисковать. Я правильно понимаю, что в лагере хаос? На первый взгляд непохоже, но…

― Вы мудрый политик, ваше лисичество, ― признал Баан-Ну. ― Всё не так уж и гладко.

― Куда уж тут гладко! ― рубанул Урфин. ― Одни друг от друга шарахаются, другие злятся, кто в лес убежал, кто в лазарете, кто едва себя не порешил!

―Дело серьёзное, ― признал Тонконюх. ― Но почему я не вижу здесь второго вожака? Ты забыл мои слова? ― И он с грозным видом развернулся к генералу.

― Ильсор болен, ― выручил Лон-Гор. ― Он сильно избит, и ему мучительно любое напоминание о произошедшем, так что я пока никого к нему не пускаю, он должен отлежаться.

― И об этом знает вся его стая? ― уточнил Тонконюх.

― И о том, что быть главным среди своих он больше не хочет, ― подтвердил Лон-Гор, и король закрыл лапами уши.

― Какой ужас! ― воскликнул он. ― Вожак при всей стае переворачивается кверху брюхом! А если кто-то захочет на его место?

― Все отказались, ― успокоил Тонконюха Лон-Гор. ― Ваше лисичество, у нас всё несколько не так, как у вас. Арзаки считают Ильсора лучшим вождём и готовы поддержать.

― Ну, если они искренне зализывают ему раны, то это другое дело, ― признал Тонконюх. ― Однако ситуация меня всё равно беспокоит. Вы уверены, что члены одной стаи не накинутся на членов другой?

Повисло молчание.

― Пусть попробуют, ― сказал Мон-Со.

― Лучше предотвратить, чем разгребать последствия, ― заметил Тонконюх. ― Когда моя тётка плела интриги со своим зятем… впрочем, это не относится к делу.