Быть строителем атомных подводных лодок хорошо во всех смыслах. Работа эта почётная, нужная обществу, интересная и притом хорошо оплачиваемая. Инженер Джеймс Шарп в начале 1979 г. получил работу на судоверфи «Electric Boat» в городе Гротон, штат Коннектикут, где принял непосредственное участие в строительстве новейших американских ракетоносцев класса«Огайо», и мог бы считать свою жизнь вполне сложившейся, если бы не семейные проблемы.
458 мин, 23 сек 13488
Буквально через несколько дней после преступления в «Кедди резёт», ещё до похорон погибших, в службу шерифов позвонил аноним, и сообщил, что Митчелл Стерлинг распродаёт вещи Дэйна Уингейта. Митчелл «Кейт» Стерлинг (Mitchell Sterling«Keith») был одногодкой Дэйна, числился таким же «проблемным» подростком и жил в одной с ним семье попечителей. Детективы уже осматривали вещи жертв, включая и личные вещи Уингейта, ничего, вроде бы, интересного в них не нашли, однако предупредили попечителей о необходимости сохранения в неприкосновенности этих вещей вплоть до особого решения властей. Явившись в дом Дориса повторно и ещё раз осмотрев личные вещи Дэйна Уингейта, детективы установили факт пропажи почти новых зимних ботинок из рыжей замши. Последовал«разбор полётов», по результатам которого стало ясно, что ботинки пропали по вине Митчелла, говоря иначе, тот их попросту «стырил» из запертого шакафа и… продал. Цинизм молодого человека поразил всех, кто узнал об этой истории. Вместе с тем, случившееся привлекло внимание к персоне юного придурка.
Стерлинга официально допросили и тот признал, что никогда не любил Дэйна Уингейта, не переносил его на дух и вообще презирал. Короче, юноши не ладили. Не особенно стесняясь в выражениях, молодой человек наговорил немало гадостей о погибшем и это поведение резко контрастировало с тем, как себя вели в те дни жители Квинси — даже те, кто имел все основания не любить Дэйна, демонстрировали такт и выражали свои чувства весьма сдержанно. Однако Митчелл Стерлинг был не настолько хорошо воспитан. Его откровенное злорадство в адрес сверстника, погибшего ужасной смертью, насторожило детективов и заставило посмотреть на «Кейта» как на кандидата в подозреваемые. Молодой человек, видимо, не предполагал, что его сентенции в адрес Дэйна Уингейта вызовут такую реакцию и потому, когда его начали профессионально«колоть» попросту растерялся. Доказывая свою невиновность, Митчелл Стерлинг брякнул, что имеет alibi на ночь с 11 на 12 апреля, поскольку работал тогда в круглосуточной пиццерии«Раунд тэйбл» («Round table»). В протоколе допроса была особо отмечена его нервозность. Такие пометки обычно не делаются, поскольку волнение допрашиваемого явление нередкое и в каком-то смысле ожидаемое, но Стерлинг, видимо, совсем уж затрясся, если детективы посчитали нужным это отметить.
Дальше стало ещё интереснее. Отправившись в пиццерию, детективы поговорили с менеджером и выяснилось, что юноша наврал насчёт своего alibi. Он работал в дневную смену и ночью к работе не привлекался. Понятно, что узнав такое, следователи вернулись к молодому балбесу, надели на него наручники и официально заявили о том, что он счиатется подозреваемым. В этом был определённый расчёт взять юношу «на понт», всерьёз, конечно, никто не верил в то, что убийца, совершивший такое сложное убийство, столь опрометчиво допустит грубую ошибку и окажется до такой степени неосторожен. Стерлинг потому и вёл себя настолько глупо, что совершенно не представлял возможные последствия собственных слов и поступков.
В общем, как без труда поймёт проницательный читатель, линия по обвинению Митчелла «Кейта» Стерлинга никуда не вела. Расплакавшись на допросе, тот признал своё враньё относительно alibi, рассказал совсем другую историю о своих ночных похождениях (ничего криминального в них не было) и честно признался, что узнав об убийстве Дэйна Уингейта решил на этом подзаработать — продать единственно ценную вещь, которая имелась у последнего — его новые зимние ботинки. Не зная, что детективы уже побывали в доме опекунов, переписали имущество Дэйна и разложили его по мешкам, он без лишних затей перерыл содержимое шкафа, отыскал ботинки и… продал их. А куда их девать, правда? Не отцу же Дэйна возвращать?!
Нельзя не признать, что Митчелл Стерлинг по праву украшает галерею моральных уродов, в большом количестве выявленных в ходе расследования убийства в доме №28, но никакого реального отношения к происшедшей трагедии этот человек не имеет. Он довольно долго (несколько лет) оставался на заметке местной службы шерифа и ФРБ, за ним присматривали, ожидая каких-то «проколов», подтверждающих причастность к массовому убийству, но в конечном итоге стало ясно, что этот человек ничего о преступлении не знает и непричастен к нему совершенно.
Теперь, пожалуй, сам самое время отыграть немного назад и вспомнить о том, что в распоряжении следствия имелся ценный свидетель — 12-летний Джастин Исон — и рассмотреть развитие событий, связанных с его дальнейшей судьбой. Это весьма немаловажно, поскольку Джастин отнюдь не исчезает из нашего повествования — нам ещё придётся много и подробно разбирать его показания и пытаться дать им какую-то вразумительную оценку.
Стерлинга официально допросили и тот признал, что никогда не любил Дэйна Уингейта, не переносил его на дух и вообще презирал. Короче, юноши не ладили. Не особенно стесняясь в выражениях, молодой человек наговорил немало гадостей о погибшем и это поведение резко контрастировало с тем, как себя вели в те дни жители Квинси — даже те, кто имел все основания не любить Дэйна, демонстрировали такт и выражали свои чувства весьма сдержанно. Однако Митчелл Стерлинг был не настолько хорошо воспитан. Его откровенное злорадство в адрес сверстника, погибшего ужасной смертью, насторожило детективов и заставило посмотреть на «Кейта» как на кандидата в подозреваемые. Молодой человек, видимо, не предполагал, что его сентенции в адрес Дэйна Уингейта вызовут такую реакцию и потому, когда его начали профессионально«колоть» попросту растерялся. Доказывая свою невиновность, Митчелл Стерлинг брякнул, что имеет alibi на ночь с 11 на 12 апреля, поскольку работал тогда в круглосуточной пиццерии«Раунд тэйбл» («Round table»). В протоколе допроса была особо отмечена его нервозность. Такие пометки обычно не делаются, поскольку волнение допрашиваемого явление нередкое и в каком-то смысле ожидаемое, но Стерлинг, видимо, совсем уж затрясся, если детективы посчитали нужным это отметить.
Дальше стало ещё интереснее. Отправившись в пиццерию, детективы поговорили с менеджером и выяснилось, что юноша наврал насчёт своего alibi. Он работал в дневную смену и ночью к работе не привлекался. Понятно, что узнав такое, следователи вернулись к молодому балбесу, надели на него наручники и официально заявили о том, что он счиатется подозреваемым. В этом был определённый расчёт взять юношу «на понт», всерьёз, конечно, никто не верил в то, что убийца, совершивший такое сложное убийство, столь опрометчиво допустит грубую ошибку и окажется до такой степени неосторожен. Стерлинг потому и вёл себя настолько глупо, что совершенно не представлял возможные последствия собственных слов и поступков.
В общем, как без труда поймёт проницательный читатель, линия по обвинению Митчелла «Кейта» Стерлинга никуда не вела. Расплакавшись на допросе, тот признал своё враньё относительно alibi, рассказал совсем другую историю о своих ночных похождениях (ничего криминального в них не было) и честно признался, что узнав об убийстве Дэйна Уингейта решил на этом подзаработать — продать единственно ценную вещь, которая имелась у последнего — его новые зимние ботинки. Не зная, что детективы уже побывали в доме опекунов, переписали имущество Дэйна и разложили его по мешкам, он без лишних затей перерыл содержимое шкафа, отыскал ботинки и… продал их. А куда их девать, правда? Не отцу же Дэйна возвращать?!
Нельзя не признать, что Митчелл Стерлинг по праву украшает галерею моральных уродов, в большом количестве выявленных в ходе расследования убийства в доме №28, но никакого реального отношения к происшедшей трагедии этот человек не имеет. Он довольно долго (несколько лет) оставался на заметке местной службы шерифа и ФРБ, за ним присматривали, ожидая каких-то «проколов», подтверждающих причастность к массовому убийству, но в конечном итоге стало ясно, что этот человек ничего о преступлении не знает и непричастен к нему совершенно.
Теперь, пожалуй, сам самое время отыграть немного назад и вспомнить о том, что в распоряжении следствия имелся ценный свидетель — 12-летний Джастин Исон — и рассмотреть развитие событий, связанных с его дальнейшей судьбой. Это весьма немаловажно, поскольку Джастин отнюдь не исчезает из нашего повествования — нам ещё придётся много и подробно разбирать его показания и пытаться дать им какую-то вразумительную оценку.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 72 из 143
