Быть строителем атомных подводных лодок хорошо во всех смыслах. Работа эта почётная, нужная обществу, интересная и притом хорошо оплачиваемая. Инженер Джеймс Шарп в начале 1979 г. получил работу на судоверфи «Electric Boat» в городе Гротон, штат Коннектикут, где принял непосредственное участие в строительстве новейших американских ракетоносцев класса«Огайо», и мог бы считать свою жизнь вполне сложившейся, если бы не семейные проблемы.
458 мин, 23 сек 13502
Сразу надо отметить, что Филипп знал Джона Шарпа и Дэйна Уингейта и никогда этого не отрицал. Говоря о своём отношении к подросткам, Ли Ширер употреблял даже слово «любил», стараясь выразить своё позитивное во всех смыслах, восприятие погибших. Но следствию удалось довольно быстро отыскать местных девушек, которые рассказали о том, что индеец безуспешно пытался выказывать им знаки внимания и страшно раздражался из-за того, что они обращали внимание на Дэйна Уингейта и полностью игнорировали его потуги. Т.е. в каком-то смысле погибший Дэйн и индеец были антагонистами, причём Филипп очень болезненно относился к своей доле неудачника.
В общем-то, всё, написанное выше, является всего лишь преамбулой. Мы уже знаем, что Дэйна Уингейта многие не любили, начиная от тех людей, у которых он воровал наркотики, до его «собрата» в семье опекунов, поспешившего продать ботинки убитого на следующий день после того, как стало известно о гибели Дэйна. Но в конце апреля 1981 г. к изложенной выше информации добавилось кое-что, заставившее следствие по-новому взглянуть на роль Филиппа Ли Ширера в трагедии, разыгравшейся в доме №28 в«Кедди резёт».
История эта началась довольно прозаично и поначалу ничто не указывало на её возможную связь с убийством в доме №28. 27 или 28 апреля 1981 г. (точная дата неизвестна) Филипп Ли Ширер попал в отделение службы шерифа в Квинси то ли за употребление наркотиков, то ли за тривиальную пьянку в общественном месте… Короче, он подвергся административному аресту до суда, поскольку не имел возможности внести залог.
29 апреля к сынку «на свиданку» явилась мамаша. Встреча была бесконтактной, т. е. арестант и посетитель были разделены стеклянной перегородкой, а для переговоров пользовались телефоном. Последний, как нетрудно догадаться, прослушивался дежурным офицером, контролировавшим порядок в помещении для свиданий. Собственно, прослушивалась не только та линия, по которой вели переговоры Ли Ширер и его мать, а вообще все, которыми пользовались арестанты, именно поэтому часть интересующей нас беседы дежурному офицеру отследить не удалось. Тем не менее, даже услышанный отрывок оказался очень интересен.
Сначала Филипп Ли Ширер сказал матери, что находился в некоем доме, когда там «всё произошло». О каком именно доме шла речь и что именно там произошло из разговора понять было невозможно, но офицера смутила и заставила насторожиться реакция матери арестованного, запричитавшей вдруг о том, что Уилльям «бредит» и«галлюцинирует». Затем мать попросила сына замолчать и никогда больше не вспоминать «о доме», потому что «тогда он провёл всю ночь в церкви». Сын, однако, угомониться никак не мог и продолжал свою бессвязанную речь. Он вдруг заявил, что «поехал туда», потому что его «забрал из церкви Мартин Смартт» и«там встретил Тину». Дежурный офицер немедленно записал упомянутые имена, потому что этого требовала инструкция. Затем у Ширера пошёл поток малоосмысленной речи, больше похожей на бред, которую трудно было соотнести с какими-то реальными событиями. Он заговорил о ножницах, которые его попросили кому-то передать, молол ещё какую-то чепуху, а под конец вдруг брякнул, что если его загипнотизировать, то он сможет всё вспомнить. При упоминании гипноза мать взмолилась, чтобы сын замолчал, но Филипп, похоже, матушку не слушал и продолжал своё бормотание. Он упомянул, что «после всего» он«убежал» и обратился к«выходившему человеку, чтобы тот помог»… В общем, таким вот бессвязанным получился диалог Филиппа Ли Ширера с матерью, но офицер службы шерифа не мог не отреагировать на услышанное и сообщил о его деталях следственной группе.
Учитывая, что индеец однажды уже привлекал к себе внимание следствия, детективы взялись теперь за Ширера со всей серьёзностью. Как ни выкручивался Филипп, как ни ссылалася на свою плохую память, фантастические сновидения и эпилепсию, ему всё же пришлось отвечать на неприятные вопросы детективов и притом отвечать исчерпывающе. История о похождениях индейца вечером и ночью 11 апреля 1981 г., рассказанная им в конце-концов, звучала фантастично, но просто так отмахнуться от неё было решительно невозможно.
В общем-то, всё, написанное выше, является всего лишь преамбулой. Мы уже знаем, что Дэйна Уингейта многие не любили, начиная от тех людей, у которых он воровал наркотики, до его «собрата» в семье опекунов, поспешившего продать ботинки убитого на следующий день после того, как стало известно о гибели Дэйна. Но в конце апреля 1981 г. к изложенной выше информации добавилось кое-что, заставившее следствие по-новому взглянуть на роль Филиппа Ли Ширера в трагедии, разыгравшейся в доме №28 в«Кедди резёт».
История эта началась довольно прозаично и поначалу ничто не указывало на её возможную связь с убийством в доме №28. 27 или 28 апреля 1981 г. (точная дата неизвестна) Филипп Ли Ширер попал в отделение службы шерифа в Квинси то ли за употребление наркотиков, то ли за тривиальную пьянку в общественном месте… Короче, он подвергся административному аресту до суда, поскольку не имел возможности внести залог.
29 апреля к сынку «на свиданку» явилась мамаша. Встреча была бесконтактной, т. е. арестант и посетитель были разделены стеклянной перегородкой, а для переговоров пользовались телефоном. Последний, как нетрудно догадаться, прослушивался дежурным офицером, контролировавшим порядок в помещении для свиданий. Собственно, прослушивалась не только та линия, по которой вели переговоры Ли Ширер и его мать, а вообще все, которыми пользовались арестанты, именно поэтому часть интересующей нас беседы дежурному офицеру отследить не удалось. Тем не менее, даже услышанный отрывок оказался очень интересен.
Сначала Филипп Ли Ширер сказал матери, что находился в некоем доме, когда там «всё произошло». О каком именно доме шла речь и что именно там произошло из разговора понять было невозможно, но офицера смутила и заставила насторожиться реакция матери арестованного, запричитавшей вдруг о том, что Уилльям «бредит» и«галлюцинирует». Затем мать попросила сына замолчать и никогда больше не вспоминать «о доме», потому что «тогда он провёл всю ночь в церкви». Сын, однако, угомониться никак не мог и продолжал свою бессвязанную речь. Он вдруг заявил, что «поехал туда», потому что его «забрал из церкви Мартин Смартт» и«там встретил Тину». Дежурный офицер немедленно записал упомянутые имена, потому что этого требовала инструкция. Затем у Ширера пошёл поток малоосмысленной речи, больше похожей на бред, которую трудно было соотнести с какими-то реальными событиями. Он заговорил о ножницах, которые его попросили кому-то передать, молол ещё какую-то чепуху, а под конец вдруг брякнул, что если его загипнотизировать, то он сможет всё вспомнить. При упоминании гипноза мать взмолилась, чтобы сын замолчал, но Филипп, похоже, матушку не слушал и продолжал своё бормотание. Он упомянул, что «после всего» он«убежал» и обратился к«выходившему человеку, чтобы тот помог»… В общем, таким вот бессвязанным получился диалог Филиппа Ли Ширера с матерью, но офицер службы шерифа не мог не отреагировать на услышанное и сообщил о его деталях следственной группе.
Учитывая, что индеец однажды уже привлекал к себе внимание следствия, детективы взялись теперь за Ширера со всей серьёзностью. Как ни выкручивался Филипп, как ни ссылалася на свою плохую память, фантастические сновидения и эпилепсию, ему всё же пришлось отвечать на неприятные вопросы детективов и притом отвечать исчерпывающе. История о похождениях индейца вечером и ночью 11 апреля 1981 г., рассказанная им в конце-концов, звучала фантастично, но просто так отмахнуться от неё было решительно невозможно.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 84 из 143
