Серый знает, я не хотела убивать мальчишку. Он медленно, слишком медленно осел на кафельный пол. Кровь толчками вытекала из раны, разливаясь багровой лужей по белой плитке. Кровь, красная на белом. Густая, похожая на томатный сок. Как же много ее в парнишке! Я выронила нож, опустилась на колени, не в состоянии отвести взгляда от его лица.
Мальчишка тронул меня за плечо.
— Ты умер, — прошептала я.
— Ты тоже, — улыбнулся.
— Неужели не поняла? Травили тебя по чуть-чуть, таблетками докторскими. От нас обоих избавились.
Он моргнул, тьма в глазах разошлась, и я увидела Кири своего. Уткнулась лицом ему в грудь, а плакать не получается. Не бывает у призраков слез.
Для вендетты не существует срока давности. Это мне здесь пояснили. Жертва может отомстить своему убийце. В любой жизни, любым способом. Вечное право мести. И я им воспользуюсь. Дождусь подходящего момента. Мне некуда спешить. Впереди целая вечность.