Дракула

Я возразил, что не обращаю внимания на опасность и даже на свою репутацию, но он продолжал: — К тому же, чем меньше нас будет, тем меньше на нас будут обращать внимание. Мой титул поможет нам при переговорах со слесарем и при вмешательстве какого—нибудь полисмена. Будет лучше, если вы с Джо­ном и профессором пойдете в Грин—парк, откуда вы будете наблюдать за домом. Когда увидите, что дверь открыта и слесарь ушел, тогда входите все. Мы будем ожидать и впустим вас в дом.

— Совет хорош! — сказал Ван Хелзинк.

И мы не возражали. Годалминг и Моррис поехали в одном кэбе, а мы в другом. На углу Арлингронской улицы мы оставили кэбы и вошли в Грин—парк. Сердце мое билось при виде дома, в котором заключалась наша последняя надежда. Он стоял мрачный и молчаливый, всеми покинутый, выделяясь среди своих веселых и на­рядных соседей. Мы сели на скамейку, не спуская глаз с входных дверей, и закурили сигары, стараясь не обра­щать на себя внимания прохожих. Минуты в ожидании наших друзей протекали страшно медленно.

Наконец мы увидели экипаж, из которого вышли лорд Годалминг и Моррис, а с козел слез толстый коре­настый человек с ящиком. Моррис заплатил кучеру, который поклонился и уехал. Оба поднялись по сту­пенькам и лорд Годалминг показал, что надо сделать. Рабочий снял пиджак и повесил его на забор, сказав что—то проходившему мимо полисмену. Полисмен утвер­дительно кивнул головой, слесарь опустился на колени и придвинул к себе инструменты. Порывшись в ящике, он выбрал из него что—то и положил рядом с собой. Затем встал, посмотрел в замочную скважину, подул в нее и, обратившись к предполагаемым хозяевам, ска­зал им что—то, на что лорд Годалминг ответил с улыбкой, а слесарь взял большую связку ключей, выбрал один ключ и попробовал им открыть дверь. Повертев им не­много, он попробовал второй, затем третий. Вдруг дверь широко открылась, и они все трое вошли в дом. Мы си­дели молча и возбужденно курили свои сигары; Ван Хелзинк оставался спокойным. Мы тоже успокоились и стали ждать терпеливее, когда увидели, что рабочий со своим инструментом вышел. Он притворил дверь, упершись в нее коленями, пока прилаживал к замку ключ, который он наконец и вручил лорду Годалмингу. Тот вынул кошелек и заплатил ему. Слесарь снял шляпу, взял ящик с инструментами, надел пиджак и ушел; ни одна душа не обратила на это ни малейшего внимания.

Когда рабочий окончательно ушел, мы перешли через дорогу и постучали в дверь. Квинси Моррис сейчас же открыл ее; рядом с ним стоял и лорд Годалминг, куря сигару.

— Здесь очень скверно пахнет, — сказал лорд, когда мы вошли.

Действительно, пахло очень скверно — точно в ста­рой часовне Карфакса; на основании нашего прежнего опыта мы поняли, что граф очень часто пользуется этим убежищем. Мы отправились исследовать дом, держась на случай нападения все вместе, так как знали, что имеем дело с сильным врагом; к тому же нам не было известно, в доме граф или нет. В столовой, находящей­ся за передней, мы нашли восемь ящиков с землей. Всего только восемь из девяти, которые мы искали. Наше предприятие не кончилось и никогда не будет доведено до конца, если мы не найдем недостающего ящика. Сперва мы открыли ставни окна, выходившего на маленький, вымощенный камнями двор. Прямо про­тив окон находилась конюшня, похожая на крошечный домик. Там не было окон, и нам нечего было бояться нескромных взглядов. Мы не теряли времени и приня­лись за ящики. При помощи принесенных с собой ин­струментов мы открыли их один за другим и поступили так же, как и с находившимися в старой часовне. Было ясно, что графа нет дома, и мы стали искать его вещи. Осмотрев внимательно другие помещения, мы пришли к заключению, что в столовой находятся некоторые предметы, принадлежащие, по—видимому, графу. Мы подвергли их тщательному исследованию. Они лежали на большом обеденном столе в беспорядке, в котором, однако, была какая—то система. Там лежала связка документов, удостоверяющая покупку дома на Пика­дилли, бумаги, удостоверявшие продажу домов в Мэйл—Энде и Бермондси; кроме того, нотная бумага, конверты, перья, чернила. Все они были защищены от пыли обер­точной бумагой; затем мы нашли платяную щетку, гре­бенку и умывальник с грязной водой, красной от крови. В конце концов мы наткнулись на связку разных клю­чей, принадлежащих, по—видимому, другим домам. После того как мы осмотрели последнюю находку, лорд Годал­минг и Моррис записали точные адреса домов на востоке и на юге города, захватили с собой ключи и отправились на поиски. Мы же — остальные — должны были остать­ся и терпеливо дожидаться их возвращения или прихода графа.

Глава двадцать третья

ДНЕВНИК ДОКТОРА СЬЮАРДА.

3 октября.