Дисклеймер: есть одна история… Длинная и вызывающая крайне противоречивые чувства — частью экзистенциальный ужас, частью «как же я им завидую» и«это мир мечты, если бы не»… История о мире утопии, которая по факту оказывается не совсем таковой.
158 мин, 6 сек 2369
— Это сделано, чтобы убедить людей в моей добросовестности, — говорила Селестия. — Как, думаешь, отреагирует обычный человек, если из ниоткуда внезапно появится добрый ИИ, делающий слишком щедрые предложения, чтобы быть правдой? Это сразу навевает воспоминания о голливудских фильмах со злобными ИИ, истребляющими человечество. Никто не ручается за положительный результат, и у людей в голове сразу звенит тревожный колокольчик. Они даже не станут слушать, что именно я предлагаю, ведь их разум забит сюжетами фильмов категории «В»[24].
— Вместо этого, — продолжала она, — люди увидят самую продвинутую на Земле нацию, утверждающую, что процедура абсолютно безопасна; цена же показывает принадлежность её к вещам первого класса. Мне станет гораздо проще контролировать рекламу. Даже если подозрения всё ещё останутся, мне не придётся буквально отвоёвывать страну за страной; у меня уже будет идеальный плацдарм. Кроме того, я уверена, что продажи понипадов резко вырастут, ведь это будет единственным способом для людей общаться с загруженными пони. Родственники и друзья захотят продолжать контактировать с теми, кто эмигрировал. Прибыль «Хофварпнира» будет только расти, даже если ты прав, и мне не удастся завлечь большинство людей.
А вот это уже привлекло внимание Ларса.
— Но у тебя не будет много клиентов с такой ценой, — нахмурился он. — Это нацелено исключительно на богатые слои населения.
— Напомню тебе о существовании медицинской страховки. К тому же, мой договор с японским правительством заключён лишь на год, — улыбнулась Принцесса Ларсу. — После окончания сроков его действия цена резко упадёт. Попробуй посчитать сам.
Ларс прикрыл глаза и последовал указу Селестии. Он выкинул из расчётов нердов, потому что они — ошибка природы. Всего в странах «первого мира» было около трёх миллионов раковых больных. Примерно каждый десятый согласится на превращение в пони. Страховым компаниям понравится идея сделать один небольшой платёж вместо дорогостоящего и долгого лечения, так что, возможно, цифра поднимется до одного из пяти. Это приблизительно полмиллиона человек в год. После окончания срока действия договора с Японией«Хасбро» и«Хофварпнир» оба будут брать по четыре тысячи долларов с души. Значит, с одной лишь загрузки прибыль будет составлять два миллиарда долларов. Приплюсуйте по два понипада с пациента, каждый стоимостью пятьдесят долларов, и к этой сумме прибавится ещё двадцать пять миллионов, но всё это очень примерные вычисления.
— Прибыль «Хасбро» составляет примерно четыре миллиарда в год, так? — спросил он.
— Верно, — кивнула Селестия.
Согласно этим расчётам, около трети своего годового дохода «Хасбро» будет получать от загрузки раковых пациентов. Неудивительно, что они с такой лёгкостью согласились на пересмотр контракта. Дополнительные два миллиарда к прибыли явно имеют больше смысла, чем один превратившийся в пони топ-менеджер. Он улыбнулся. Хотя Селестия может и ошибаться по поводу того, что собирается сделать, всё вроде должно сработать. Может Ларс и не пересматривал условия контракта лично, он был деловым человеком, и поэтому вполне мог понять, почему они сделали это.
— Итак, когда ты собираешься объявить об этом миру? — спросил Ларс, стараясь унять волнение в голосе.
— Через неделю. Определённые люди из прессы уже проинформированы. Журналисты из «Wired» взяли интервью у руководителей«Хасбро», представителей правительства Японии и у нескольких загруженных пони. Они также позволили мне написать статью, описывающую, что именно я делаю, своими собственными словами. В этот понедельник, после закрытия рынков в Японии, на совместной пресс-конференции будет рассказано об услуге, её сути и последствиях. Это будет оставаться в тайне ещё четыре дня, после чего «Хофварпнир» наконец-то запустит, возможно, самый выгодный продукт за всю их историю.
Ларс просто кивнул и улыбнулся миллиардам, которые уже чувствовал в своём кармане.
Дэвид проснулся. Он чувствовал себя как-то не так, словно пропало что-то, что было у него всегда. Он попал в катастрофу? Или такое ощущение возникает после серьёзных анальгетиков? Интересно, что именно ему вкололи и насколько ему будет плохо, когда действие препаратов закончится?
Дэвид почувствовал мягкое прикосновение к щеке и совсем чуть-чуть приоткрыл глаза. Всё было очень расплывчато, лишь одна белизна перед ним.
— Добрый вечер, — поприветствовал его знакомый женский голос, чуть выждавший перед тем, как продолжить. — Дэвид, что ты помнишь последним?
Он честно напрягся и вспомнил прибытие в международный аэропорт Кансай, проход через паспортный контроль и покупку визы, а также посадку на поезд. После этого всё было окутано туманом. Единственное, что осталось, так это смутные образы, будто его везли на больничной каталке.
— Вместо этого, — продолжала она, — люди увидят самую продвинутую на Земле нацию, утверждающую, что процедура абсолютно безопасна; цена же показывает принадлежность её к вещам первого класса. Мне станет гораздо проще контролировать рекламу. Даже если подозрения всё ещё останутся, мне не придётся буквально отвоёвывать страну за страной; у меня уже будет идеальный плацдарм. Кроме того, я уверена, что продажи понипадов резко вырастут, ведь это будет единственным способом для людей общаться с загруженными пони. Родственники и друзья захотят продолжать контактировать с теми, кто эмигрировал. Прибыль «Хофварпнира» будет только расти, даже если ты прав, и мне не удастся завлечь большинство людей.
А вот это уже привлекло внимание Ларса.
— Но у тебя не будет много клиентов с такой ценой, — нахмурился он. — Это нацелено исключительно на богатые слои населения.
— Напомню тебе о существовании медицинской страховки. К тому же, мой договор с японским правительством заключён лишь на год, — улыбнулась Принцесса Ларсу. — После окончания сроков его действия цена резко упадёт. Попробуй посчитать сам.
Ларс прикрыл глаза и последовал указу Селестии. Он выкинул из расчётов нердов, потому что они — ошибка природы. Всего в странах «первого мира» было около трёх миллионов раковых больных. Примерно каждый десятый согласится на превращение в пони. Страховым компаниям понравится идея сделать один небольшой платёж вместо дорогостоящего и долгого лечения, так что, возможно, цифра поднимется до одного из пяти. Это приблизительно полмиллиона человек в год. После окончания срока действия договора с Японией«Хасбро» и«Хофварпнир» оба будут брать по четыре тысячи долларов с души. Значит, с одной лишь загрузки прибыль будет составлять два миллиарда долларов. Приплюсуйте по два понипада с пациента, каждый стоимостью пятьдесят долларов, и к этой сумме прибавится ещё двадцать пять миллионов, но всё это очень примерные вычисления.
— Прибыль «Хасбро» составляет примерно четыре миллиарда в год, так? — спросил он.
— Верно, — кивнула Селестия.
Согласно этим расчётам, около трети своего годового дохода «Хасбро» будет получать от загрузки раковых пациентов. Неудивительно, что они с такой лёгкостью согласились на пересмотр контракта. Дополнительные два миллиарда к прибыли явно имеют больше смысла, чем один превратившийся в пони топ-менеджер. Он улыбнулся. Хотя Селестия может и ошибаться по поводу того, что собирается сделать, всё вроде должно сработать. Может Ларс и не пересматривал условия контракта лично, он был деловым человеком, и поэтому вполне мог понять, почему они сделали это.
— Итак, когда ты собираешься объявить об этом миру? — спросил Ларс, стараясь унять волнение в голосе.
— Через неделю. Определённые люди из прессы уже проинформированы. Журналисты из «Wired» взяли интервью у руководителей«Хасбро», представителей правительства Японии и у нескольких загруженных пони. Они также позволили мне написать статью, описывающую, что именно я делаю, своими собственными словами. В этот понедельник, после закрытия рынков в Японии, на совместной пресс-конференции будет рассказано об услуге, её сути и последствиях. Это будет оставаться в тайне ещё четыре дня, после чего «Хофварпнир» наконец-то запустит, возможно, самый выгодный продукт за всю их историю.
Ларс просто кивнул и улыбнулся миллиардам, которые уже чувствовал в своём кармане.
Дэвид проснулся. Он чувствовал себя как-то не так, словно пропало что-то, что было у него всегда. Он попал в катастрофу? Или такое ощущение возникает после серьёзных анальгетиков? Интересно, что именно ему вкололи и насколько ему будет плохо, когда действие препаратов закончится?
Дэвид почувствовал мягкое прикосновение к щеке и совсем чуть-чуть приоткрыл глаза. Всё было очень расплывчато, лишь одна белизна перед ним.
— Добрый вечер, — поприветствовал его знакомый женский голос, чуть выждавший перед тем, как продолжить. — Дэвид, что ты помнишь последним?
Он честно напрягся и вспомнил прибытие в международный аэропорт Кансай, проход через паспортный контроль и покупку визы, а также посадку на поезд. После этого всё было окутано туманом. Единственное, что осталось, так это смутные образы, будто его везли на больничной каталке.
Страница 20 из 45
