Доброго времени суток, дорогие читатели! История, которую я хочу вам поведать, произошла со мной весной 2010-го года.
Добавить в моё избранное
6 мин, 0 сек 8774
Итак, 30-го апреля, напрочь забыв о таком понятии, как совесть, я решил организовать себе внеплановые каникулы — взять больничный, дней, эдак на десять и поехать на дачу к бабушке.
Мне нередко выпадали случаи, чтобы продемонстрировать свой актерский талант, и вот сейчас в кабинете у врача как раз был такой случай. Нагрев незаметно градусник о лампочку и состроив самую несчастную гримасу, на которую был способен, я сидел и ждал «приговора». Доктор, внимательно посмотрев на меня и на градусник, заявила:
— Иди отсюда, симулянт.
— Но я же… мне правда плохо!
— Заявил я тоном самого честного человека в мире.
— Десятого числа придешь — выпишу в школу, — улыбнулась она.
— Спасибо!
— И от несчастного вида не осталось и следа. Я выскочил из кабинета, быстро произнося еще какие-то слова благодарности. Всё-таки она — святая, но надо будет придумать что-нибудь новое, мне ведь еще 4 года школу прогуливать…
И вот я уже на даче, прямо не верится, что это то самое место, которое я видел в свой последний визит — яблони, еще недавно стоящие в снежных шапках, сейчас были усыпаны белыми цветами, через которые кое-где проглядывалась светло-зеленая листва, вся земля была покрыта густым желто-зеленым ковром из одуванчиков, на небе не было ни облачка, яркое весеннее солнце слепило глаза. В такие моменты понимаешь, что твоя жизнь прекрасна.
Обняв бабушку и выслушав от нее последние «сельские новости» я наконец сбежал от всего мира на чердак, на свой любимый и знакомый с детства чердак, единственным входом на который являлась дырка в потолке на высоте двух метров. Растянувшись на нагретой весенним солнцем железной крыше и прикурив первую за утро сигарету, я задремал с четким осознанием того, что жизнь определенно прекрасна…
Но в моей жизни с ранних лет появилась одна аксиома: любой момент, когда чувствуешь себя счастливым и забываешь обо всех насущных проблемах, должен быть испорчен. И этот раз не стал исключением — как только я начал засыпать, мне по голове прилетело камушком, через пару секунд яблоня, росшая рядом с домом, затряслась и на ней появился Павлик — мой лучший и, похоже, единственный настоящий друг… Но почему именно сейчас! Почему нельзя было позвонить или хотя бы зайти через дверь? Почему обязательно приходить в мой маленький рай и возвращать меня в этот мир…
— Диман, хватит спать, мелкий ленивый…
— На себя посмотри! И вообще, тебя стучаться не учили?
— Да не ворчи ты, зануда! Поедешь сегодня на озеро? Там все наши будут и пацаны из поселка.
— В честь чего такое сборище?
— То есть как «в честь чего»!
— Возмутился Павлик.
— Первое мая — Всероссийский День Шашлыка! Погнали, Диман, или ты собрался все праздники проспать?
— Как ты догадался? — пробурчал я в ответ, но, поймав на себе взгляд друга, готового одним пинком скинуть меня с моей же крыши, добавил, — Ладно, ладно… А во сколько встречаемся?
— В 11 вечера у озера.
— Окей, только дай мне поспать спокойно.
— Ладно, уже ухожу, зануда!
— Павлик спрыгнул с крыши и исчез в кустах, разделявших наши участки. Спать уже совсем не хотелось, и я решил пойти помочь в огороде. Провозившись с грядками часов до девяти, я вспомнил, что мне сегодня еще и на озеро ехать, и решил позаботиться об алиби на ночь. Вытащив из сарая велосипед и спрятав его в кустах у калитки, я сказал бабушке, что у меня болит голова и я пойду спать. Посидев минут десять на чердаке и убедившись, что бабушка ушла в дом и не заметит меня, спрыгнул с крыши и поехал к озеру.
Ехать нужно было по лесной просеке около часа. Этот лес я знал, как свои пять пальцев, поэтому спокойно ехал в темноте, не глядя на дорогу. В моем воображении возникали картинки предстоящей ночи, и я был поглощен этими мыслями.
Но вдруг я заметил в кустах силуэт женщины в легком голубом сарафане с длинными волосами. Она, казалось, тоже заметила меня. Я остановился, чтобы спросить, что она делает в лесу так поздно и не нужна ли ей помощь. Но как только я подошел к ней, она прошептала:
— Помоги…
— Ее голос был тихим и дрожал — похоже, что она плакала.
— Что случилось? — поинтересовался я.
— Идем… — прошептала она еще тише и маленькими шагами устремилась в глубь леса. Было похоже, что она плыла, а не шла по сырой траве, так как на ней не оставалось следов от ее ног.
— Так что с вами случилось?
— Моя дочь… Ей нужна помощь… — и тут я замер от ужаса, в небольшой канаве лежало изуродованное тело молодой женщины. Я никогда не отличался пугливостью, даже наоборот, но вот гримаса ужаса на ее лице… Стеклянные глаза, смотревшие в никуда…
Из ступора меня вывел странный звук в кустах, походивший на шорохи. В голове на тот момент была только одна мысль — бежать! Неважно куда, главное — быстрее убраться отсюда!
Мне нередко выпадали случаи, чтобы продемонстрировать свой актерский талант, и вот сейчас в кабинете у врача как раз был такой случай. Нагрев незаметно градусник о лампочку и состроив самую несчастную гримасу, на которую был способен, я сидел и ждал «приговора». Доктор, внимательно посмотрев на меня и на градусник, заявила:
— Иди отсюда, симулянт.
— Но я же… мне правда плохо!
— Заявил я тоном самого честного человека в мире.
— Десятого числа придешь — выпишу в школу, — улыбнулась она.
— Спасибо!
— И от несчастного вида не осталось и следа. Я выскочил из кабинета, быстро произнося еще какие-то слова благодарности. Всё-таки она — святая, но надо будет придумать что-нибудь новое, мне ведь еще 4 года школу прогуливать…
И вот я уже на даче, прямо не верится, что это то самое место, которое я видел в свой последний визит — яблони, еще недавно стоящие в снежных шапках, сейчас были усыпаны белыми цветами, через которые кое-где проглядывалась светло-зеленая листва, вся земля была покрыта густым желто-зеленым ковром из одуванчиков, на небе не было ни облачка, яркое весеннее солнце слепило глаза. В такие моменты понимаешь, что твоя жизнь прекрасна.
Обняв бабушку и выслушав от нее последние «сельские новости» я наконец сбежал от всего мира на чердак, на свой любимый и знакомый с детства чердак, единственным входом на который являлась дырка в потолке на высоте двух метров. Растянувшись на нагретой весенним солнцем железной крыше и прикурив первую за утро сигарету, я задремал с четким осознанием того, что жизнь определенно прекрасна…
Но в моей жизни с ранних лет появилась одна аксиома: любой момент, когда чувствуешь себя счастливым и забываешь обо всех насущных проблемах, должен быть испорчен. И этот раз не стал исключением — как только я начал засыпать, мне по голове прилетело камушком, через пару секунд яблоня, росшая рядом с домом, затряслась и на ней появился Павлик — мой лучший и, похоже, единственный настоящий друг… Но почему именно сейчас! Почему нельзя было позвонить или хотя бы зайти через дверь? Почему обязательно приходить в мой маленький рай и возвращать меня в этот мир…
— Диман, хватит спать, мелкий ленивый…
— На себя посмотри! И вообще, тебя стучаться не учили?
— Да не ворчи ты, зануда! Поедешь сегодня на озеро? Там все наши будут и пацаны из поселка.
— В честь чего такое сборище?
— То есть как «в честь чего»!
— Возмутился Павлик.
— Первое мая — Всероссийский День Шашлыка! Погнали, Диман, или ты собрался все праздники проспать?
— Как ты догадался? — пробурчал я в ответ, но, поймав на себе взгляд друга, готового одним пинком скинуть меня с моей же крыши, добавил, — Ладно, ладно… А во сколько встречаемся?
— В 11 вечера у озера.
— Окей, только дай мне поспать спокойно.
— Ладно, уже ухожу, зануда!
— Павлик спрыгнул с крыши и исчез в кустах, разделявших наши участки. Спать уже совсем не хотелось, и я решил пойти помочь в огороде. Провозившись с грядками часов до девяти, я вспомнил, что мне сегодня еще и на озеро ехать, и решил позаботиться об алиби на ночь. Вытащив из сарая велосипед и спрятав его в кустах у калитки, я сказал бабушке, что у меня болит голова и я пойду спать. Посидев минут десять на чердаке и убедившись, что бабушка ушла в дом и не заметит меня, спрыгнул с крыши и поехал к озеру.
Ехать нужно было по лесной просеке около часа. Этот лес я знал, как свои пять пальцев, поэтому спокойно ехал в темноте, не глядя на дорогу. В моем воображении возникали картинки предстоящей ночи, и я был поглощен этими мыслями.
Но вдруг я заметил в кустах силуэт женщины в легком голубом сарафане с длинными волосами. Она, казалось, тоже заметила меня. Я остановился, чтобы спросить, что она делает в лесу так поздно и не нужна ли ей помощь. Но как только я подошел к ней, она прошептала:
— Помоги…
— Ее голос был тихим и дрожал — похоже, что она плакала.
— Что случилось? — поинтересовался я.
— Идем… — прошептала она еще тише и маленькими шагами устремилась в глубь леса. Было похоже, что она плыла, а не шла по сырой траве, так как на ней не оставалось следов от ее ног.
— Так что с вами случилось?
— Моя дочь… Ей нужна помощь… — и тут я замер от ужаса, в небольшой канаве лежало изуродованное тело молодой женщины. Я никогда не отличался пугливостью, даже наоборот, но вот гримаса ужаса на ее лице… Стеклянные глаза, смотревшие в никуда…
Из ступора меня вывел странный звук в кустах, походивший на шорохи. В голове на тот момент была только одна мысль — бежать! Неважно куда, главное — быстрее убраться отсюда!
Страница 1 из 2
