Фандом: Гарри Поттер. Она ненормальная. Определенно — умалишенная! Безумная Гермиона Грейнджер… О, простите, конечно же, Грейнждер-Уизли! Только вот с ума она сходит вовсе не по мужу. А по кому? Кто он — тот, ради которого эта женщина готова забыть семью и детей, да вообще оставить свою жизнь (в прямом и переносном смысле)?! Реальный мужчина или лишь плод ее больного воображения?Мне было бы все равно, не согласись я, Драко Малфой, стать ее лечащим врачом…
123 мин, 47 сек 6177
— О да, — Снейп взмахнул рукой, выписывая круг, и вдруг резко бросил ее вниз. — Вы прекрасно знаете, что именно это сочетание будет работать верно.
— Я не дошла до этого… — произнесла Гермиона, краснея. Вероятно, она что-то делала не так.
— Вы пропустили это сочетание в предпоследний день экспериментов, — уточнил Снеп.
Гермиона вспомнила. Тогда она работала особенно упорно: спешила, ведь это был день рождения Хьюго, и она надеялась, что ее успех станет отличным подарком для всей семьи. Но Рон ворвался в ее кабинет, бесцеремонно отодвинул записи на край стола и принялся рассказывать о том, какие шутихи принесет на вечеринку…
— Годы вам к лицу, — сказал вдруг Снейп, отвлекая Гермиону от воспоминаний.
— Это комплимент? — на всякий случай уточнила она, и он уверенно кивнул.
— Можете не сомневаться.
— Я… Спасибо! — Гермиона потупилась, потому что комплимент получился странным. — Но, боюсь, я не смогу принять ваш подарок. Ведь это вы нашли верную формулу, а не я.
— Вы невозможны! — Снейп качнул головой, раздражаясь. — Разве вы еще не поняли, что я — лишь плод вашего воображения?! Я извлекаю из глубин вашей памяти нужную информацию! И делаю это по вашей же прихоти, а вовсе не для собственного удовольствия!
Гермиона почувствовала легкий ветерок, внезапно налетевший и погладивший ее волосы.
— Хорошо, я соглашусь с этим, — Гермиона снова не верила профессору до конца. — Но тогда вы, верно, сделаете мне одолжение…
— Кажется, я выразился достаточно ясно, — Снейп скривился. — Как бы мне это ни претило, я вынужден подчиниться.
— Тогда… Пожмите мне руку! — Гермиона подняла глаза, и они встретились с пронзительным взглядом Снейпа. На этот раз он смотрел не грозно, а как-то… мягко, что ли. Гермиона и представить не могла, что этот мужчина может так смотреть.
Он вытянул вперед руку ладонью вверх, и Гермиона положила свою кисть сверху. Их пальцы соприкоснулись… Но она ничего не почувствовала, словно потрогала пустоту.
— Это странно, — прошептала она, не решаясь опустить глаза: густой взгляд профессора приковал ее к себе. — Ведь если мы оба в моем воображении, мы не должны быть бестелесными друг для друга…
— Иногда даже мне кажется, что вы слишком много знаете, — Снейп опустил руку и отступил, постепенно становясь прозрачным, тая прямо на глазах.
— Профессор! Мистер Снейп! — она сделала шаг к нему, но не успела, погружаясь в темноту.
Гермиона не сразу поняла, что говорят о ней, а когда полностью пришла в себя, осознала, что по-прежнему в плену гипноза прорицательницы.
— Это мужчина, — заговорщически произнесла Лаванда, мило улыбаясь Рону. — Мужчина, но странный. С одной стороны, он наш ровесник, но с другой… Кажется, что он гораздо старше. Он держит ее.
— Мужчина?! — Рон покраснел до кончиков волос, а Драко насмешливо фыркнул в кулак.
— И все? — уточнил Малфой по этическим соображениям. — Больше ты ничего не видела?
— Больше ничего, — призналась Браун, тяжело дыша, будто только что пробежала стометровку, а не провела сеанс гипноза. — Да! Еще у Гермионы сегодня день рождения!
Драко и Рон виновато переглянулись.
Лаванда прищелкнула пальцами, и Гермиона окончательно пришла в себя.
— Кто он? — спросил Драко, отведя пациентку в отдельную комнатку.
— Он? — переспросила Гермиона. Она вдруг почувствовала одиночество. Такое большое, пожирающее ее одиночество. И холод.
Драко накинул свою мантию на ее плечи, и его голос смягчился.
— Тот, с кем ты разговаривала вместо того, чтобы отвечать на вопросы Лав. Пожалуйста, скажи, это важно.
— А что ты сделаешь, если узнаешь? — спросила вдруг Гермиона. Получилось очень по-детски.
— Я… — Малфой замялся. — Наверное, найду его, а потом… У тебя с ним незаконченный спор? Счеты?! Может, он перешел тебе дорогу, и теперь ты не можешь жить дальше, не поставив его на место?
Гермиона лишь отрицательно покачала головой. Она не знала ответа. Но ей очень хотелось увидеть Снейпа вновь.
— Нет никакого мужчины, — ответила Гермиона, не в силах скрыть сожаление. — Это все мое больное воображение.
Она хотела лечь, но муж не сдавался, третируя ревнивыми вопросами о том кто, где, с кем и когда. Гермиона отвечала односложно, все время думая о том, почему она не смогла коснуться профессора, почему он исчез именно в тот момент…
В дверь позвонили, и Рон, прервав очередную тираду, пошел открывать. На пороге стоял Гарри, взлохмаченный и запыхавшийся. Лиловая мантия аврора была порвана, но глаза сияли победой.
— Мы поймали его! — заявил он и, не разуваясь, прошлепал в комнату, где Гермиона тихо плакала, сломленная мужем.
— Кого поймали?! — Рон бросился к Гарри с надеждой.
— Грабителя! — кивнул Гарри радостно. — Того мотоциклиста, что причинил Гермионе все эти жуткие страдания!
— Отлично! — Рон кровожадно потер руки. — Позволь мне переговорить с ним, и тогда…
— Я не дошла до этого… — произнесла Гермиона, краснея. Вероятно, она что-то делала не так.
— Вы пропустили это сочетание в предпоследний день экспериментов, — уточнил Снеп.
Гермиона вспомнила. Тогда она работала особенно упорно: спешила, ведь это был день рождения Хьюго, и она надеялась, что ее успех станет отличным подарком для всей семьи. Но Рон ворвался в ее кабинет, бесцеремонно отодвинул записи на край стола и принялся рассказывать о том, какие шутихи принесет на вечеринку…
— Годы вам к лицу, — сказал вдруг Снейп, отвлекая Гермиону от воспоминаний.
— Это комплимент? — на всякий случай уточнила она, и он уверенно кивнул.
— Можете не сомневаться.
— Я… Спасибо! — Гермиона потупилась, потому что комплимент получился странным. — Но, боюсь, я не смогу принять ваш подарок. Ведь это вы нашли верную формулу, а не я.
— Вы невозможны! — Снейп качнул головой, раздражаясь. — Разве вы еще не поняли, что я — лишь плод вашего воображения?! Я извлекаю из глубин вашей памяти нужную информацию! И делаю это по вашей же прихоти, а вовсе не для собственного удовольствия!
Гермиона почувствовала легкий ветерок, внезапно налетевший и погладивший ее волосы.
— Хорошо, я соглашусь с этим, — Гермиона снова не верила профессору до конца. — Но тогда вы, верно, сделаете мне одолжение…
— Кажется, я выразился достаточно ясно, — Снейп скривился. — Как бы мне это ни претило, я вынужден подчиниться.
— Тогда… Пожмите мне руку! — Гермиона подняла глаза, и они встретились с пронзительным взглядом Снейпа. На этот раз он смотрел не грозно, а как-то… мягко, что ли. Гермиона и представить не могла, что этот мужчина может так смотреть.
Он вытянул вперед руку ладонью вверх, и Гермиона положила свою кисть сверху. Их пальцы соприкоснулись… Но она ничего не почувствовала, словно потрогала пустоту.
— Это странно, — прошептала она, не решаясь опустить глаза: густой взгляд профессора приковал ее к себе. — Ведь если мы оба в моем воображении, мы не должны быть бестелесными друг для друга…
— Иногда даже мне кажется, что вы слишком много знаете, — Снейп опустил руку и отступил, постепенно становясь прозрачным, тая прямо на глазах.
— Профессор! Мистер Снейп! — она сделала шаг к нему, но не успела, погружаясь в темноту.
Гермиона не сразу поняла, что говорят о ней, а когда полностью пришла в себя, осознала, что по-прежнему в плену гипноза прорицательницы.
— Это мужчина, — заговорщически произнесла Лаванда, мило улыбаясь Рону. — Мужчина, но странный. С одной стороны, он наш ровесник, но с другой… Кажется, что он гораздо старше. Он держит ее.
— Мужчина?! — Рон покраснел до кончиков волос, а Драко насмешливо фыркнул в кулак.
— И все? — уточнил Малфой по этическим соображениям. — Больше ты ничего не видела?
— Больше ничего, — призналась Браун, тяжело дыша, будто только что пробежала стометровку, а не провела сеанс гипноза. — Да! Еще у Гермионы сегодня день рождения!
Драко и Рон виновато переглянулись.
Лаванда прищелкнула пальцами, и Гермиона окончательно пришла в себя.
— Кто он? — спросил Драко, отведя пациентку в отдельную комнатку.
— Он? — переспросила Гермиона. Она вдруг почувствовала одиночество. Такое большое, пожирающее ее одиночество. И холод.
Драко накинул свою мантию на ее плечи, и его голос смягчился.
— Тот, с кем ты разговаривала вместо того, чтобы отвечать на вопросы Лав. Пожалуйста, скажи, это важно.
— А что ты сделаешь, если узнаешь? — спросила вдруг Гермиона. Получилось очень по-детски.
— Я… — Малфой замялся. — Наверное, найду его, а потом… У тебя с ним незаконченный спор? Счеты?! Может, он перешел тебе дорогу, и теперь ты не можешь жить дальше, не поставив его на место?
Гермиона лишь отрицательно покачала головой. Она не знала ответа. Но ей очень хотелось увидеть Снейпа вновь.
На грани
— Кто этот мужчина?! — Рон навис над ней, и его рыжие усы раздувались от каждого слова. — Кого ты нашла?! Когда?!— Нет никакого мужчины, — ответила Гермиона, не в силах скрыть сожаление. — Это все мое больное воображение.
Она хотела лечь, но муж не сдавался, третируя ревнивыми вопросами о том кто, где, с кем и когда. Гермиона отвечала односложно, все время думая о том, почему она не смогла коснуться профессора, почему он исчез именно в тот момент…
В дверь позвонили, и Рон, прервав очередную тираду, пошел открывать. На пороге стоял Гарри, взлохмаченный и запыхавшийся. Лиловая мантия аврора была порвана, но глаза сияли победой.
— Мы поймали его! — заявил он и, не разуваясь, прошлепал в комнату, где Гермиона тихо плакала, сломленная мужем.
— Кого поймали?! — Рон бросился к Гарри с надеждой.
— Грабителя! — кивнул Гарри радостно. — Того мотоциклиста, что причинил Гермионе все эти жуткие страдания!
— Отлично! — Рон кровожадно потер руки. — Позволь мне переговорить с ним, и тогда…
Страница 7 из 35
