Ночью я проснулась оттого, что всё тело затекло от неудобной позы. Очнувшись, открыла глаза и обнаружила что сын стоит возле моей кровати, навалившись мне на ноги…
8 мин, 20 сек 11189
Ангелина Александровна мелко затряслась и глубоко вздохнув, не открывая глаз, повалилась лицом на пол. Мои нервы не выдержали, и я рванула прочь из квартиры, что было сил. Всю дорогу мерещилось, будто кто-то шёл за мной по пятам. Забежав в свою квартиру, открыла комнату сына и впала в истерику, упав на колени вся в слезах и воплях. Под потолком висел изуродованный труп Егора. Сильный ветер распахнул форточку, и в комнату ворвался поток воздуха, пропитанного дождём и болью. Лёгкие зелёные занавески колыхались под порывом ветра. В отражение окна снова появились странные лица. Верёвка на которой висел Егор вдруг оборвалась и, тело мальчика полетело вниз. В этот момент за окном послышались многочисленные сирены полицейских машин. Видно кто-то из соседей услышав шум позвонил в полицию. Тень всё ещё стояла в углу. На мгновение она мне показалась знакомой. Обнимая мёртвое тело сына, я шептала ему на ухо:
— Не оставляй меня. Только не так.
Тёмная фигура подошла ко мне вплотную так, что у меня перехватило дыхание. Это был Олег. Он решил забрать нас с собой. Тело пронзила острая боль, сознание вдруг помутнело. Последнее, что я помню, — это темнота и холод.
Жуткий холод.
Закончив рассказ, девушка попросила воды.
— Это всё? — угрюмо спросил темноволосый мужчина в полицейской форме Девушка отрешённо кивнула. Её измученный вид вызывал жалость, при чём именно брезгливую жалость.
— Хорошо, — второй мужчина, лет 25, поправил воротник на форме и, скрестив руки на груди, отдал распоряжение отвести девушку в камеру, где она проведёт время до решения суда.
— Что скажешь, Вань? — обратился второй полицейский к первому, добавляя во взгляд проницательности.
— А что тут говорить? — нахмурился Иван, — Маринка, психолог наш перед тем как привести её на допрос, рассказала, что по всем признакам у неё явная параноидальная шизофрения. Не пережила, деваха, смерть мужа, вот и пошатнулось её психика. Задушила сперва старуху, а потом уже и сына, — одевшись, мужчины выключили свет и вышли из офиса.
Яркая вспышка молнии на миг осветила комнату, озаряя помещение мертвенно-синим цветом. На долю секунды, в углу показались две человеческие тени: одна из них принадлежала ребёнку.
— Не оставляй меня. Только не так.
Тёмная фигура подошла ко мне вплотную так, что у меня перехватило дыхание. Это был Олег. Он решил забрать нас с собой. Тело пронзила острая боль, сознание вдруг помутнело. Последнее, что я помню, — это темнота и холод.
Жуткий холод.
Закончив рассказ, девушка попросила воды.
— Это всё? — угрюмо спросил темноволосый мужчина в полицейской форме Девушка отрешённо кивнула. Её измученный вид вызывал жалость, при чём именно брезгливую жалость.
— Хорошо, — второй мужчина, лет 25, поправил воротник на форме и, скрестив руки на груди, отдал распоряжение отвести девушку в камеру, где она проведёт время до решения суда.
— Что скажешь, Вань? — обратился второй полицейский к первому, добавляя во взгляд проницательности.
— А что тут говорить? — нахмурился Иван, — Маринка, психолог наш перед тем как привести её на допрос, рассказала, что по всем признакам у неё явная параноидальная шизофрения. Не пережила, деваха, смерть мужа, вот и пошатнулось её психика. Задушила сперва старуху, а потом уже и сына, — одевшись, мужчины выключили свет и вышли из офиса.
Яркая вспышка молнии на миг осветила комнату, озаряя помещение мертвенно-синим цветом. На долю секунды, в углу показались две человеческие тени: одна из них принадлежала ребёнку.
Страница 3 из 3
