Бабуля моя в молодости работала почтальоном. Письма, газеты — это одно. А как война началась и похоронки пошли… Тут и почувствовала бабушка на себе всю тяжесть чужого горя. Бывало, ноги не идут в тот дом, куда эту проклятую похоронку отнести надо. Ведь всё это родственники, соседи, друзья. А ты им в руки — такое… Бабушка всегда утирала слезы, вспоминая об этом. Очень она боялась, что придется нести страшную весть и подруге своей, Катеньке. Та замуж вышла прямо перед войной. А через месяц Сережу забрали на фронт.
2 мин, 19 сек 12336
Долго не было ни слуху ни духу, а потом письма стали приходить. Мол, ранен был, а сейчас на поправку пошел. Катя была сирота, близкой родни не имела, только каких-то очень дальних родственников, о которых знала разве что имена. Жила она с родителями мужа. После того как на старших сыновей похоронки пришли, свекор со свекровью сильно сдали, начали болеть. Да так один за другим и померли. Катя все переживала, что мужу скажет, когда он вернется, ведь не уберегла родителей. И в письмах ему ничего об этом не говорила. Бабушка моя утешала ее, как могла.
После Победы, когда война официально закончилась, Сергей опять писать перестал. Катя каждый день на дорогу смотрела и бабушку мою спрашивала, нет ли письма. А его все не было.
— Не волнуйся, Катя, все будет хорошо, — утешала ее бабушка.
— Может, он в поезде где едет. Или завалы помогает разбирать.
Сама-то бабуля письма от жениха, моего будущего деда, регулярно получала. Тот писал, что вернется, но неизвестно когда, — еще дел много осталось. Так бабушка и Кате передавала. Потерпи, мол.
Как-то летним вечером бабушка шла домой с поля. Она немного припозднилась, собирая травы для чая. И вот идет она в сумерках от опушки мимо Катиной избы, она самая ближняя к лесу. И вдруг видит: мелькнуло что-то огненно-яркое по небу, как сноп искр из костра. Засветилось, пролетело по воздуху совершенно бесшумно — и нырнуло прямо в трубу. Бабушка от испуга даже споткнулась и чуть травы не выронила. Молодая была, зрение хорошее, так что ничего ей не почудилось. Но что это было — понять не смогла. Глаза протерла — все на месте. Вот и Катина изба, ничего необычного нигде не видно. Странно.
Решила к подруге зайти, проверить. Толкнула было ее калитку, а тут и Катя выскочила из дома, что-то схватила у крыльца и махнула рукой:
— Приходи завтра обязательно! Радость-то какая!
А сама аж вся светится. И назад убежала. Бабушка еще постояла у калитки в раздумьях. Но зайти не решилась и пошла домой. Бабуля подумала о всяких бесах, которые приходят к одиноким женщинам под видом их мужей. Да только поверить не могла, что действительно это увидела.
Ночью спала плохо, ворочалась, снилось что-то нехорошее. А утром вскочила ни свет ни заря, словно кто под бок толкнул. К подружке же ведь надо зайти. Радость какая-то у нее…
Она и побежала прямо с утра. На дворе у Кати тишина. Бабушке стало не по себе. Вошла она в избу и видит: на столе скатерть постелена, самая лучшая, вышитая. Катя ее специально до прихода Сережи берегла. На скатерти две тарелки, две чашки, ложки тоже две. Угощение нетронутое, мухи над ним летают. Катя сидит, привалилась к столешнице. Бабушка сразу поняла, что подружка ее неживая, навидалась мертвых за войну. Как увидела бабушка эту картину, так и села на лавку, ноги подкосились. А сама вспомнила про похоронку на Катиного мужа, которую получила вчера. Да отдать не решилась сразу…
После Победы, когда война официально закончилась, Сергей опять писать перестал. Катя каждый день на дорогу смотрела и бабушку мою спрашивала, нет ли письма. А его все не было.
— Не волнуйся, Катя, все будет хорошо, — утешала ее бабушка.
— Может, он в поезде где едет. Или завалы помогает разбирать.
Сама-то бабуля письма от жениха, моего будущего деда, регулярно получала. Тот писал, что вернется, но неизвестно когда, — еще дел много осталось. Так бабушка и Кате передавала. Потерпи, мол.
Как-то летним вечером бабушка шла домой с поля. Она немного припозднилась, собирая травы для чая. И вот идет она в сумерках от опушки мимо Катиной избы, она самая ближняя к лесу. И вдруг видит: мелькнуло что-то огненно-яркое по небу, как сноп искр из костра. Засветилось, пролетело по воздуху совершенно бесшумно — и нырнуло прямо в трубу. Бабушка от испуга даже споткнулась и чуть травы не выронила. Молодая была, зрение хорошее, так что ничего ей не почудилось. Но что это было — понять не смогла. Глаза протерла — все на месте. Вот и Катина изба, ничего необычного нигде не видно. Странно.
Решила к подруге зайти, проверить. Толкнула было ее калитку, а тут и Катя выскочила из дома, что-то схватила у крыльца и махнула рукой:
— Приходи завтра обязательно! Радость-то какая!
А сама аж вся светится. И назад убежала. Бабушка еще постояла у калитки в раздумьях. Но зайти не решилась и пошла домой. Бабуля подумала о всяких бесах, которые приходят к одиноким женщинам под видом их мужей. Да только поверить не могла, что действительно это увидела.
Ночью спала плохо, ворочалась, снилось что-то нехорошее. А утром вскочила ни свет ни заря, словно кто под бок толкнул. К подружке же ведь надо зайти. Радость какая-то у нее…
Она и побежала прямо с утра. На дворе у Кати тишина. Бабушке стало не по себе. Вошла она в избу и видит: на столе скатерть постелена, самая лучшая, вышитая. Катя ее специально до прихода Сережи берегла. На скатерти две тарелки, две чашки, ложки тоже две. Угощение нетронутое, мухи над ним летают. Катя сидит, привалилась к столешнице. Бабушка сразу поняла, что подружка ее неживая, навидалась мертвых за войну. Как увидела бабушка эту картину, так и села на лавку, ноги подкосились. А сама вспомнила про похоронку на Катиного мужа, которую получила вчера. Да отдать не решилась сразу…
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
