Ранней осенью 1988 года взвод солдат-стройбатовцев расчищал помещения в замке XVII века. Строение сильно пострадало во время последней войны и представляло собой почти сплошные руины. На угловой корпус — единственную более-менее сохранившуюся часть — зарился местный совхоз. Он-то и заказал ремонт.
160 мин, 37 сек 7290
Он наконец издал удовлетворённый стон. И вампирша вдруг изогнулась, вздрогнула, непроизвольно подалась ему навстречу. Из глаз Таисьи вылетели два огонька и впились в заволошенную грудь мужчины.
Свершилось!
Амалия, ещё в забытьи, ещё не вполне почувствовав себя в новом теле, отпрянула от толстой бабы, разлёгшейся на телогрейке.
Спустя минуту вампирша очнулась окончательно, встала и принялась торопливо надевать на себя трусы Копашева, его майку и штаны.
Пришла в себя и Таисья. Освобождённая от духа вампирши, она внезапно вспомнила всё, что с ней произошло — начиная с той минуты, когда полоумный солдат набросился на неё в доме отца. В её памяти воскрес вчерашний кровавый вечер, убийство мужа, матери, ребёнка… О господи, зачем она это сделала? Какая чёрная сила двигала ею? А ведь она сделала всё это сама, своими собственными руками…
Страшные воспоминания настолько потрясли Таисью, что её бедный рассудок помутился. Она завопила. Голая, она выпрыгнула из вагона и побежала через рельсы, спотыкаясь, крича и нелепо взмахивая руками, не обращая внимание на свистки милиционеров.
Вампирша спокойно наблюдала из дверей вагона, как Таисья подбежала к стоявшему невдалеке поезду и с душераздирающим воплем бросилась головой на металлический угол. Удар был настолько силён, что из расколовшегося черепа брызнул мозг.
Тело самоубийцы рухнуло на рельсы. К нему уже спешили милиционеры, сдерживая рвущихся с поводков собак.
Глава девятая,
в которой Амалия посещает жилище Копашева и знакомится с его сожительницей
Амалия ещё раз оглядела свои мужские руки, ноги, худощавую грудь в рыжих волосах. Провела ладонью по подбородку, с неудовольствием ощупывая щетину. Пожалуй, это тело будет похуже солдатикового. Но выбирать не приходится.
Она завершила процесс одевания, натянув поверх рубахи телогрейку. Теперь она выглядит как настоящий железнодорожник, и первая её задача — поскорей унести ноги с места происшествия. Вампирша оглянулась на сослуживца Копашева. Тот продолжал спать, развалившись в углу в неудобной позе. Голова его свесилась набок, бледная шея обнажилась. Эх, ножичком бы по ней… Амалия проглотила слюну. Нет, нет! Прочь искушение! В новом теле она должна оставаться вне подозрений как можно дольше…
Уже окончательно рассвело, когда завладевшая плотью Копашева вампирша рысью бежала по шпалам, перескакивая через рельсы и оглядываясь на сгрудившихся в отдалении милиционеров. Двое из них направились к локомотиву.
Издали послышался приближающийся свист. Это шёл скорый поезд, без остановки проходивший через Н. Грохочущая лавина надвинулась и скрыла Амалию от глаз стражей порядка. Вот удобный случай перебежать открытое пространство до темнеющего невдалеке забора!
Амалия так и поступила. Дорога вдоль забора, по которой она быстро зашагала, вывела её на какую-то улицу. С неё Амалия свернула в переулок, прошла его до конца и тут только остановилась, отдышалась, огляделась по сторонам.
Милиционеров нигде не было. Прямо перед ней отрывалась площадь с памятником какому-то коренастому плешивому человеку. За спиной памятника возвышалось серое монументальное здание в три этажа, которое таращилось на Амалию чёрными квадратами своих окон. Из лужи перед памятником лакала воду низенькая собачонка; при виде Амалии она потрусила прочь, поджав хвост и поминутно оглядываясь.
Вчера графиня не успела толком рассмотреть город. Теперь, при свете дня, он показался ей нелепым и скучным до тошноты. Прохожие все были какие-то угрюмые, усталые. Амалия ни разу не видела, чтоб кто-нибудь поклонился встречному, снял шляпу, хотя бы просто поздоровался.
«Если мир и изменился, то только к худшему», — вздохнув, помыслила вампирша.
Она остановилась у заколоченного киоска, нырнула в память Копашева и выудила оттуда сведения о его жилище. Оказалось, он жил недалеко от Таисьи. Направляясь туда, Амалия не смогла отказать себе в удовольствии бросить взгляд на место своих вчерашних подвигов. У калитки таисьиного дома стояла небольшая толпа. Люди тихо переговаривались. Графиня на всякий случай перешла на другую сторону улицы, хотя в этом не было необходимости: на железнодорожника, возвращавшегося после ночной смены, никто не обратил внимание.
Идя, Амалия продолжала шарить в памяти своей новой жертвы. Прежде всего её интересовали знакомые Копашева. Вампирша прекрасно отдавала себе отчёт, что в этом новом, ещё таком необычном для неё мире ей трудно будет разыскать учёного. С её более чем скудными познаниями в географии ей сложно будет даже найти тот город, где он живёт. Нужен помощник, проводник…
Свершилось!
Амалия, ещё в забытьи, ещё не вполне почувствовав себя в новом теле, отпрянула от толстой бабы, разлёгшейся на телогрейке.
Спустя минуту вампирша очнулась окончательно, встала и принялась торопливо надевать на себя трусы Копашева, его майку и штаны.
Пришла в себя и Таисья. Освобождённая от духа вампирши, она внезапно вспомнила всё, что с ней произошло — начиная с той минуты, когда полоумный солдат набросился на неё в доме отца. В её памяти воскрес вчерашний кровавый вечер, убийство мужа, матери, ребёнка… О господи, зачем она это сделала? Какая чёрная сила двигала ею? А ведь она сделала всё это сама, своими собственными руками…
Страшные воспоминания настолько потрясли Таисью, что её бедный рассудок помутился. Она завопила. Голая, она выпрыгнула из вагона и побежала через рельсы, спотыкаясь, крича и нелепо взмахивая руками, не обращая внимание на свистки милиционеров.
Вампирша спокойно наблюдала из дверей вагона, как Таисья подбежала к стоявшему невдалеке поезду и с душераздирающим воплем бросилась головой на металлический угол. Удар был настолько силён, что из расколовшегося черепа брызнул мозг.
Тело самоубийцы рухнуло на рельсы. К нему уже спешили милиционеры, сдерживая рвущихся с поводков собак.
Глава девятая,
в которой Амалия посещает жилище Копашева и знакомится с его сожительницей
Амалия ещё раз оглядела свои мужские руки, ноги, худощавую грудь в рыжих волосах. Провела ладонью по подбородку, с неудовольствием ощупывая щетину. Пожалуй, это тело будет похуже солдатикового. Но выбирать не приходится.
Она завершила процесс одевания, натянув поверх рубахи телогрейку. Теперь она выглядит как настоящий железнодорожник, и первая её задача — поскорей унести ноги с места происшествия. Вампирша оглянулась на сослуживца Копашева. Тот продолжал спать, развалившись в углу в неудобной позе. Голова его свесилась набок, бледная шея обнажилась. Эх, ножичком бы по ней… Амалия проглотила слюну. Нет, нет! Прочь искушение! В новом теле она должна оставаться вне подозрений как можно дольше…
Уже окончательно рассвело, когда завладевшая плотью Копашева вампирша рысью бежала по шпалам, перескакивая через рельсы и оглядываясь на сгрудившихся в отдалении милиционеров. Двое из них направились к локомотиву.
Издали послышался приближающийся свист. Это шёл скорый поезд, без остановки проходивший через Н. Грохочущая лавина надвинулась и скрыла Амалию от глаз стражей порядка. Вот удобный случай перебежать открытое пространство до темнеющего невдалеке забора!
Амалия так и поступила. Дорога вдоль забора, по которой она быстро зашагала, вывела её на какую-то улицу. С неё Амалия свернула в переулок, прошла его до конца и тут только остановилась, отдышалась, огляделась по сторонам.
Милиционеров нигде не было. Прямо перед ней отрывалась площадь с памятником какому-то коренастому плешивому человеку. За спиной памятника возвышалось серое монументальное здание в три этажа, которое таращилось на Амалию чёрными квадратами своих окон. Из лужи перед памятником лакала воду низенькая собачонка; при виде Амалии она потрусила прочь, поджав хвост и поминутно оглядываясь.
Вчера графиня не успела толком рассмотреть город. Теперь, при свете дня, он показался ей нелепым и скучным до тошноты. Прохожие все были какие-то угрюмые, усталые. Амалия ни разу не видела, чтоб кто-нибудь поклонился встречному, снял шляпу, хотя бы просто поздоровался.
«Если мир и изменился, то только к худшему», — вздохнув, помыслила вампирша.
Она остановилась у заколоченного киоска, нырнула в память Копашева и выудила оттуда сведения о его жилище. Оказалось, он жил недалеко от Таисьи. Направляясь туда, Амалия не смогла отказать себе в удовольствии бросить взгляд на место своих вчерашних подвигов. У калитки таисьиного дома стояла небольшая толпа. Люди тихо переговаривались. Графиня на всякий случай перешла на другую сторону улицы, хотя в этом не было необходимости: на железнодорожника, возвращавшегося после ночной смены, никто не обратил внимание.
Идя, Амалия продолжала шарить в памяти своей новой жертвы. Прежде всего её интересовали знакомые Копашева. Вампирша прекрасно отдавала себе отчёт, что в этом новом, ещё таком необычном для неё мире ей трудно будет разыскать учёного. С её более чем скудными познаниями в географии ей сложно будет даже найти тот город, где он живёт. Нужен помощник, проводник…
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 24 из 45
