Нападение на 45-летнюю проститутку Эмму Смит произошло поздно вечером 2 апреля 1888 г. Женщина находилась на своем «участке» на улице, примыкавшей к собору Святой Девы Марии в лондонскои Ист-энде.
93 мин, 38 сек 16552
Надо сказать, что не только это утверждение доктора бонда вызвало недоумение полицейских. При разборе бумаг скончавшегося Филлипса были найдены его записи, в которых доктор полагал, что убийство Келли произошло между 5.00 и 6.00 часами утра 9 ноября. Т. е. разница в определении времени смерти докторами Бондом и Филлипсом составляла не менее 4 часов. С одной стороны, заключение Филлипса было предварительным, но с другой — он лично осматривал место преступления и оценивал состояние трупа (степень окоченения, температуру и пр… Поэтому, теоретически, заключение Филлипса представлялось более обоснованным и достоверным. С другой стороны, он не успел его огласить и неизвестно, каков оказался бы окончательный вердикт доктора.
Когда королева Виктория получила доклад об очередном убийстве в Уайтчепеле, она с негодованием воскликнула: «Все наши суды д. б. сожжены, а детективы — заменены лучшими. Они не таковы, какими им надлежит быть!»
Гибель Мэри Келли вызвала в Ист-энде настоящий шок. Уайтчепел по словам лондонских репортеров обезлюдел. Все, кто мог уехать, покинули район. Кому ехать было некуда, старались не выходить на улицы.
Полиция арестовывала всех, когда-либо имевших столкновения с законом за насильственные преступления. Срок давности значения не имел. В те ноябрьские дни могло показаться, что лондонские блюстители порядка задались целью пересажать в тюрьму всех своих знакомых. До того педантичная и весьма аккуратная в своих действиях английская полиция действовала теперь с совершенно ей несвойственными резкостью и непримиримостью. С другой стороны, подобное безадресное ожесточение свидетельствовало о полной дезорганизации следствия. Детективы явно не знали кого и где им следует искать.
Впрочем, оставалась все же надежда на то, что полиции повезет. Дело в том, что следствию удалось найти перспективного свидетеля, давшего очень важные показания.
Джордж Хатчинсон лично был знаком с Мери Келли. Он встретил ее на Дорсет-стрит около 2.00 ночи с 8 на 9 ноября и Мэри попросила у него денег. Хатчинсон, чернорабочий по профессии, был в тот момент совершенно без гроша. Он объяснил приятельнице всю плачевность своего финансового положения и они несколько минут просто поболтали. Келли отошла от Хатчинсона, но буквально через дюжину шагов заговорила с другим мужчиной. Они поладили и незнакомец обнял Мери Келли за плечи. Они неспешно прошли мимо Хатчинсона и свидетель, стоявший под фонарем возле здания «Квинс хеад паблик», получил возможность хорошо рассмотреть клиента Мэри Келли. Поскольку воспоминания о «Джеке-потрошителе» были свежи, Хатчинсон испытывал тревогу за Келли. Парочка пошла по Дорсет-стрит, а Хатчинсон двинулся за ними следом, дабы быть уверенным, что незнакомец не обидит женщину. Около трех минут он шагал в метрах двадцати позади Мэри Келли и ее клиента, пока, наконец, они не остановились на тротуаре. Хатчинсону пришлось невольно обогнать парочку. Проходя мимо, свидетель отчетливо слышал слова Мэри, обращенные к незнакомцу:«Хорошо, мой дорогой, Вы будете довольны» («All right, my dear, come along you will be comfortable»). Уже удаляясь, Хатчинсон слышал, что Мэри сказала про потерянный носовой платок; незнакомец дал ей свой.
Свидетель дал такое описание клиента Мэри Келли. Возраст 34-35 лет, рост около 1,65 см., бледное лицо, усики с загнутыми вверх кончиками, темные выразительные глаза; был одет в длинное темное пальто, темный пиджак под ним и легкий шелковый жилет, темные брюки, темная шляпа с загнутыми вверх полями. В руках незнакомец имел небольшую мужскую сумочку из кожи. Хатчинсону бросилась в глаза длинная цепочка для брегета с красным камнем. Свидетель подчеркивал, что никаких бакенбардов или бородки незнакомец не имел, напротив, его подбородок был тщательно выбрит, а усики казались тщательно ухоженными. Клиент Келли казался похожим на еврея. Хатчинсон уверенно заявил, что сможет опознать этого человека, поскольку нарочито рассматривал его с целью получше запомнить. Кроме того, он полагал, что видел этого человека 4 ноября (т. е. за 4 дня до того) в переулке Петтикот.
О показаниях, которые дал Джордж Хатчинсон полиция могла только мечтать. Чтобы не спугнуть раньше времени преступника о существовании столь ценного свидетеля не было сообщено прессе. Даже из двух десятков детективов, занятых расследованием, в известность о сути полученной информации были проинформированы буквально четыре человека. Особый «летучий отряд», сформированный из самых опытных полицейских переодетых в штатское, целыми днями перемещался по Уайтчепелу и прилегающим районам Ист-энда в надежде найти последнего клиента Мэри. Вместе с «летучим отрядом» ходил по улицам и Хатчинсон, которому предстояло опознать этого человека.
Когда королева Виктория получила доклад об очередном убийстве в Уайтчепеле, она с негодованием воскликнула: «Все наши суды д. б. сожжены, а детективы — заменены лучшими. Они не таковы, какими им надлежит быть!»
Гибель Мэри Келли вызвала в Ист-энде настоящий шок. Уайтчепел по словам лондонских репортеров обезлюдел. Все, кто мог уехать, покинули район. Кому ехать было некуда, старались не выходить на улицы.
Полиция арестовывала всех, когда-либо имевших столкновения с законом за насильственные преступления. Срок давности значения не имел. В те ноябрьские дни могло показаться, что лондонские блюстители порядка задались целью пересажать в тюрьму всех своих знакомых. До того педантичная и весьма аккуратная в своих действиях английская полиция действовала теперь с совершенно ей несвойственными резкостью и непримиримостью. С другой стороны, подобное безадресное ожесточение свидетельствовало о полной дезорганизации следствия. Детективы явно не знали кого и где им следует искать.
Впрочем, оставалась все же надежда на то, что полиции повезет. Дело в том, что следствию удалось найти перспективного свидетеля, давшего очень важные показания.
Джордж Хатчинсон лично был знаком с Мери Келли. Он встретил ее на Дорсет-стрит около 2.00 ночи с 8 на 9 ноября и Мэри попросила у него денег. Хатчинсон, чернорабочий по профессии, был в тот момент совершенно без гроша. Он объяснил приятельнице всю плачевность своего финансового положения и они несколько минут просто поболтали. Келли отошла от Хатчинсона, но буквально через дюжину шагов заговорила с другим мужчиной. Они поладили и незнакомец обнял Мери Келли за плечи. Они неспешно прошли мимо Хатчинсона и свидетель, стоявший под фонарем возле здания «Квинс хеад паблик», получил возможность хорошо рассмотреть клиента Мэри Келли. Поскольку воспоминания о «Джеке-потрошителе» были свежи, Хатчинсон испытывал тревогу за Келли. Парочка пошла по Дорсет-стрит, а Хатчинсон двинулся за ними следом, дабы быть уверенным, что незнакомец не обидит женщину. Около трех минут он шагал в метрах двадцати позади Мэри Келли и ее клиента, пока, наконец, они не остановились на тротуаре. Хатчинсону пришлось невольно обогнать парочку. Проходя мимо, свидетель отчетливо слышал слова Мэри, обращенные к незнакомцу:«Хорошо, мой дорогой, Вы будете довольны» («All right, my dear, come along you will be comfortable»). Уже удаляясь, Хатчинсон слышал, что Мэри сказала про потерянный носовой платок; незнакомец дал ей свой.
Свидетель дал такое описание клиента Мэри Келли. Возраст 34-35 лет, рост около 1,65 см., бледное лицо, усики с загнутыми вверх кончиками, темные выразительные глаза; был одет в длинное темное пальто, темный пиджак под ним и легкий шелковый жилет, темные брюки, темная шляпа с загнутыми вверх полями. В руках незнакомец имел небольшую мужскую сумочку из кожи. Хатчинсону бросилась в глаза длинная цепочка для брегета с красным камнем. Свидетель подчеркивал, что никаких бакенбардов или бородки незнакомец не имел, напротив, его подбородок был тщательно выбрит, а усики казались тщательно ухоженными. Клиент Келли казался похожим на еврея. Хатчинсон уверенно заявил, что сможет опознать этого человека, поскольку нарочито рассматривал его с целью получше запомнить. Кроме того, он полагал, что видел этого человека 4 ноября (т. е. за 4 дня до того) в переулке Петтикот.
О показаниях, которые дал Джордж Хатчинсон полиция могла только мечтать. Чтобы не спугнуть раньше времени преступника о существовании столь ценного свидетеля не было сообщено прессе. Даже из двух десятков детективов, занятых расследованием, в известность о сути полученной информации были проинформированы буквально четыре человека. Особый «летучий отряд», сформированный из самых опытных полицейских переодетых в штатское, целыми днями перемещался по Уайтчепелу и прилегающим районам Ист-энда в надежде найти последнего клиента Мэри. Вместе с «летучим отрядом» ходил по улицам и Хатчинсон, которому предстояло опознать этого человека.
История ждёт вашего следа
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить след
Страница 17 из 30
