— Да вылезешь ты из бутылки или нет?! Я тебя туда посадил, я тебя и достану! Подожди-подожди! Чо молчишь? Немой, типа?! Счас я тебе… — художник трясущимися руками поджигает сигарету и, набрав полные легкие дыма, пускает струю прямо в горлышко красивой коричневой бутылки из-под рома.
Джинн мигнул и исчез. Человек ладонью попытался стереть кровь с губы, еще больше размазав её около рта, осторожно положил дракона в бардачок и завел двигатель.
Художник ждал. Он был умыт, выбрит, постирал одежду и даже немного прибрался в квартире. Бутылка с джинном стояла на шкафу, так и не закрытая пробкой, а дракон был спрятан в ведро, на балконе. Чтобы занять себя, художник перебирал свои картины. Вот тюльпаны в вазе. Вот рюмка, долька лимона и блюдо с халвой. А вот сюрреализм — змеи на сковороде, которая вырастает из яблони, а внизу видна серая спина… — Ничего, — шепчет художник, — скоро вас на выставку. Всех на выставку. По блату. И телевидение. По протекции. Увидим, чья возьмет… Пустую раму он заклеил бумагой и завесил половиком. Свет лился теперь только из второй половины окна. И всё равно было холодно. Холодно, полутемно и пусто. Открытое пространство в центре похоже на разгромленный и сданный врагу плацдарм. Художник курил, стряхивая пепел прямо на пол, когда в дверь позвонили. Он ухмыльнулся, подошел к двери и посмотрел в глазок. Потом бросился на балкон, перегнулся через перила, но и во дворе его тоже ждали. Тем временем, не дожидаясь пока он на что-то решится, дверь в квартиру выбили. Двое в кожаных куртках вошли и взяли его под руки. Следом появился хозяин дракона, держа в руках сложенный вчетверо лист. Когда он развернул его, художник увидел свой собственный автопортрет и закричал. Его ударили под дых.
— Ты, значит? — без эмоций сказал хозяин дракона.
— Ты. Жену и ребенка… зачем? Из-за дерьмового куска золота? Сука ты. Где твой немой?
Тогда художник вспомнил улыбку джинна и хрипло засмеялся.
— В машину его, — сказал хозяин дракона.
— У нас будет очень долгий разговор.
И тьма опустилась и поглотила человека.