Эффект бабочки

Он всё подбирал пароли, уже доходя до абсурда, но ничего не подходило. Тут его взгляд упал на фотографию, стоявшую на столе. Там было трое: Гарри, Драко и маленький Скорпи. Точно!

— Скорпиус?

Камин загорелся зеленым пламенем и мирно затрещал поленьями.

— Нужно было сразу догадаться, что я такой фанат своего сына, — буркнул Гарри, зачерпывая порцию пороха. — Северус Снейп.

Пару минут ничего не происходило, камин шипел, да и только. Потом там появилась заспанная взъерошенная голова бывшего профессора зелий.

— Ты хотел поговорить, любимый?

«Любимый?! Вот я — скотина какая!»

— Эээ… Вообще-то да.

— Ой, Гарри, прости, я перепутал тебя… — «черт, так это не я, а Драко — скотина!». — С Сириусом.

«Тогда Сириус — скотина. Мы ещё и с ним живем?!». Глаза Гарри всё больше и больше расширялись, он уже забыл, зачем вызвал Северуса.

— Я хотел спросить у тебя кое-что. Ты только не удивляйся, хорошо?

Профессор напрягся и кивнул головой. Он уже ничему не удивляется.

— Мне нужно знать. Что случилось два года назад с Драко?

Северус поперхнулся воздухом, удивившись такому вопросу, но взял себя в руки и спросил:

— Почему ты спрашиваешь? Куда ты дел настоящего Гарри?

— Северус, это я, правда, только… — Поттер вздохнул и выпрямил спину. — Что ты знаешь об альтернативных реальностях?

— Это что, я, получается, умер от укуса змеи там у тебя? Я что, совсем дурак? Я ж зельевар. Тем более, от яда Нагайны у меня есть противоядие. Кошмар какой-то. И Сириус умер. Какая-то дурацкая у тебя реальность, Гарри.

— Какая есть, — он пожал плечами. — Хотя я тоже считаю её таковой, поэтому и нахожусь здесь. Расскажи мне про Драко.

— Мне тяжело об этом говорить, но ты должен знать… — Северус вздохнул, собираясь с силами. — Три года назад закончилась война с Волдемортом. Мы победили, но и понесли огромные потери. Одной из таких потерь должен был стать ты. В финальной битве, когда ты поразил Лорда смертельным заклинанием, он успел ударить в тебя черномагическим проклятием. Три месяца ты пробыл в глубокой коме, никто даже не знал, можно ли тебя вытащить. Когда ты очнулся, ты мог только двигать глазами и шепотом говорить. Вся твоя магия была уничтожена. В течение полугода мы с Драко искали во всех библиотеках информацию об этом проклятье, но ничего не находили. Он улетел в Албанию искать там, в древних библиотеках, и вернулся с редкими письменами, в которых был описан тяжелый темномагический обряд, позволяющий вытащить тебя из этого состояния. Но был один минус. Вытащив проклятье из тебя, его нужно было перенести на добровольца. С меньшими потерями, но всё же. Драко стал этим добровольцем. Он пришел к тебе все рассказать, вы долго спорили, ты безмолвно плакал и не соглашался, а он уговаривал тебя. В итоге, погрузив тебя в магический сон, мы провели обряд. После него ты проспал неделю и очнулся таким же, какой и был до проклятия, а Драко, забрав всё на себя, оказался парализован ниже пояса. В течение следующих почти двух лет ты искал возможность помочь ему, лекарство, общался со всеми великими и не очень магами, со всеми, кто когда-либо слышал о подобных вещах, ты перерыл множество книг, поднял на уши лучших зельеваров, но никто не мог помочь. Ты смирился. К тому же вы поженились, Скорпиус подрастал, ему исполнился недавно год, и у тебя уже не было времени.

Гарри ничего не мог ответить Северусу, он беззвучно плакал, уткнувшись лицом в собственные ладони. Как? Как такое могло случиться? Как он это допустил? Смирился? Это невозможно, не так, должен быть шанс! Он поднял на Снейпа красные глаза:

— А повторно провести обратный обряд нельзя?

Тот покачал головой:

— Нет, иначе кто-нибудь из вас умрет.

Гарри отрешенно смотрел в пустоту и ни о чем не думал. В голове вертелись все те же вопросы. Как? Почему? За что? Он ощутил такую невероятную гамму чувств по отношению к Драко, что это трудно описать. Благодарность, нежность, какую-то трогательную жалость, его хотелось оберегать, любить и заботиться. Только это и оставалось делать. И помочь ему никак нельзя… Чувства к Малфою из каждой реальности накладывались друг на друга, смешивались, объединялись, превращаясь в одно невероятное, распирающее изнутри, которое вдохновляло и делало счастливым.

— Спасибо, Северус.

— Пожалуйста, Гарри, — тот ободряюще улыбнулся и растворился в зеленом пламени.

Помочь ему можно. Поттер решительно встал на ноги. Я изменю эту реальность, я создам другую! Только нужно найти шарф…

— Папа Гайи, тебя зовет папа Дьяко! — послышался голос малыша из коридора.

«Хм, странно, я думал, что он старше. Какой у нас сын, развит не по годам», — с гордостью подумал Гарри и направился в спальню.

— Иду, сынок!

Драко поглаживал мужа по волосам и с улыбкой приговаривал:

— Ну, ну, милый, что с тобой такое сегодня? — он жестом попросил эльфа подложить под спину подушку и поднять изголовье кровати, чтобы обрести сидячее положение. Теперь он обнял голову и плечи Гарри, прижав его к груди как ребенка, и слегка покачивался, будто убаюкивая. — В чем дело, любимый?