Эликсир жизни

В то же время, в процессе совместных занятий девчонка не проявляла и тени страха. Исследования увлекали ее так же, как его. За это он уважал Гермиону. Возможно, только поэтому он с ней и продолжал общаться. А может быть, и не только. Возможно, ему просто было хорошо рядом с ней. Особенно, когда в медовых глазах мелькали искры восхищения.

Когда они закончили перешептываться по поводу одного из символов, повисла тишина. Которую прервала Гермиона.

— Том, неужели ты думаешь, что такие выходки приблизят тебя к цели? И магглорожденные побегут из Хогвартса? — шепот девушки был сух и быстр.

— А почему бы и нет? — хмыкнул Риддл. — По крайней мере, они поймут, что им далеко не рады в волшебном мире.

— Дамблдор подозревает, что Тайная комната открыта, — покачала головой она.

— Откуда ты знаешь? — нахмурился он.

Это было плохо. Впрочем, неудивительно, что старый лис сразу пронюхал, откуда ветер дует. Главное, не дать ему ничего доказать.

— Случайно услышала. И ты думаешь, он не в курсе, что ты можешь быть наследником Слизерина? — в ее глазах читалась явная озабоченность.

Мило. Она переживает за него или за себя?

Том криво усмехнулся:

— У него нет доказательств.

— Зато он может замучить тебя слежкой, — резонно возразила она.

— А кто сказал, что я сам участвую в этом? — фыркнул он, однако мысленно согласился, что Дамблдор на такое вполне способен. — На что мне «Вальпургиевы рыцари»?

Гермиона вздохнула:

— Пожалуйста, будь осторожнее.

Теперь он уже улыбнулся, соблазнительно, очаровательно:

— Можешь в этом не сомневаться.

Девушка закатила глаза.

— Кстати, по поводу грязнокровок, — помолчав, вновь зашептала она. — Тебе не кажется, что от многих из них есть прок? И не только из-за того, что магам необходимо вливание новой крови, чтобы не выродиться… Не спорь, это факт… Но и потому что среди них попадаются весьма талантливые волшебники. Сама с такими знакома.

— Безопасность магического мира важнее, — сурово парировал он. — Наша главная идея не должна подвергаться сомнению. Помни, что мы заключили соглашение, потому даже и не думай идти поперек.

Его слова, похоже, рассердили Гермиону.

— Не тиранию ли ты называл альтернативным демократии путем? — едко процедила она. — До встречи.

И быстро собрав сумку, девушка стремительно вылетела из библиотеки.

Какая же она строптивая, эта девчонка. Как она, вообще, смеет выступать против основной идеи? Хотя… возможно, и есть в ее словах доля правды. Он полукровка, и он гений. Но это не значит, что все остальные будут такими же. К тому же, у него нет никаких связей с миром магглов. Ни семьи, ни друзей. И главное — он наследник самого Салазара Слизерина.

Да, было давно пора поставить на место зарвавшуюся мисс Гаррисвилль. Но проблема заключалась лишь в том, что он не хотел этого. А хотел совсем другого… Тогда почему бы это не совместить?

Гермиона сидела на диване у камина, уткнувшись в учебник по зельям. Но это был один из тех редких случаев, когда она не воспринимала ничего из того, что читала. Мысли девушки вращались вокруг Тома и его акции по запугиванию магглорожденных. Как ей стоило вести себя? Откровенно вступать в конфронтацию было глупо, исподтишка чинить препоны — в одиночестве сложно. К тому же, она никого не могла привлечь. Альфард как союзник отпадал после своей свинской выходки, от МакГонагалл ей нужно было держаться подальше, не говоря уже о Дамблдоре. Пустить антислух, что все это специально подстраивали магглоненавистники с целью извести из Хогвартса грязнокровок? Чтобы все перестали бояться? Своего рода пиарная компания. Возможно, это было как раз то, что нужно. Но главное, не спровоцировать Тома на нечто худшее.

Было поздно, гостиная уже давно опустела. И потому звук открывшейся входной двери прозвучал на редкость громко.

— Мне кажется, Том уже давно придумал весь план, — услышала девушка чей-то знакомый голос. Лестрейндж? — И просто хочет, чтобы мы были заняты. Вот и дает задания.

— Возможно. Но продумать все мелочи и ему не так легко, — Розье. — Тем более, у Риддла сейчас есть еще одно увлечение.

Собеседники, видимо, не заметили Гермиону, и она глубже сползла вниз, чтобы кудрявая макушка не виднелась из-за спинки дивана.

— А чего удивляться? Он нормальный парень, — равнодушно отозвался Лейстрендж. — Кто бы из нас отказался трахнуть Гаррисвилль?

Девушка почувствовала, как заливаются краской ее щеки. Она этого не слышала, нет.

— Ха. Вот только Риддл не признается, что хочет ее трахнуть, — заметил Розье. — Он говорит о каких-то совместных исследованиях.

— Да, он каждый вечер торчит с ней в библиотеке, — согласился его собеседник.

— А не окажется ли однажды эта Гаррисвилль среди Вальпургиевых рыцарей? — то ли с иронией, то ли с философским смирением протянул будущий Упивающийся.

— Скорее она окажется в его постели.

Сдавленные смешки.

— Кто знает, где быстрее она окажется, — продолжил тему Лейстрендж, — но, похоже, Риддл, наконец, влюбился.