Придерживаясь рукою за облезшие перила, Лариса, переступая мусор, спустилась на первый этаж. Девушка остановилась возле разрисованной всякими нецензурными надписями стены, глядя в треснутое зеркало, которое осталось от прежних времён. Её глаза пристально изучали собственное отражение, как будто видели в первый раз. Впрочем, наверное, так и было. Ведь каждый день, это новая жизнь. Не знаешь, как её проживёшь, и доживёшь ли до вечера?
112 мин, 0 сек 16498
Марк с равнодушием наблюдал за тем, как четверо человек двигаются в сторону трассы, постепенно уменьшаясь в размерах. Потом обернувшись к Михаилу, взглянул на здоровяка.
— А ты чего не пошёл?
Тот пожал плечами.
— Это глупо. Они погибнут.
— А чего тогда не остановил их?
— Зачем? Эти люди сами выбрали свою судьбу.
— Судьба, — повторил последнее слова Марк. — А можем ли мы её выбирать?
— Сейчас не то время, чтобы придаваться философии.
— Чего-чего? Какой ещё философии?
Михаил покачал головой, улыбнувшись.
Минут через тридцать, группа достигла первой из ферм. Людей видно не было, как впрочем, и животных.
— Наверное, они покинули эти места, — предположил Михаил, оглядывая опустевший дом.
— Скорее всего.
Держа автомат как дубинку, Марк, открыв со скрипом входную дверь, вошёл вовнутрь. В доме пахло едой, а ещё уютом. На кухне находилась посуда, вымытая, лежавшая на сушильне. В неработающем холодильнике парень обнаружил пакет с молоком, к которому надолго припал губами. Сухость во рту мучила с самого утра, а теперь можно было утолить свою жажду. Воду же пить нельзя, так как это чревато большими последствиями. По крайней мере, так думали многие.
Наконец напившись, парень покопался в холодильнике, отыскивая что-нибудь съестное. Ему попался кусок колбасы, желтоватый сыр, и ещё какая-то хрень в банках.
— Ты чего тут жрёшь? — спросил Лунатик, обводя кухню взглядом.
Не отвечая, Марк протянул приятелю пакет молока, который тот буквально выхватил из рук.
— Пей, и не подавись.
Закинув в рот колбасу, Марк приблизился к раковине, открывая ручку. Вода не пошла. Раздалось лишь шипение, которое вскоре смолкло.
— Ну и хрен с тобой, — пробормотал он. — Больно уж нужно. Все равно тебя пить нельзя.
— Хорошо, протянул Лунатик, громко рыгнув. — А больше там ничего нет?
— Посмотри, — предложил товарищ.
Приблизившись к окну, Марк какое-то время наблюдал за людьми, которые ходили по двору, как будто что-то искали. Возле одного из сараев стояла Юля, а рядом с ней тёрся сержант, на лице которого играла прежняя мерзкая улыбочка. Взгляд девушки и Марка встретился на какой-то миг, а потом мгновенно разошёлся по сторонам, как будто чего-то испугавшись.
— Ты погляди! — воскликнул Лунатик. — Здесь в банках жрачка. Похоже, что какое-то мясо.
— Ты бы с ним был осторожнее. Ещё пронесёт тебя.
— Да, чёрт возьми, я хочу жрать!
С этими словами приятель стал жадно заглатывать куски мяса, даже не жуя их. Несколько раз Лунатик подавился, но все равно не прекратил своего занятия.
— Парни, у вас всё нормально? — поинтересовался Михаил, входя в кухню.
— Нормально, — ответил Марк.
— Обычно, — буркнул Лунатик, продолжая жевать.
Он отвернулся от вошедшего человека, чтобы тот вдруг не попытался отобрать у него еду. Ведь в трущобах именно так и происходило. Не успел слопать, значит, обеспечил обедом кого-то другого, а себе же нажил неприятности.
— Я вот думаю, куда двинуться дальше?
— А что говорят остальные? — поинтересовался Марк, продолжая глядеть в окно.
— Кто что. Некоторые за то, чтобы вернуться обратно в город.
— Да, я тоже думал об этом.
— И почему не вернулся?
— Ответ итак ясен. В городе ждёт гибель. Да, там можно отыскать удобное местечко, в котором укроешься на какое-то время. Но человеку нужна жрачка. А где её взять? Правильно. Надо выходить из своего убежища и рыскать. А это лишняя опасность. В городе этих тварей особенно много, и вряд ли они подались к фермам.
— Верно говоришь, — согласился Михаил, подходя к окну и становясь рядом.
— Я думал отправиться на юг, к горам.
— И что тебя сдерживает?
— Дальность пути. Я со своим приятелем просто не дойду. Был бы транспорт, а на своих двоих глупо.
— За автомобилем можно вернуться обратно в город.
— Можно, да ненужно. Что-то желания нет. Как я уже говорил раньше, там слишком опасно. Единственный выход, это двигаться вперёд, обшаривая фермы, надеясь, что попадется тачка.
— Или грохнуть того, у кого есть эта самая тачка, — добавил Лунатик, держа в руке консерву.
Снаружи послышался какой-то шум. Оторвавшись от разглядывания унылого пейзажа, Марк поспешил во двор, где увидел возбуждённую толпу.
— Что произошло? — поинтересовался Михаил, который двигался следом.
— Там! В сарае!
Мужчина в разбитых очках указывал пальцем в сторону сооружения из дерева.
— Что там?
— Псих? — поинтересовался Марк, беря удобнее свою дубинку-автомат.
— Нет. Висельник.
— Кто-кто?
— Он повесился, — ответил очкарик.
Пройдя к сараю, Марк и Михаил увидели раскачивающегося в петле мужчину. Перекинув верёвку через балку, человек встав на табурет, повесился, решив, по-видимому, таким образом уйти от всех проблем.
— Бедняга, — пробормотал здоровяк.
— Слабак, — сплюнул Марк. — Одной паршивой овцой меньше.
Михаил поглядел на парня долгим взглядом, но ничего не сказал, решив оставить своё мнение при себе.
— Нужно бы его снять, и похоронить, — предложил кто-то.
— Давай, — отмахнулся Марк, который ничего не собирался делать для этого мертвеца.
— А ты чего не пошёл?
Тот пожал плечами.
— Это глупо. Они погибнут.
— А чего тогда не остановил их?
— Зачем? Эти люди сами выбрали свою судьбу.
— Судьба, — повторил последнее слова Марк. — А можем ли мы её выбирать?
— Сейчас не то время, чтобы придаваться философии.
— Чего-чего? Какой ещё философии?
Михаил покачал головой, улыбнувшись.
Минут через тридцать, группа достигла первой из ферм. Людей видно не было, как впрочем, и животных.
— Наверное, они покинули эти места, — предположил Михаил, оглядывая опустевший дом.
— Скорее всего.
Держа автомат как дубинку, Марк, открыв со скрипом входную дверь, вошёл вовнутрь. В доме пахло едой, а ещё уютом. На кухне находилась посуда, вымытая, лежавшая на сушильне. В неработающем холодильнике парень обнаружил пакет с молоком, к которому надолго припал губами. Сухость во рту мучила с самого утра, а теперь можно было утолить свою жажду. Воду же пить нельзя, так как это чревато большими последствиями. По крайней мере, так думали многие.
Наконец напившись, парень покопался в холодильнике, отыскивая что-нибудь съестное. Ему попался кусок колбасы, желтоватый сыр, и ещё какая-то хрень в банках.
— Ты чего тут жрёшь? — спросил Лунатик, обводя кухню взглядом.
Не отвечая, Марк протянул приятелю пакет молока, который тот буквально выхватил из рук.
— Пей, и не подавись.
Закинув в рот колбасу, Марк приблизился к раковине, открывая ручку. Вода не пошла. Раздалось лишь шипение, которое вскоре смолкло.
— Ну и хрен с тобой, — пробормотал он. — Больно уж нужно. Все равно тебя пить нельзя.
— Хорошо, протянул Лунатик, громко рыгнув. — А больше там ничего нет?
— Посмотри, — предложил товарищ.
Приблизившись к окну, Марк какое-то время наблюдал за людьми, которые ходили по двору, как будто что-то искали. Возле одного из сараев стояла Юля, а рядом с ней тёрся сержант, на лице которого играла прежняя мерзкая улыбочка. Взгляд девушки и Марка встретился на какой-то миг, а потом мгновенно разошёлся по сторонам, как будто чего-то испугавшись.
— Ты погляди! — воскликнул Лунатик. — Здесь в банках жрачка. Похоже, что какое-то мясо.
— Ты бы с ним был осторожнее. Ещё пронесёт тебя.
— Да, чёрт возьми, я хочу жрать!
С этими словами приятель стал жадно заглатывать куски мяса, даже не жуя их. Несколько раз Лунатик подавился, но все равно не прекратил своего занятия.
— Парни, у вас всё нормально? — поинтересовался Михаил, входя в кухню.
— Нормально, — ответил Марк.
— Обычно, — буркнул Лунатик, продолжая жевать.
Он отвернулся от вошедшего человека, чтобы тот вдруг не попытался отобрать у него еду. Ведь в трущобах именно так и происходило. Не успел слопать, значит, обеспечил обедом кого-то другого, а себе же нажил неприятности.
— Я вот думаю, куда двинуться дальше?
— А что говорят остальные? — поинтересовался Марк, продолжая глядеть в окно.
— Кто что. Некоторые за то, чтобы вернуться обратно в город.
— Да, я тоже думал об этом.
— И почему не вернулся?
— Ответ итак ясен. В городе ждёт гибель. Да, там можно отыскать удобное местечко, в котором укроешься на какое-то время. Но человеку нужна жрачка. А где её взять? Правильно. Надо выходить из своего убежища и рыскать. А это лишняя опасность. В городе этих тварей особенно много, и вряд ли они подались к фермам.
— Верно говоришь, — согласился Михаил, подходя к окну и становясь рядом.
— Я думал отправиться на юг, к горам.
— И что тебя сдерживает?
— Дальность пути. Я со своим приятелем просто не дойду. Был бы транспорт, а на своих двоих глупо.
— За автомобилем можно вернуться обратно в город.
— Можно, да ненужно. Что-то желания нет. Как я уже говорил раньше, там слишком опасно. Единственный выход, это двигаться вперёд, обшаривая фермы, надеясь, что попадется тачка.
— Или грохнуть того, у кого есть эта самая тачка, — добавил Лунатик, держа в руке консерву.
Снаружи послышался какой-то шум. Оторвавшись от разглядывания унылого пейзажа, Марк поспешил во двор, где увидел возбуждённую толпу.
— Что произошло? — поинтересовался Михаил, который двигался следом.
— Там! В сарае!
Мужчина в разбитых очках указывал пальцем в сторону сооружения из дерева.
— Что там?
— Псих? — поинтересовался Марк, беря удобнее свою дубинку-автомат.
— Нет. Висельник.
— Кто-кто?
— Он повесился, — ответил очкарик.
Пройдя к сараю, Марк и Михаил увидели раскачивающегося в петле мужчину. Перекинув верёвку через балку, человек встав на табурет, повесился, решив, по-видимому, таким образом уйти от всех проблем.
— Бедняга, — пробормотал здоровяк.
— Слабак, — сплюнул Марк. — Одной паршивой овцой меньше.
Михаил поглядел на парня долгим взглядом, но ничего не сказал, решив оставить своё мнение при себе.
— Нужно бы его снять, и похоронить, — предложил кто-то.
— Давай, — отмахнулся Марк, который ничего не собирался делать для этого мертвеца.
Страница 28 из 31
