Фандом: Гарри Поттер. Как на самом деле победили Волдеморта? Так, как вы читали у мисс Роулинг?Увы, все было совсем не так… Роберт Грейнджер — мальчик необыкновенный. Его папа и мама были волшебниками. Героями и членами Ордена феникса. То есть, мама Гермиона вполне жива-здорова и работает в Министерстве магии, а папу Северуса очень давно убил злой волшебник Волдеморт, когда Бобби было всего год от роду…
333 мин, 24 сек 10417
Поэтому каминная связь с домом Грейнджеров прервалась не сразу, как мать и сын наконец отбыли, а отключилась через пару минут, и Гарри с министром смогли услышать любопытный спор.
— Что это я слышала сейчас, что ты собираешься сотрудничать с Министром? — проворчала Гермиона. — Ты собираешься всю жизнь бегать по болотам и ловить нечисть для министерства? А других предложений трудоустройства у тебя нет? Более спокойных?
— Конечно, бегать по болотам я не собираюсь, — отвечал Бобби. — И министр имел в виду другое. Это будут временные задания, разовые поручения… Я не хочу быть особистом или аврором.
— Слава Мерлину, — обрадовалась мать.
— Знаешь, у меня есть предчувствие, что мне скоро предложат работу. Спокойную, мирную, всё как ты хотела. И я тоже ее хочу. Только я не могу сказать ничего определенного, это одни наметки… Просто профессор Слагхорн и синьора Забини намекали, еще когда я работал в Институте фармацевтики, что если я справлюсь, то они имеют на меня виды. Они и брали меня туда с расчетом на определенную должность, но должны были сначала увериться, что я справляюсь с ответственной работой.
Даже через камин было видно, как Гермиона просияла:
— Бобби, это же замечательно! Работа в институте, научная карьера — то, что надо! Соглашайся немедленно.
— Я так и собирался, — ответил Бобби. — Хотя я не уверен, что имелась в виду именно работа в институте…
Тут связь с камином Грейнджеров прервалась.
За окном кабинета министра магии раздалась вспышка фейерверка, комната осветилась разноцветными огнями: сотрудники службы надзора за видом из окон тоже внесли лепту в победное торжество.
— Война кончилась, — сказал министр. — Гермиона права, пора уже думать о мирной жизни.
Гарри согласился.
— А Вы, — спросил Кингсли, — о ней уже подумали? Волдеморта больше нет, проклятие с должности учителя ЗОТИ спало. Вы отныне не привязаны к этой должности веревками, потому что ее можете заниать только вы и не можете передать другому! Теперь Вы свободны и можете взяться за любую работу. Помнится, Вы всегда мечтали работать в аврорате? Я почту за честь пригласить туда Вас.
Гарри посмотрел на министра. потрясенный. Министр был абсолютно прав!
— В последнее время Вы жаловались, что работа в школе слишком утомительна, — лукаво добавил министр. — Не пора ли сменить обстановку?
Гарри радостно обещал, что подумает.
Кингсли сообщил, что радостные новости давно дошли до Хогвартса, что обратная эвакуация студентов в здание школы прошла успешно, сейчас там все празднуют Победу и ждут—не дождутся Гарри.
Кингсли рассказал также забавный анекдот: несколько студентов объявили себя Армией Дамблдора, украли портключ до ставки Темного лорда у одного растяпы-аврора и попытались туда аппарировать, чтобы вмешаться в бой. Но школьное руководство было предупреждено об этом заранее и приняло меры: все портключи в Хогвартсе были настроены на одну волну, на министерское убежище. Дети просто попали туда досрочно, не дожидаясь своего курса. Макгонагалл передавала, что они были очень опечалены.
Но это мелочь на фоне всеобщей радости.
И Гарри отправился в Хогвартс.
— … Гарри Поттер, как же я рад, что Вы остались в живых, — сказал кентавр Флоренц, глядя на Гарри с сияющим лицом.
Флоренц, гоблин Углук и Гарри Поттер нашли уединение в беседке. В пекле праздника, который мощной волной разгулялся от Хогвартса до Хогсмида (и дальше по всей Англии!) нйти уединение было нелегко. Гулять школа собиралась то ли до завтра, то ли до бесчувствия.
Флоренц и Углук сразу признались, что неслучайно присоединились к борьбе с Волдемортом только после рождения Бобби Грейнджера.
— Гарри, — сказал Флоренц, — кентавры глубоко почитают Ваши труды по защите юного Роберта. Когда Вы каждый вечер смело бросались за ним в гущу Запретного леса… Теперь я могу признать открыто, что мы следили за вами. В части Леса, контролируемой кентаврами, мальчик был в полной безопасности. Но на прочих участках Леса, где наше влияние не распространяется, увы, с ним не раз случалась беда…
Беседку ослепил взрыв фейерверка. Вдали дети совсем распоясались: носились по Хогсмиду с мечом Гриффиндора, очевидно позаимствованным ими без спросу из директорского кабинета.
Профессор Углук нахмурился:
— Техника в руках дикаря… Этот меч — не игрушка.
Он вышел, накричал на озорников, бережно отобрал меч и взялся вернуть его на место. Гарри вызвался ему помогать. Углук подумал и одобрил:
— Насколько я знаю, этот меч Вас слушается? Это хорошо. Меч, знаете ли, как волшебная палочка — он сам выбирает себе хозяина.
Гарри с интересом слушал его.
— Мы, гоблины, очень трепетно относимся к оружию. Можно сказать, что у нас культ оружия, и особенно мечей, благороднейшего вида вооружений… Вы что-нибудь знаете о гоблинских мечах?
— Очень мало. Дамблдор мне рассказывал немного, и потом Гермиона Грейнджер…
— Что это я слышала сейчас, что ты собираешься сотрудничать с Министром? — проворчала Гермиона. — Ты собираешься всю жизнь бегать по болотам и ловить нечисть для министерства? А других предложений трудоустройства у тебя нет? Более спокойных?
— Конечно, бегать по болотам я не собираюсь, — отвечал Бобби. — И министр имел в виду другое. Это будут временные задания, разовые поручения… Я не хочу быть особистом или аврором.
— Слава Мерлину, — обрадовалась мать.
— Знаешь, у меня есть предчувствие, что мне скоро предложат работу. Спокойную, мирную, всё как ты хотела. И я тоже ее хочу. Только я не могу сказать ничего определенного, это одни наметки… Просто профессор Слагхорн и синьора Забини намекали, еще когда я работал в Институте фармацевтики, что если я справлюсь, то они имеют на меня виды. Они и брали меня туда с расчетом на определенную должность, но должны были сначала увериться, что я справляюсь с ответственной работой.
Даже через камин было видно, как Гермиона просияла:
— Бобби, это же замечательно! Работа в институте, научная карьера — то, что надо! Соглашайся немедленно.
— Я так и собирался, — ответил Бобби. — Хотя я не уверен, что имелась в виду именно работа в институте…
Тут связь с камином Грейнджеров прервалась.
За окном кабинета министра магии раздалась вспышка фейерверка, комната осветилась разноцветными огнями: сотрудники службы надзора за видом из окон тоже внесли лепту в победное торжество.
— Война кончилась, — сказал министр. — Гермиона права, пора уже думать о мирной жизни.
Гарри согласился.
— А Вы, — спросил Кингсли, — о ней уже подумали? Волдеморта больше нет, проклятие с должности учителя ЗОТИ спало. Вы отныне не привязаны к этой должности веревками, потому что ее можете заниать только вы и не можете передать другому! Теперь Вы свободны и можете взяться за любую работу. Помнится, Вы всегда мечтали работать в аврорате? Я почту за честь пригласить туда Вас.
Гарри посмотрел на министра. потрясенный. Министр был абсолютно прав!
— В последнее время Вы жаловались, что работа в школе слишком утомительна, — лукаво добавил министр. — Не пора ли сменить обстановку?
Гарри радостно обещал, что подумает.
Кингсли сообщил, что радостные новости давно дошли до Хогвартса, что обратная эвакуация студентов в здание школы прошла успешно, сейчас там все празднуют Победу и ждут—не дождутся Гарри.
Кингсли рассказал также забавный анекдот: несколько студентов объявили себя Армией Дамблдора, украли портключ до ставки Темного лорда у одного растяпы-аврора и попытались туда аппарировать, чтобы вмешаться в бой. Но школьное руководство было предупреждено об этом заранее и приняло меры: все портключи в Хогвартсе были настроены на одну волну, на министерское убежище. Дети просто попали туда досрочно, не дожидаясь своего курса. Макгонагалл передавала, что они были очень опечалены.
Но это мелочь на фоне всеобщей радости.
И Гарри отправился в Хогвартс.
— … Гарри Поттер, как же я рад, что Вы остались в живых, — сказал кентавр Флоренц, глядя на Гарри с сияющим лицом.
Флоренц, гоблин Углук и Гарри Поттер нашли уединение в беседке. В пекле праздника, который мощной волной разгулялся от Хогвартса до Хогсмида (и дальше по всей Англии!) нйти уединение было нелегко. Гулять школа собиралась то ли до завтра, то ли до бесчувствия.
Флоренц и Углук сразу признались, что неслучайно присоединились к борьбе с Волдемортом только после рождения Бобби Грейнджера.
— Гарри, — сказал Флоренц, — кентавры глубоко почитают Ваши труды по защите юного Роберта. Когда Вы каждый вечер смело бросались за ним в гущу Запретного леса… Теперь я могу признать открыто, что мы следили за вами. В части Леса, контролируемой кентаврами, мальчик был в полной безопасности. Но на прочих участках Леса, где наше влияние не распространяется, увы, с ним не раз случалась беда…
Беседку ослепил взрыв фейерверка. Вдали дети совсем распоясались: носились по Хогсмиду с мечом Гриффиндора, очевидно позаимствованным ими без спросу из директорского кабинета.
Профессор Углук нахмурился:
— Техника в руках дикаря… Этот меч — не игрушка.
Он вышел, накричал на озорников, бережно отобрал меч и взялся вернуть его на место. Гарри вызвался ему помогать. Углук подумал и одобрил:
— Насколько я знаю, этот меч Вас слушается? Это хорошо. Меч, знаете ли, как волшебная палочка — он сам выбирает себе хозяина.
Гарри с интересом слушал его.
— Мы, гоблины, очень трепетно относимся к оружию. Можно сказать, что у нас культ оружия, и особенно мечей, благороднейшего вида вооружений… Вы что-нибудь знаете о гоблинских мечах?
— Очень мало. Дамблдор мне рассказывал немного, и потом Гермиона Грейнджер…
Страница 87 из 93
