Фандом: Ориджиналы. Живешь себе спокойно, пытаешься свести концы с концами, торчишь в офисе, холишь свой старенький автомобиль, имеешь весьма дорогостоящее, но порой окупающее себя хобби… И вдруг — удачная охота на дракона, странный пассажир с утра в понедельник, дурацкий рабочий день, а потом и вовсе какие-то гады машину угнали! И понеслось!
116 мин, 48 сек 3380
К тому времени, как я вытираю насухо лицо и волосы полотенцем и обратно привожу себя в порядок, странный приступ «все происходит, как должно происходить, и мне это нравится» проходит. Спать больше не тянет. В голове появляется требуемая ясность, так что у меня снова есть возможность разобраться в собственных странных ощущениях.
Я за всю свою жизнь повидала много разных синкромех. Так почему не может быть такой, которая каким-то образом влияет на разум. Иначе, что это происходит со мной? Это точно не любовь с первого взгляда и не магический приворот. Желания прыгнуть к Ниону на шею или подарить ему все свое движимое и недвижимое имущество я не испытываю. Мысли явного эротического характера меня не посещают. Да и он сам в принципе не допускает каких-то намеков. Наоборот бесит своей вежливостью. Однако нелогичное чувство доверия присутствует.
Если допустить, что он владеет синкромехой со свойствами влияния на человека, все становится на свои места. Но зачем ему я? Просто договорился бы с теми же уголовниками, и они привели бы его к племяннику, если эта история — правда. Конечно, остаются варианты, что ему нужна моя меха, но он об этом тоже не упоминал. Он даже про охотников выспрашивал с искренним удивлением.
Или же ему банально негде жить, поэтому он влияет на меня, чтобы я его не выгнала. Но с деньгами он бы и в отеле расположился, зачем такие сложности? Хотя… Он же сам сказал, что у него проблемы со спрятанными/просроченными/предположительно несуществующими документами, так что все сходится. А голову мне дурманит, чтоб я вопросов лишних не задавала. Просто мне нужно быть осторожнее, на случай если он все же маньяк и ждет, пока я перестану быть ему полезной и потеряю бдительность.
Обидно, конечно, в любом случае. Но пока кроме предположений у меня ничего нет, не стоит в чем-то обвинять Ниона. Будь мы знакомы дольше, у меня бы подобная ситуация и ощущения не вызвали и толики волнения. Друг ведь, сама выбрала. А может из-за того, что знакомство это было вынужденным, меня так все бесит? Или из-за того, что он слишком резко ворвался в мою личную жизнь?
Последнее, кстати, одна из вероятнейших причин. Я разглядываю длинный мужской банный халат, который занял один из свободных крючков на двери в ванную. Раньше здесь висело мое второе полотенце, а теперь его вытеснил чужой халат! Разве такое может не бесить?
Возвращаюсь я в спальню только через пару часов, две чашки чая и четыре партии в маджонг на мобильном. За поясом штанов давит в бок синкромеха. В голове ноет от сумасшедших предположений и тяжелых мыслей, из-за чего хочется или спать, или снять голову и забросить ее куда-нибудь. Выключаю маленький ночник в коридоре и пробираюсь к кровати. Блеснувшие в темноте две серебристо-алые точки заставляют меня запнуться о ковер, а потом быстро спланировать под одеяло и там замереть. Засыпаю я в сомнении, были ли эти точки просто эффектом адаптации моих глаз к темноте или же это глаза Ниона, все так же следящие за мной.
Я бегу к колодцу изо всех сил и все равно бегу самой последней. Мои ноги путаются в длинных белых одеждах с синей каймой. Дыхание с хрипами вырывается из пересохшего горла. Пространство вокруг похоже на кисель. Мне нужно пробежать еще совсем немного: мимо серого здания, через площадь к широкому кругу белой кирпичной кладки. Совсем немного, но мои движения становятся все медленнее и медленнее с каждым шагом. Сзади нарастает нестройный гул, но я не оборачиваюсь. Тот, кто обернется, потеряет драгоценные секунды и умрет.
Когда гул становится почти оглушающим, я добираюсь до колодца и кулем слетаю вниз, в чьи-то руки, на чьи-то головы. Здесь влажно и пахнет плесенью. Задираю голову: вверху носятся быстрые крылатые тени. Иногда они замирают над нами, позволяя вдоволь налюбоваться радужным ореолом от перепончатых крыльев, брюшком, увенчанным острым жалом и узкой черной головой с громадными фасеточными глазами, но вниз не спускаются. Я точно знаю, что сегодня мне повезло. Над колодцем зависает совсем уж громадная тень, меня прижимает к груди какая-то женщина… Темнота.
В мутных предрассветных сумерках меня будит какой-то невнятный звук. Судя по вате в голове, поспать мне удалось всего пару часов. Не особо соображая, что происходит, прислушиваюсь к тишине. Скрип и приглушенное бряцание. Вор, неожиданно четко понимаю я. Рука машинально сжимает синкромеху, которая почему-то лежит не на тумбочке как обычно, а обнаруживается за поясом пижамных штанов. Я соскакиваю с кровати и крадусь на кухню. Теперь главное, поймать на горячем, пригрозить и обезвредить. Если у ворюги нет огнестрела или своей синкромехи… Что тогда, я стараюсь не думать об этом.
Я за всю свою жизнь повидала много разных синкромех. Так почему не может быть такой, которая каким-то образом влияет на разум. Иначе, что это происходит со мной? Это точно не любовь с первого взгляда и не магический приворот. Желания прыгнуть к Ниону на шею или подарить ему все свое движимое и недвижимое имущество я не испытываю. Мысли явного эротического характера меня не посещают. Да и он сам в принципе не допускает каких-то намеков. Наоборот бесит своей вежливостью. Однако нелогичное чувство доверия присутствует.
Если допустить, что он владеет синкромехой со свойствами влияния на человека, все становится на свои места. Но зачем ему я? Просто договорился бы с теми же уголовниками, и они привели бы его к племяннику, если эта история — правда. Конечно, остаются варианты, что ему нужна моя меха, но он об этом тоже не упоминал. Он даже про охотников выспрашивал с искренним удивлением.
Или же ему банально негде жить, поэтому он влияет на меня, чтобы я его не выгнала. Но с деньгами он бы и в отеле расположился, зачем такие сложности? Хотя… Он же сам сказал, что у него проблемы со спрятанными/просроченными/предположительно несуществующими документами, так что все сходится. А голову мне дурманит, чтоб я вопросов лишних не задавала. Просто мне нужно быть осторожнее, на случай если он все же маньяк и ждет, пока я перестану быть ему полезной и потеряю бдительность.
Обидно, конечно, в любом случае. Но пока кроме предположений у меня ничего нет, не стоит в чем-то обвинять Ниона. Будь мы знакомы дольше, у меня бы подобная ситуация и ощущения не вызвали и толики волнения. Друг ведь, сама выбрала. А может из-за того, что знакомство это было вынужденным, меня так все бесит? Или из-за того, что он слишком резко ворвался в мою личную жизнь?
Последнее, кстати, одна из вероятнейших причин. Я разглядываю длинный мужской банный халат, который занял один из свободных крючков на двери в ванную. Раньше здесь висело мое второе полотенце, а теперь его вытеснил чужой халат! Разве такое может не бесить?
Возвращаюсь я в спальню только через пару часов, две чашки чая и четыре партии в маджонг на мобильном. За поясом штанов давит в бок синкромеха. В голове ноет от сумасшедших предположений и тяжелых мыслей, из-за чего хочется или спать, или снять голову и забросить ее куда-нибудь. Выключаю маленький ночник в коридоре и пробираюсь к кровати. Блеснувшие в темноте две серебристо-алые точки заставляют меня запнуться о ковер, а потом быстро спланировать под одеяло и там замереть. Засыпаю я в сомнении, были ли эти точки просто эффектом адаптации моих глаз к темноте или же это глаза Ниона, все так же следящие за мной.
Я бегу к колодцу изо всех сил и все равно бегу самой последней. Мои ноги путаются в длинных белых одеждах с синей каймой. Дыхание с хрипами вырывается из пересохшего горла. Пространство вокруг похоже на кисель. Мне нужно пробежать еще совсем немного: мимо серого здания, через площадь к широкому кругу белой кирпичной кладки. Совсем немного, но мои движения становятся все медленнее и медленнее с каждым шагом. Сзади нарастает нестройный гул, но я не оборачиваюсь. Тот, кто обернется, потеряет драгоценные секунды и умрет.
Когда гул становится почти оглушающим, я добираюсь до колодца и кулем слетаю вниз, в чьи-то руки, на чьи-то головы. Здесь влажно и пахнет плесенью. Задираю голову: вверху носятся быстрые крылатые тени. Иногда они замирают над нами, позволяя вдоволь налюбоваться радужным ореолом от перепончатых крыльев, брюшком, увенчанным острым жалом и узкой черной головой с громадными фасеточными глазами, но вниз не спускаются. Я точно знаю, что сегодня мне повезло. Над колодцем зависает совсем уж громадная тень, меня прижимает к груди какая-то женщина… Темнота.
В мутных предрассветных сумерках меня будит какой-то невнятный звук. Судя по вате в голове, поспать мне удалось всего пару часов. Не особо соображая, что происходит, прислушиваюсь к тишине. Скрип и приглушенное бряцание. Вор, неожиданно четко понимаю я. Рука машинально сжимает синкромеху, которая почему-то лежит не на тумбочке как обычно, а обнаруживается за поясом пижамных штанов. Я соскакиваю с кровати и крадусь на кухню. Теперь главное, поймать на горячем, пригрозить и обезвредить. Если у ворюги нет огнестрела или своей синкромехи… Что тогда, я стараюсь не думать об этом.
Страница 18 из 33
