Это сладкое слово — месть

Деяне уселись. Рабы принесли им бокалы и кубки до краёв наполненные вином. Была погашена часть лампад, окна занавешены, стало темнее, заиграла сказочная джадамская музыка, и к деянам вышла красивая фигуристая обнажённая танцовщица. Перья павлина украшали её голову, крепясь к маленькой диадеме, закрывали груди и пах, ягодицы были полностью открыты, и это не могло оставить зрителя равнодушным. Деяне сели как им было предложено — двумя рядами, оставив пространство между собой, так что пришедшая черноволосая танцовщица могла показывать своё умение прямо перед ними. Она двигалась очень ритмично, в такт музыке. Трусами ей служила верёвочка, к которым крепились перья павлина. Танцовщица вытащила из своих «трусиков» веер и, раскрыв его, продолжила танец. Все деяне приклеились взглядами к танцовщице, забыв обо всём, не имея сил перевести взгляд, даже Асмодей, зевавший в начале, всё больше и больше увлекался зрелищем.«Как она двигается?!» — восторженно думал лорд. Обнажённость девушки возбуждала лорда, ведь он уже несколько дней не… Ну, да ладно! Танцовщица скрыла веером свои груди, а когда убрала его, то вместе с веером исчез и её павлиний бюстгальтер. Воины пили кубок за кубком, наслаждаясь представлением, постоянно подзывая рабов с кувшинами вина. Асмодей восторгался грацией и артистичностью девушки, ему хотелось изведать новое, но всё же он старался держать себя в руках и посматривать по сторонам. К переговорам он относился настороженно, иначе бы он не стал готовить армию к бою, он не оставлял без внимания мысль, что всё, что сейчас вокруг происходит — западня. Он верил Натаниэлю, но и маг мог ошибаться, тем более даже самые мудрые и умные люди становятся такими дураками, когда влюбляются. Лорд знал это и боялся. Эти думы заставляли сильнее сжимать рукоять меча, который он держал наготове, и отвлекали от танца.

Танцовщица стала исполнять танец живота. Незабываемое зрелище! Асмодей видел такое впервые, рука ослабевала. Закончив исполнять танец живота, девушка взяла за руку одного из деян и вытащила его к себе. Раскрасневшийся воин под свист, смех и крики товарищей стал пытаться двигаться в ритме танца, исполняя то, что она хочет. Она повернулась спиной к воину и стала, двигая тазом, опускаться вниз, а затем подниматься вверх. Воин держал девушку за талию, порой с наслаждением поглаживая упругое загорелое девичье тело. В паре у них получались очень неприличные позы. Воин, сгорая от желания, слишком близко приблизился к танцовщице, прислонившись своим пахом между ягодиц девушки. Танцовщица встрепенулась и. выгнувшись, толкнула воина аппетитной попкой. Воин от неожиданности опрокинулся на ковёр. Деяне смеялись и кричали, не унимаясь, было очень весело. Танцовщица подошла к распростёршемуся воину и с улыбкой села ему на голову. Финал был встречен безумной овацией.

Вдруг раздались звуки труб и к деянам вышел королевский герольд, объявив о появлении Её величества. Джадамская музыка смолкла, потушенные лампады вновь зажгли, прорези окон вновь открыли, под неумолкаемые аплодисменты девушка-танцовщица спешно поднялась с лица мужчины и, прикрывая рукой свою наготу, скрылась в одном из четырёх выходов. Асмодей и другие воины приготовились встать, чтобы встретить королеву великой страны. Из того входа откуда пришёл герольд послышались басистые мужские голоса — телохранители Её величества.

Распростёртый на ковре воин, облизывая языком женскую слизь со своих губ, вдруг уставился куда-то наверх, как ошалевший.

— Засада! — заорал воин, что было мочи.

В этот момент со стропила шатра на деян слетели сети. Всё происходило очень быстро. Услышав крик, Асмодей нащупал свой блекшард, он чуть было не выпустил его из рук, и, увидев слетающие сверху сети, поднял его вверх. В шатре поднялся гомон и ор. Кричали не только деяне, но и, Асмодей удивился, была слышна потасовка в том отсеке, откуда должна была появиться королева. Чей-то женский голос вскрикнул в том отсеке шатра. «Предательство, засада!» — было слышно отовсюду. Асмодей заметил, как со всех сторон к деянам бегут вооружённые воины в форме эрафийцев. Не медля более, рыцарь разрезал сеть и вскочил на ноги. Он поразил первого подбежавшего эрафийца. Видимо, они не ожидали такого поворота событий.

— К оружию! — взвыл Асмодей, разрезая сеть над первым рядом угодивших в ловушку деян.

Лежавший на полу воин вскочил и сцепился с одним из противников. Эрафийцы стали рубить беззащитных деян из другого ряда, ещё до сих пор находящихся в сети. Началась схватка. Асмодей, перебив врагов, которые увлеклись закалыванием деян, запутавшихся в сети, освободил своих оставшихся в живых людей. В окнах шатра показались арбалетчики. Лорд не успел ничего крикнуть, как был дан залп. Несколько окривевших деян повалилось на пол. Асмодей подбежал к стене шатра и пронзил одного из арбалетчиков. В шатёр вбежало множество вражеских солдат, бой продолжался. Поразительно, но некоторые из эрафийцев убивали своих же, хотя против деян были они все.

— Горим, пожар! — раздался чей-то вопль.